Не по царской воле

Татьяна Гурова
главный редактор журнала «Эксперт»

Последние кадровые назначения символизируют конец эпохи "ультрасиловиков". Готовить страну к выборам 2007-2008 годов будут профессиональные государственники

В прошлый понедельник Владимир Путин провел несколько кадровых перестановок. Глава администрации Дмитрий Медведев направлен на усиление правительства - он занял пост первого вице-премьера. Министр обороны Сергей Иванов повышен до уровня простого вице-премьера. Губернатор Тюменской области Сергей Собянин возглавил администрацию президента. На посту полпреда в Приволжском федеральном округе Сергея Кириенко сменил Александр Коновалов. А главный политический соперник президента Татарстана Минтимера Шаймиева глава администрации Казани Камиль Исхаков был неожиданно переведен полпредом на Дальний Восток - вместо Константина Пуликовского.

Таких серьезных и таких массовых кадровых перестановок Владимир Путин не проводил за всю свою президентскую карьеру. Он, по-видимому, вообще использует их в последнюю очередь. И все значимые кадровые изменения имели простую структуру и логику. Так, в начале первого срока президент совершенно логично сменил глав силовых ведомств на "своих" людей. Только личная просьба об отставке Александра Волошина заставила Путина назначить на пост главы АП близкого себе человека Дмитрия Медведева. И даже Михаил Касьянов, по слухам, был спешно уволен с премьерского поста только в результате не очень удачной инициативы, связанной с собственностью компании ЮКОС. Тогда его и сменил Михаил Фрадков.

Нынешние перестановки проведены без очевидной крайней необходимости. В чем их смысл? На прошлой неделе многие аналитики прокомментировали это событие как обозначение пары потенциальных преемников - имеются в виду Медведев и Иванов. Однако нам кажется, что такой прямолинейный ход вообще не ложится в логику действий нынешнего президента, много раз подчеркивавшего, что все политические изменения в стране происходят по воле народа. В этой логике претенденты на президентский пост должны сами, а не по "царской воле" начать президентскую гонку. Однако сегодняшняя стагнация и в экономической, и в политической жизни страны не может вытолкнуть наверх никого, и это создает некомфортные условия для старта парламентской и президентской кампаний 2007-2008 годов. Это и надо изменить.

Дискомфорт

Сергей Иванов пока не показал себя выдающимся управленцем, однако кое-чего добился. После серии неудач российская армия наконец научилась проводить масштабные учения, в том числе и совместные. Особенно стоит отметить, что за светскость обхождения, не свойственную военным, Иванова очень любят иностранцы

Сразу после выборов 2004 года в статье для Financial Times тогда еще глава администрации Дмитрий Медведев писал: "Первый год после выборов должен продемонстрировать, насколько эффективна и успешна консервативно-центристская политика. Это будет год, когда энтузиазм и надежды, порожденные выборами, будут самыми сильными. России нельзя терять это время понапрасну". "Энтузиазм и надежды", если они и были, оказались неоправданными. Назвать успешной проводимую в последующие два года консервативно-центристскую политику не придет в голову никому. Сконцентрировав у себя колоссальные финансовые и администратичные ресурсы по управлению хозяйством страны, власть вот уже год ведет внутреннюю дискуссию с самой собой о том, что с этими ресурсами делать. Экономической стратегии как не было, так и нет. У страны нет и внятной внешнеполитической стратегии. Все решения и действия России по отношению к странам СНГ, Запада и Азии являются либо ситуативными, осуществленными под напором обстоятельств (как, например, текущая российская политика на Украине, да и во всем остальном СНГ), либо представляют собой невнятные намеки на заинтересованность в стратегическом партнерстве.

