Буденный и красота

Культура
Москва, 12.12.2005
«Эксперт» №47 (493)
Новый "Кинг-Конг", снятый Питером Джексоном, не просто главный блокбастер киносезона. Гигантская обезьяна превратилась в символ современного Голливуда

Классический "Кинг-Конг", фильм производства 1933 года, возник, как это часто случается с основополагающими произведениями мировой культуры, из ночного кошмара. Мериену Куперу, будущему сценаристу и режиссеру "Кинг-Конга", приснилось в начале 30-х, как гигантская горилла нападает на Нью-Йорк; Купер атакует ее на истребителе, она своей гигантской волосатой лапой его сбивает. Столь странная фантазия возникла не на пустом месте: Купер в прошлом был летчиком. В 1920-м году он записался добровольцем в воющую с Советской Россией польскую армию, где из подобных ему американцев-авиаторов сформировали эскадрилью имени Тадеуша Костюшко. На своем биплане он бомбил конницу Буденного под Львовом; довольно быстро, впрочем, его сбили и взяли в плен. Через девять месяцев Купер сбежал из советского концлагеря, но страх перед Советами, похоже, глубоко в него проник. Воплощение американских подсознательных страхов, Кинг-Конг - чудовищный самец гориллы, топчущий волосатыми лапами крошечных американцев, торжественно восседающий на Эмпайр Стейтс Билдинг, сладострастно охотящийся на блондинок - по сути аллегорический Семен Михайлович Буденный. А в более широком смысле - вообще некий символический Враг, обитатель простирающихся за пределами США джунглей, воплощение ужасающей, пугающей и в то же время притягательной брутальной мужественности.

Тот, старый, "Кинг-Конг", полный сногсшибательных по тем временам спецэффектов, собравший оглушительную для периода Великой депрессии кассу - почти два миллиона долларов, - по сути сделал Голливуд именно таким, каким мы его знаем: механизмом по вытаскиванию из общественного подсознания разнообразных архетипов и конструированию на их основе многомиллионных блокбастеров. Примечательно, что в 50-е годы "Кинг-Конга" практически в первоначальном виде вновь с большим успехом запустили в прокат: косматый захватчик Нью-Йорка в разгар холодной войны выглядел как нельзя более актуально. В дальнейшем, впрочем, Кинг-Конг разошелся по десяткам дешевым сиквелам, и пошедшая по рукам история утеряла свою мифологическую силу: в конце концов в фильме Джона Гильермина "Кинг-Конг жив" (1986) хтонический монстр превратился в несчастное животное, ставшее жертвой негуманных медиков, препятствующих его естественной страсти - и не к очередной блондинке, а вовсе даже к самке одной с ним видовой принадлежности.

Живое воплощение враждебной и вызывающей зависть природной мощи превратилось в какого-то гринписовского зайчика. "Кинг-Конг жив" заслуженно провалился в прокате, и возрождения легенды никто не ожидал. И не только потому, что все легенды когда-либо кончаются; куда важнее то, что Голливуд за прошедшее с 1933 года время претерпел не меньше изменений, чем оформившее его суть чудовище. Первоначальный запас когда-то раскопанных архетипов подошел к концу, а новые скважины в коллективное бессознательное бурить в Голливуде основательно разучились. Не случайно пустующие емкости столь отчаянно пытаются заполнить разнообразными комиксами, сказками и литературными

Новости партнеров

«Эксперт»
№47 (493) 12 декабря 2005
Выборы
Содержание:
Шоу Рогозина

Редакционная статья

Обзор почты
Международный бизнес
Рейтинг
Русский бизнес
Реклама