Блуждание по вертикали

Культура
Москва, 17.10.2005
«Эксперт» №39 (485)
Одна из главных театральных премьер года - спектакль "Господа Головлевы" в МХТ им. Чехова. Режиссер Кирилл Серебренников создал моралите времен братьев Пресняковых: отказываясь от всякого подобия психологизма, он рассказывает о жизни Антихриста среди нелюдей

Евгений Миронов сыграл в новом спектакле Кирилла Серебренникова Иудушку Головлева. Точнее говоря, он сыграл анти-Мышкина, создав в МХТ жуткого двойника своего экранного героя. Обе эти роли - первую (Мышкина) в БДТ, вторую (Иудушку) в Художественном театре - играл когда-то гений русской сцены Иннокентий Смоктуновский.

Если задуматься, на Миронове лежит какой-то непомерный груз ответственности. За все актерское поколение разом, разменявшее свой совокупный талант на сценические пустяки, примитивные сериалы, кич, трэш, далее везде... Смоктуновскому было легче. В его времена халтура еще не захлестнула владения Мельпомены мутным весенним селем, а рядом с ним или неподалеку от него творили другие титаны актерского цеха - Андрей Попов, Олег Борисов, Евгений Евстигнеев, всех не перечислишь. Планка была укреплена на рекордной высоте. Теперь она уже почти лежит на земле, и рядом с Мироновым назвать фактически некого. Нету никакой плеяды. Дело даже не в масштабе дарования, а в умении им распорядиться. Ведь Миронов - единственный артист своего призыва, со старомодной серьезностью воспринимающий работу над ролью как неустанную работу души.

После "Господ Головлевых" стало окончательно ясно, что Серебренников, режиссер с громкой и, как казалось поначалу, несколько легкомысленной славой, тоже расположен к трудным духовным поискам и интересен в своих несовершенствах даже больше, чем в очевидных сценических победах. В его "Головлевых", в отличие от его же шумного прошлогоднего "Леса" (социального бурлеска, не тронутого никакой метафизикой), есть тягостные моменты сценической скуки, но есть и потрясающие прозрения. Это попытка предъявить нам классическую историю гибели семьи в ее постмодернистском изводе - с резкими перепадами из эпики (многочисленные флэшбэки в детство героев) в фантасмагорию (тут покойники запросто разгуливают по сцене в черных пиджаках со шнуровкой вместо пуговиц), а оттуда - в едкий щедринский фельетон. Попытка кажется тем более отчаянной, что в середине 80-х здесь, во МХАТе, "Господ Головлевых" со Смоктуновским поставил не кто-нибудь, а грандиозный мастер эпического жанра Лев Додин.

Театральные портреты в его многофигурной композиции были нарисованы маслом. Со светотенью и сложным набором цветов. У Серебренникова иная сценическая живопись: в ней меньше полутонов, но больше броской плакатной точности. Нет глубины, но есть выпуклость. Действующие лица похожи у него на мелкую нечисть, решившую жить сообразно людским порядкам, а владения Головлевых, несмотря на отдельные приметы советского быта - ундервуд, школьные формы сироток с фартучками, - ни с каким конкретным временем не связаны. Это место (художник Николай Симонов) вообще вне времени и даже вне жизни. Это гиблое место. Оно напоминает разом загон для убоя скота, какое-то потустороннее зазеркалье, покрытый белыми мешками-сугробами погост. И мастер умертвий Порфиша чувствует себя на этом погосте хозяином. Он не просто мерзок. Он именно что богомерзок - ласковый душегуб с интонациями князя Мышкина

У партнеров

    «Эксперт»
    №39 (485) 17 октября 2005
    Премьерские инициативы
    Содержание:
    Большая презентация

    Программа экономического роста, обнародованная Михаилом Фрадковым, - заявка на сохранение премьерского поста после 2008 года. Шансы Михаила Ефимовича стоит оценить как весьма высокие

    Международный бизнес
    Экономика и финансы
    Экономика и финансы
    Реклама