Не идеально обстоят дела и с внутриполитическим строительством. Два четких тренда спровоцированы трагическими событиями в Беслане. Можно говорить, что после Беслана стала более эффективной вся деятельность властей, связанная с борьбой с терроризмом (события в Нальчике, которые многие наблюдатели сочти проколом властей, мы считаем успехом - государство смогло мгновенно отреагировать на активизацию боевиков; год назад, в Беслане, это оказалось невозможным). Спровоцированная тем же Бесланом отмена выборов губернаторов, естественно, привела к обновлению губернаторского корпуса, но само это обновление тоже ситуативно. Что касается важнейшего для действующей власти тезиса о необходимости возникновения полноценных, готовых отвечать за страну российских партий, хотя бы двух, то здесь успехов нет вообще. "Единая Россия" как была, так и остается аморфным и чисто конъюнктурным образованием. "Родина", которая, как казалось, могла осмысленно занять левый политический фланг, ударилась в провинциальный национализм и теперь усиленно "гасится" своим "родителем" Кремлем.

С этим ощущением недоделанности смириться трудно. Но, не желая навязывать стране конкретного преемника, действующая власть, хочет обеспечить преемственность. Причем не в том смысле, о котором говорил Ельцин: не допустить возврата к коммунизму, сохранить демократию и проч. А в самом прямом: нынешняя "партия Кремля" хочет остаться у власти по крайней мере еще на следующие восемь лет. И хотя сегодня оспаривать это право фактически некому, есть два фундаментальных вопроса: с чем и с кем идти на выборы - и парламентские, и президентские?

Возможно, в этом и заключается гранд-задача новых назначений. Заняв новые посты с широким и публичным кругом полномочий, Дмитрий Медведев, Сергей Собянин и, на наш взгляд, в меньшей степени Сергей Иванов будут должны в течение года активизировать практическую политику и на этой основе сформировать комплекс стратегических целей для страны, которые и станут программой следующих выборов.

Лица новой волны

Как сказал один из кремлевских наблюдателей, "нельзя не замечать, что в рамках этих кадровых назначений в публичную политику приходит совершенно новый тип людей. Их отличительные особенности - четкая ориентация на интересы государства, амбициозность в отношении будущего России, отсутствие у себя и неприятие у других личной корыстной заинтересованности. Образно говоря, эти люди по субботам идут в книжный магазин, где ищут книги с ответами на вопрос о будущем России, а в будни работают на государство. Средний возраст группы моложе предыдущей - ее ядро представляют люди в возрасте 37-42 лет. Почти все они выходцы либо из силовиков, либо из правоведов".

Дмитрий Медведев. Ему 40 лет. Человек, лично близкий к Путину. Люди, работавшие с Медведевым в Петербурге, говорят о нем как об "исключительно спокойном, сдержанном и уравновешенном человеке", который "никогда не даст повода заподозрить себя в чем-нибудь неподобающем". Несмотря на то что в 90-е он активно занимался юридическим консультированием бизнеса, на него почти совсем нет компромата. Единственное темное пятно - его причастность к деятельности одного из главных игроков российского лесопромышленного бизнеса "Илим Палп Энтерпрайз" (он был совладельцем и директором компании по юридическим вопросам). Однако и здесь Медведев сумел остаться чистым: выступив против вывода активов из Братского ЛПК, он поссорился с руководителями компании, а через некоторое время (буквально за несколько месяцев до серии громких скандалов, связанных с "Илим Палп") порвал с ней все отношения.

Сергей Собянин принадлежит к тому жепоколению комсомольских деятелей, что и Ходорковский. И по свидетельству тех, кто его знает, своим отношением к работе, жесткостью и требовательностью к подчиненным он во многом схож с ними

Все, кто работал с Медведевым в Кремле и на Старой площади, говорят, что он почти идеальный администратор. Кроме того, на посту главы администрации Медведев сумел стать консолидирующей фигурой, одновременно близкой и к силовикам (для Николая Патрушева и Рашида Нургалиева он куда ближе "коллеги" Игоря Сечина), и к либералам. Проявилась и его ориентация на стратегию. Именно ему приписывают проект североевропейского трубопровода. Находясь во главе администрации, Медведев очень активно контактировал с элитами Украины, Армении, Азербайджана и Казахстана, и не стоит ждать, что эти контакты прервутся после переезда Медведева в Белый дом.

Сергей Иванов. Представитель "чекистской" части окружения Путина. В данном случае, впрочем, это значит только то, что он выходец не из юридической, а из чекистской среды.

