Пекинский конклав

17 октября 2005, 00:00

Очередной пленум коммунистической партии Китая - ключевой эпизод борьбы между основными группировками в китайском руководстве. Задача председателя КНР Ху Цзиньтао не просто победить "шанхайских", но заставить их работать в рамках его всекитайской стратегии развития

В Китае завершился Пятый пленум ЦК КПК XVI созыва, посвященный поправкам к 11-му пятилетнему плану социально-экономического развития страны на 2006-2010 годы. Рядовым этот пленум назвать было бы неверно. Все четыре дня он проходил за закрытыми дверями, более того, во избежание утечек информации участникам запрещалось покидать зал заседаний гостиницы "Цзинси". Потребовались даже некоторые экстравагантные меры: так, по данным Human Wrights Watch, 36 тыс. неблагонадежных граждан Пекина были задержаны на период проведения форума.

Пятилетка действительно требует некоторой корректировки курса страны. Участники пленума бурно обсуждали предложения, сформулированные ЦК КПК для внесения в одиннадцатый пятилетний план.

"Пекинские" против "шанхайских"?

Первая и важнейшая задача пленума - политическая. Глава КНР Ху Цзиньтао, по-прежнему считающийся в мире "молодым председателем", стремится вырваться из-под опеки "старших товарищей", доставшихся ему в наследство от Цзян Цзэминя. Цзян оставил руководящие посты и передал все властные посты преемнику. Но такова специфика китайской модели - Цзян ушел, но его люди остались. С одной стороны, это гарантия преемственности. С другой - гири на ногах нового руководителя. "Старшие товарищи" не старше по возрасту, но сосредоточили в руках огромный финансовый, экономический, технологический, человеческий потенциал, который объединен одним словом - Шанхай. Многие предложения товарища Ху Цзиньтао - премьер-министра Вэнь Цзябао торпедировались шанхайской группировкой, стоящей на страже своих интересов и пользующейся, ко всему прочему, колоссальным административным ресурсом, оставшимся от прежнего председателя КНР. (Этого ресурса достаточно, чтобы смягчать наказания коррупционерам, а то и вовсе заминать коррупционные дела и обеспечивать "своим" льготные условия пребывания в тюрьмах.)

Китайское руководство не может позволить себе создание альтернативных центров власти и разгула плюрализма, однако, объявив открытую войну своим противникам, Ху Цзиньтао рискует столкнуться с тихим (но вполне ощутимым) экономическим саботажем. А в условиях, когда несколько почтенных профессоров-экономистов обсуждают, какой именно процент роста будет полезен, а какой уже вреден для разрывающегося по линии "богатство-бедность" государства, - такой саботаж опасен, и весьма.

В такой ситуации Ху Цзиньтао необходима не аппаратная, а стратегическая победа. То есть ему нужно не просто побороть "шанхайских", а заставить их работать в рамках единой всекитайской стратегии.

По ту сторону "экономических чудес"

Между тем у медали "беспримерный экономический рост в Китае" есть и обратная сторона. Платой стал серьезнейший (если не сказать критический) разрыв между отдельными промышленными отраслями, между разными регионами, между, как уже было упомянуто, богатыми и бедными. По китайским данным, наиболее зажиточные 20% населения страны получают 50% всех доходов, тогда как самые бедные 20% довольствуются 4,7%. Здравоохранение и образование распределяются по достатку, то есть многим не достается ничего или практически ничего. В 2003 году в Китае было около 58 тыс. стихийных народных выступлений, а в 2004-м - уже 74 тыс. Обострились конфликты между горожанами и деревенскими жителями, что привело к стихийным беспорядкам и выступлениям крестьян против горожан, занимающих их землю под жилищное и промышленное строительство.

По статистическим данным, которые по случаю пленума приводят китайские СМИ, с 1978-го по 2004 год ВВП КНР рос в среднем на 9,4% в год. В настоящее время Китай занимает шестое место в мире по совокупной экономической мощи и третье - по объему торговли. В то же время на фоне фантастических "марсианских" сооружений Шанхая и Гонконга деревня в Китае - это пример вопиющей отсталости, нехватки сельскохозяйственной земли.

