Мужицкий царь

Елена Борисова
5 декабря 2005, 00:00

Подобно Печорину, великий князь Константин Павлович мог бы обратить к себе вопрос: "И зачем я жил? Для какой цели я родился? А, верно, она существовала и, верно, было мне назначение высокое..."

Судьба действительно как будто готовила ему великую будущность. Бабка, Екатерина Великая, дала ему имя Константин - в уверенности, что внук воцарится в Царьграде. Однако турки остались на Босфоре, а современники одну за другой принялись примеривать ему албанскую, шведскую, дакийскую, сербскую, французскую, польскую и российскую короны. Цесаревич между тем жил как хотел. Увлекался правилами равнения шеренг, развратничал, безобразничал, одних офицеров оскорблял, а другим помогал, одних солдат прогонял через палочный строй, других же одаривал червонцами. Ходил на солдатские свадьбы. Изволил травить специально откормленных кошек и крыс бульдогами. Первым из Романовых публично развелся и женился на любимой женщине. Был отправлен братом, императором Александром, в Польшу. И все бы хорошо, однако избранный цесаревичем стиль поведения, насквозь русский, когда "государь есть живой закон: добрых милует, злых казнит, и любовь первых приобретается страхом последних", - предлагался не русским, а полякам. Означенные столь тяжелых цепей не снесли и стали готовить революцию. Ну а Константин после кончины брата отказался от российского престола, "ибо ненавидел Петербург и предпочитал жизнь частную". Декабристы его именем заманивали войска на восстание; Константин не ехал. Пошли слухи: удалой цесаревич зарубил в рукопашной пять генералов, покушавшихся на его жизнь; ехал он в Россию, хотел стать мстителем за народные обиды, но генералы и братец Николай не позволили.

Тем временем поляки устроили свою революцию, с настоящим покушением. Константин бежал. И умер в Витебске. Без причастия. От холеры. А другие говорят, что от тоски и скуки. Народ же считал, что не умер - не мог умереть такой бравый цесаревич: ходит он по земле русской, примечает мужицкие обиды и рано или поздно отомстит супостатам.