В качестве министра обороны он не показал себя выдающимся управленцем, однако кое-чего добился. После серии неудач российская армия наконец научилась проводить масштабные учения, в том числе и совместные (особенной удачей считаются российско-китайские). Создать полноценную и работоспособную команду в Министерстве обороны Иванову не удалось, он смог добиться только отставки Анатолия Квашнина, что само по себе было важно, но, очевидно, недостаточно.

Его концепция военной реформы, ориентированная на части постоянной боевой готовности и смешанный принцип формирования: контрактники плюс одногодичная служба по призыву, - реализуется весьма посредственно. Сегодня нет определенности ни с частями постоянной боевой готовности (пока не удается укомплектовать даже несколько полноценных частей), ни со всеми прочими.

Авторитет Иванова как среди военных, так и в обществе в последнее время заметно падает: слишком противоречивые результаты и слишком много показательных выступлений (причем не всегда удачных). Зато за границей к Иванову весьма расположены: его светский стиль общения импонирует западным политикам и генералам.

Сергей Собянин. 47 лет. Не чекист и не питерский. Вся его карьера до сих пор была связана с работой в регионах.

Собянин принадлежит к тому же поколению комсомольских деятелей, что и Ходорковский, и многие другие представители российского бизнеса 90-х. И по свидетельству тех, кто его знает, своим отношением к работе, жесткостью, требовательностью к подчиненным он во многом схож с ними. Разница в принципиальной ставке не на выстраивание бизнеса, а на системную государственную работу.

За годы работы в Когалыме (вотчина "ЛУКойла"), в администрации ХМАО и Тюменской области Собянин сумел наладить отношения со всеми основными нефтегазовыми компаниями. В частности, на выборах тюменского губернатора его активно поддерживал "Сургутнефтегаз", после выборов были налажены очень хорошие взаимоотношения с "Газпромом" и ТНК, которая начала добычу нефти на юге Тюменской области.

Однако Собянин не стал человеком нефтегазового комплекса. Скорее наоборот: его деятельность по развитию крупного бизнеса Тюмени была направлена на освобождение от зависимости от нефтегазовых заказов.

Собянин позиционирует себя как хозяйственника новой формации - путинского призыва (внутри области это часто формулировалось как "Собянин - наш Путин" или "Собянин такой, как Путин"). В его понимании это жесткий, прагматичный руководитель, ориентированный на развитие бизнеса при усилении роли государства. И еще немаловажная деталь этого имиджа: государственные интересы и государственная карьера важнее личной материальной выгоды.

В последние годы нововведения тюменского губернатора (в частности, в области ЖКХ и медицины) регулярно получали одобрение президента. Что отразилось и на количестве личных встреч. Причем речь на них шла не только о состоянии дел в Тюменской области, но и обо всем Сибирском регионе и даже о проблемах страны в целом.

Люди, хорошо знающие Дмитрия Медведева, удивляются тому, что его считают мягким человеком. На посту главы администрации он сумел стать консолидирующей фигурой, одновременно близкой и к силовикам, и к либералам

Александр Коновалов. Питерский и юрист. Выпускник того самого юрфака ЛГУ, на котором учились и Путин, и Козак, и Медведев. С 1992 года работает в органах прокуратуры. К 2005 году - первый заместитель прокурора Санкт-Петербурга. Считается человеком Медведева. Судя по тем интервью, которые он дал, став прокурором Башкирии, Коновалов - человек, ориентированный на госслужбу и госкарьеру: "Я для себя сделал выбор в пользу работы более рутинной, менее оплачиваемой, зато стабильной и вполне предсказуемой. Мне всегда легче, когда существует четкое определение обязанностей и задач". При этом в его послужном прокурорском списке не значится каких-либо обстоятельств, связанных с очевидным использованием своего положения в личных целях.