С экономикой тоже не все так уж благополучно, как может показаться, если судить только по росту ВВП. Расход энергетических ресурсов на 1 доллар ВВП в Китае в 4,3 раза больше, чем в США, в 7,7 раза - чем в Германии и Франции, в 11,5 раза - чем в Японии. Из прошлогоднего 9,5-процентного прироста ВВП Китая свыше 6% должны были быть вложены в основные фонды. Из 79 долларов, получаемых за продажу МР3-плейера китайского производства, иностранные компании берут 45 долларов за патент, в результате, исключая все прочие издержки, чистая прибыль китайского предприятия составляет лишь 1,5 доллара - эти цифры прозвучали, кстати, на пленуме КПК. Инвестиционный бум стал одной стороной жизни, другой - на его фоне - недостаток энергии, энергоносителей, сырья, и ряда технологий.

Все эти проблемы невозможно решить в рамках старой модели развития Китая. Сам по себе бурный рост экономики только усугубляет и социальное напряжение, и энергетическую зависимость, а в перспективе угрожает и целостности страны. В этой непростой ситуации ставка Ху Цзиньтао на продвижение концепции единой стратегии развития страны - ход действительно очень мудрый. В том числе и потому, что задачи борьбы с политическими противниками ("шанхайской группировкой") подчиняются задачам борьбы за процветание страны.

Перед пленумом

В традиционном китайском ключе был поставлен стратегический вопрос: "Что же является для нас целью? Рост со спадом в будущем или последовательное постоянное развитие?"

"На сентябрьском заседании Политбюро ЦК КПК было подчеркнуто: в ближайшие пять лет надо исходить из того, что человек превыше всего, следует изменить взгляды на развитие, создать новую модель развития, повысить его качество, необходимо обеспечить реализацию 'единого планирования в пяти направлениях' (имеется в виду единое планирование развития города и села, регионального развития, развития экономики и социальной сферы, гармоничного развития человека и природы, а также развития внутри страны и открытости для внешнего мира), по-настоящему поставить социально-экономическое развитие на рельсы всестороннего гармоничного и продолжительного развития. Это означает, что в следующем пятилетии научный взгляд на развитие будет всесторонне претворяться в жизнь", - сообщала "Жэньминь жибао".

Во главу угла при создании новой китайский модели развития была поставлена трансформация экономического роста. "От чрезмерной привязки к финансовым средствам, природным ресурсам, от ущерба окружающей среды, от обеспечения экономического роста за счет количественного увеличения Китай должен перейти к повышению эффективности и экономическому росту через повышение качества труда и технического прогресса", - писала та же газета. Вопрос был поставлен ребром: от того, сможет ли Китай за пять лет (с 2006 года) поставить социально-экономическое развитие на рельсы развития научного, зависит и то, сможет ли Китай создать (и это новая среди китайских политических формулировок) общество средней зажиточности, а также сможет ли он осуществить индустриализацию и модернизацию к середине века. К этому же сроку, как известно, в Китае запланировано достичь среднеевропейского уровня жизни.

К обсуждению проекта трансформации экономического роста призвали ученых: заведующий Центром по изучению проблем развития при госсовете КНР Ван Мэнкуй отметил, что 85% населения мира вступили в эпоху индустриализации. И подчеркнул, что могут возникнуть острые противоречия между населением, ресурсами и окружающей средой, а это - большая опасность для модернизации Китая. "Даже если мировой рынок и сможет восполнить дефицит ресурсов в Китае, мы окажемся не в силах преодолеть последствия ущерба, нанесенного окружающей среде", - отметил Ван Мэнкуй.

Самостоятельные инновации, трансформации способов экономического роста, обеспечение развития рециркуляционной экономики, строительство общества, экономно использующего ресурсы и защищающего окружающую среду, переход к индустриализации нового типа - вот ключевые моменты, которые было предложено сделать как стратегической задачей плана 11-й пятилетки, так и новой моделью развития Китая.