Что же до профессиональных и организационных качеств Коновалова, то сказать что-либо об этом сложно. На посту прокурора Башкирии, куда он был переведен после событий в Благовещенске, он сумел добиться обвинительного приговора группе милиционеров, участвовавших в набеге на Благовещенск (в оппозиционных СМИ ему, впрочем, поставили в вину отсутствие на скамье подсудимых высоких начальников, в том числе главы МВД республики). После этого он повел себя довольно самостоятельно в запутанном деле по возвращению в республиканскую собственность активов Уфимского НПЗ, находящихся в собственности компании "Башкирский капитал", которую контролирует сын Муртазы Рахимова Урал. Однако в итоге спор отца и сына завершился ничьей.

Камиль Исхаков. И по возрасту, и по типу личности выделяется среди других назначенцев. Ему 56 лет, он представитель и, по сути дела, глава одного из самых влиятельных кланов в Татарстане. Исхаков - типичный представитель партийно-национальной элиты, которая в конце 80-х, перепрыгнув через несколько номенклатурных ступеней, захватила ключевые позиции, после чего упрочила свое влияние и власть в бурные 90-е.

Исхаков опытный руководитель, умеющий контролировать вверенную ему территорию. Однако Казанью он руководит уже 14 лет и в последние годы, очевидно, усилился настолько, чтобы вступить в противостояние с Шаймиевым. Его назначение полпредом на Дальний Восток - это, с одной стороны, подарок Шаймиеву, который избавляется от серьезного конкурента (есть, впрочем, версия, что в отсутствие Исхакова убрать Шаймиева можно будет с меньшими потерями), а с другой - попытка разрешить сложную дальневосточную ситуацию с помощью человека, знающего, как работают полукриминальные структуры, завязанные на местные власти.

Профессиональные государственники

Более или менее подробно об идеологии "новой волны" мы можем судить по интервью, которые были даны ее представителями прессе. Если говорить коротко, то мы имеем дело с профессиональными государственниками. Самое пространное интервью ключевой фигуры "новой волны" Дмитрия Медведева было опубликовано в апреле этого года в журнале "Эксперт", из него ясно следует, что базовая идеологическая установка "новой волны" - сохранение российского государства как единого целого на всей ныне принадлежащей России территории. "Консолидация российской элиты возможна только на одной платформе - для сохранения российской государственности в пределах существующих границ. Все остальные идеологемы вторичны", - сказал в интервью "Эксперту" Дмитрий Медведев. Эта мысль близка и новому главе администрации Сергею Собянину: "Самое главное, что определяет экономическую политику в России, - налоговое, таможенное регулирование должно остаться на федеральном уровне. 'Рулеж' этими процессами на региональном уровне чреват разрушением единого экономического пространства и угрожает суверенитету".

Следующий из задачи сохранения единства России тезис - необходимость освоения территории России, прежде всего экспансия на Восток. "Восточное направление развития России критически важно. Не будем развиваться на восток - не будет единой России... Пустоты в этой части страны должны решительно заполняться... Иначе на Дальнем Востоке будут царить холод и запустение. Или развивать его будем уже не мы" (Дмитрий Медведев).

Назначение Исхакова полпредом на Дальний Восток это, с одной стороны, подарок Шаймиеву, а с другой попытка разрешить сложную дальневосточную ситуацию с помощью человека, знающего, как работают полукриминальные структуры, завязанные на местные власти

В отношении базовых принципов экономической политики принимается тезис о тупиковости политики государственного капитализма: "Традиционный государственный капитализм - тупиковый путь развития для экономики... Рассматривать Россию как совокупность ряда крупных государственных компаний опасно... Государственные компании сами по себе не обеспечивают роста среднего и малого бизнеса. А он - основа любой экономики..." (Дмитрий Медведев). И в то же время: "В масштабах России частному бизнесу всегда было трудно в одиночку. Есть сферы деятельности (например, оборонная промышленность, транспортная система страны), где, я уверен, государственное присутствие сохранится надолго..." (Дмитрий Медведев).

Что касается право-левого политического спектра, то Медведев неожиданно четко заявил о необходимости появления в России правого политического блока: "Наличие нормальной правой партии - системообразующая вещь... Но появится такая партия только при наличии людей, объединенных истинно правыми ценностями, а не желанием пролезть в Думу. Не исключаю, что одним из плацдармов для развития правой идеологии могла бы стать и соответствующая фракция в 'Единой России'".

Национальные проекты, и не только

Перемещение Дмитрия Медведева в правительство означает желание президента усилить правительство, сделать его и более дееспособным, и более стратегичным. Чего можно ожидать от Медведева на новом посту?

Первое, что напрашивается, - пресловутые национальные проекты: развитие образования, здравоохранения, сельского хозяйства и жилищного строительства. Все четыре проекта вписываются в ту часть идеологии власти, которая касается необходимости повышения уровня жизни народа. Предполагаемая на эти проекты сумма достаточно велика: по разным оценкам, 30-40 млрд долларов на три года, - и для президента важно, чтобы в условиях "повышенной коррупции" контроль за этими денежными потоками осуществлял человек, которому можно доверять. Важно и то, что эти проекты живут как президентские уже много лет и все-таки должны быть сдвинуты с мертвой точки к концу срока. Но очевидно, что ключевыми в рамках глобальной экономической стратегии страны они быть не могут. Да и зачем ставить на здравоохранение человека, который с удовольствием и эффективно решал проблему североевропейского газопровода? Впрочем, комментируя назначения, Путин сказал, что Медведев будет "курировать национальные проекты, и, я подчеркиваю, не только".

Неплохим подспорьем в карьере первого вице-премьера мог бы стать прогресс в решении одной из двух актуальных проблем - инфляции и коррупции. Комплекс мер по сдерживанию инфляции как раз обсуждался правительством в прошлую среду. Однако на "антиинфляционном" заседании правительства Дмитрий Медведев отсутствовал, а задача утрясания противоречий между МЭРТ и Минфином была возложена на другого вице-премьера - Александра Жукова.

То, что Медведев будет публично концентрироваться на борьбе с коррупцией, тоже сомнительно. Вроде бы широкомасштабная операция "Чистые руки", аналогичная проводившимся в Италии, могла бы стать для Медведева тем же, чем стала вторая чеченская война для Путина. Тем более что у экс-главы президентской администрации неплохие личные отношения с главой ФСБ Николаем Патрушевым, ведомство которого совсем недавно отметилось двумя нашумевшими операциями по аресту взяточников - в налоговой службе и в Центробанке. Но совсем недавно попытку сделать карьеру на образе врага с коррупцией предпринимал Борис Грызлов - перед переходом с должности главы МВД в спикеры Госдумы. А г-н Грызлов в книжные магазины по субботам скорее всего не ходит.

Учитывая стратегические интересы Дмитрия Медведева, можно предположить, что одной из основных линий его деятельности в правительстве будет формирование и реализация экономической стратегии, которая позволит "сохранить эффективное государство в существующих границах". По тому, в каких направлениях уже ведутся стратегические разработки, в том числе и государственными компаниями, можно предполагать, что это будет стратегия "активной обороны" - связывания потенциальных глобальных конкурентов экономическими интересами. Для Европы такой привязкой станет Балтийский газопровод, активным радетелем которого является Медведев. Для Азии - восточная "труба" и поставки электроэнергии: работа по этим направлениям идет сегодня очень активно.

Александр Коновалов человек, ориентированный на госслужбу и госкарьеру: Я для себя сделал выбор в пользу работы более рутинной, менее оплачиваемой, зато стабильной и вполне предсказуемой. Мне всегда легче, когда существует четкое определение обязанностей и задач

"Главной, это я могу сказать уверенно, остается стратегическая задача - выход нашего трубопровода на Тихоокеанский регион, - говорит вице-президент компании 'Транснефть' Сергей Григорьев. - Причем одновременно будет строиться 'труба' и в бухту Перевозная возле Находки - для стран АТЭС (страны Азиатско-Тихоокеанского экономического сотрудничества - 21 государство, в том числе США, Япония, Австралия. - 'Эксперт'), и в Сковородино - для Китая. В какой пропорции нефть пойдет по этим направлениям, мы пока сказать не можем: правительство еще не определилось. Я надеюсь, что скоро мы получим постановление правительства, где будет точно прописано, что мы должны делать в каком порядке и чего, сколько и куда потечет. Так что единственное, чего мы пока не знаем, - сколько нефти отправится в каком направлении в какое время".