"Шанхайским" дали понять, что отрываться от коллектива небезопасно - руководство страны будет апеллировать к беднейшим слоям населения, отстающим отраслям и провинциям. А ведь одно дело бороться с Ху, другое - со всей страной. Тем более что Ху Цзиньтао, как всякий дальновидный политик, в первую очередь озаботился поддержкой населения. Тезисы, озвученные на Четвертом пленуме XVI созыва партии в 2004 году ясно обозначили курс КПК на "повышение потенциала строительства гармоничного социалистического общества". Причем для китайцев эта официозная фраза звучала вполне неожиданно - впервые в партийном документе главной стала задача формирования гармоничного общества. Причем кроме идеологических установок были приняты и конкретные экономические меры. В "Докладе о работе правительстве на 2005 год" отмечается, что общий уровень роста цен на товары народного потребления не выйдет за пределы 4%; в ближайшее время будет полностью отменен сельхозналог; школьники из нуждающихся семей, получающие обязательное образование, будут освобождаться от платы за учебники и от взносов, а ученики школ-интернатов получат денежные пособия; из центрального бюджета будут выделены 10,9 млрд юаней на поддержку работы по возобновлению трудоустройства, 3 млрд юаней на разрешение проблем безопасности угольных шахт.

Победа Ху Цзиньтао?

Сосредоточившись на проблемах социального и экономического дисбаланса отраслей, территорий и доходов отдельных категорий людей, Ху Цзиньтао, безусловно, подготовил почву не только для повышения уровня личной популярности, но и для важнейших кадровых решений. Впрочем, о них пока не сообщается. Видимо, решили повременить, чтобы не омрачать всеобщую радость - в космос отправились сразу два таэквонавта. Скорее, кадровые вопросы не забыты, а лишь отложены.

Впрочем, и "шанхайские" не сдадутся так просто. С тех пор как в КПК начали принимать наиболее идеологически продвинутых сторонников предпринимательской деятельности, бизнес получил возможность влиять на принятие партийных решений. И если использовать машину КПК в своих целях удастся только в случае совпадения интересов, то затормозить, если понадобится, ее работу "красные бизнесмены" смогут вполне.

Однако при всех противоречиях между группами влияния внутри китайского руководства группы эти едины в своем нежелании раскачивать лодку. А потому у Ху Цзиньтао есть все основания надеяться, что новая стратегия развития хоть и со скрипом, но будет принята всеми группами в руководстве Китаем.

В конце концов, и "шанхайские" понимают, что нынешний этап при всех рекордах экономического роста чреват обострением внутрикитайских противоречий, которые при потере контроля над ситуацией могут стать серьезной угрозой их благополучию.

Руководитель группы по изучению стратегии продолжительного развития при Академии наук Китая профессор Ню Вэньюань еще на сентябрьском "Форуме XXI века-2005" в Пекине отметил, что "период развития, когда среднедушевой ВВП составляет 1000-3000 долларов, является для Китая ключевым, так как чреват опасностью дисбаланса экономики и общественного беспорядка. Если на таком фоне Китай успешно осуществит стратегию продолжительного развития, то он непременно сможет проторить здоровый и эффективный путь развития с китайской спецификой".

Цели Китая на ближайшие 50 лет (озвучены профессором Ню Вэньюанем)

К 2050 году коэффициент вклада научно-технического прогресса в развитие народного хозяйства в целом достигнет 70-75 процентов;

к 2050 году средняя ожидаемая продолжительность жизни в Китае составит 85 лет;

к 2050 году средний срок образования составит 14 лет вместо сегодняшних 7,8 года;

к 2050 году можно будет устранить "узкие места", ограничивающие возможности долгосрочного развития, такие как слишком быстрый рост населения, дефицит зерна, энергии и прочих ресурсов; проблемы, связанные с загрязнением окружающей среды; напряжение в обществе, вызванное несправедливым распределением благ;

в 2030 году осуществить нулевой естественный рост населения одновременно с повышением "качества населения" и оптимизацией его структуры; в 2040 году остановить рост удельного потребления энергии и ресурсов; в 2050 году остановить ухудшение состояния окружающей среды одновременно с улучшением условий жизни.