Проекты по поставкам в Китай электроэнергии впечатляют не меньше. "Речь идет не просто о приграничной торговле электроэнергией, - говорит член правления РАО 'ЕЭС России' Андрей Трапезников. - Речь идет об объемах поставки 30-60 миллиардов киловатт-часов в течение ближайших десяти-двадцати лет. Для нас реализация этого проекта потребует строительства энергомощностей, которые будут вдвое превышать нынешний энергетический потенциал Дальнего Востока. Начать реализацию этого проекта мы сможем после 2008 года - это время потребуется для увеличения мощностей, для нового строительства. Но это не значит, что до 2008 года не будет увеличения текущих поставок: сейчас их объем в приграничных областях составляет около 500 миллионов киловатт-часов в год, к 2008 году мы доведем его до 3-5 миллиардов". Понятно, что, если власть будет озвучивать решения по реализации этих проектов именно устами Дмитрия Медведева, его перспективы как публичного политика существенно возрастут.

Отметим, что в стратегию "сохранения эффективного государства в существующих границах" прекрасно укладываются и "национальные проекты", курируемые Медведевым. В первую очередь образовательный, подразумевающий создание двух национальных университетов в ключевых для сохранения целостности страны регионах - на Юге и в Сибири. В не меньшей степени на сохранение государства работает и проект развития аграрно-промышленного комплекса, обеспечивающий России продовольственную независимость и в потенциале имеющий привязку Европы к нашим продовольственным поставкам.

Особняком стоит вопрос об экономической политике в отношении военно-промышленного комплекса. Повышение в должности Сергея Иванова было мотивировано необходимостью устранения разногласия между оборонной промышленностью и собственно армией. На должности министра обороны Иванову не хватало полномочий для влияния на военно-промышленный комплекс. Несмотря на то что за последние годы ВПК весьма успешно консолидировал свои активы благодаря усилиям главы Рособоронэкспорта Сергея Чемезова, обслуживать армию он пока не очень склонен. Стратегия Чемезова заключается прежде всего в ориентации на внешние рынки, приносящие, в терминологии 90-х, "живые" деньги. Удастся ли Иванову наладить отношения с ВПК, учитывая его не слишком хорошие менеджерские качества, вопрос. По крайней мере, ликвидировать ключевой центр коррупции в подчиненной ему армии и собственном министерстве Иванову не удалось.

Возможные маневры

Если пытаться обобщать ключевые внутриполитические тренды, которые символизируют последние кадровые назначения, то можно сделать приятный вывод, что эпоха "ультрасиловиков", под знаком которой страна прожила более двух лет (с момента публикации антиолигархического доклада в июне 2003 года), досрочно подходит к концу. Досрочно, то есть не дожидаясь выборов. Если так, то мы сможем констатировать, что элиты все-таки стали более квалифицированными, так как эпоха "семейных" заканчивалась долго и болезненно.

В этом смысле особенно показательна фигура Сергея Собянина, в функции которого скорее всего войдет непосредственная подготовка к выборам 2007-2008 годов. Тот факт, что он происходит не из силовых ведомств и не из федералов, а главное, его доказанная способность консолидировать интересы представителей нефтегазовых компаний (а, как уже было сказано, Собянину удалось наладить отношения с "ЛУКойлом", ТНК, "Сургутнефтегазом" и "Газпромом") позволяют рассчитывать на то, что на грядущих выборах администрации президента удастся консолидировать основную часть деловой элиты страны и оставить в очевидном меньшинстве представителей бизнеса "ультрасилового" блока. Можно также предположить, что именно фигура Собянина как доказательство перспективности союза бизнеса и бюрократии станет и катализатором изменений в "Единой России", сдвигая ее к более прагматичной, то есть правой политике.

В подготовке материала принимали участие Алексей Хазбиев и Андрей Цунский