Письма читателей

26 июня 2006, 00:00

Комментарии читателей к статье "Главная тайна Красной Армии" и ответ редакции

2006, № 23 (517)

Проблема, поставленная авторами, актуальна, ситуация описана весьма точно, и выход предложен логичный. Но этот выход требует очень большой жертвы, а именно сокращения большей части тех офицеров, которые ныне служат в этих самых военных городках типа описанного артдивизиона под Красноярском. Насколько мне известно, сегодня у нас в стране около 500 тыс. офицеров. Весьма немало. Единственное, что в рамках этой локальной проблемы внушает «оптимизм», хотя вообще-то радовать не должно, так это серьезное сокращение военных вузов и, соответственно, выпускников этих военных вузов. Подавляющая часть младших офицеров в Российской армии сегодня (то есть от лейтенантов до капитанов, а особенно лейтенантов) — это выпускники военных кафедр, которые привлекаются в армию в рамках той же схемы, названной в статье «рекрутчиной». Поэтому указанные авторами статьи мероприятия тут проблем особых не создадут — или проблемы вполне возможно будет решить. Более того, это решит и многие другие сопутствующие проблемы — например, когда во главе Северо-Кавказского военного округа накануне и во время первой чеченской войны оказался человек, не имеющий высшего офицерского образования, выпускник этой самой военной кафедры, в армейской среде называемый «пиджаком» (как там у вас в статье было по поводу укладки мостов?). Затем этого человека, видимо за блестяще проведенную первую чеченскую кампанию, еще и сделали начальником Генштаба — мы его знаем как господина Квашнина. А ведь Генштаб — это мозг армии... Должен быть, по крайней мере... Только недавно подвинули. И то с трудом. А сколько еще таких, как он, стратегов?

Гораздо большая проблема — это старшие и высшие офицеры. Их относительно немного, хотя тоже наберется не один десяток тысяч, если не сотня-другая. И проблема здесь, скорее, не общественного, а лоббистского характера. Коль скоро реформа армии делается руками самой армии, иными словами, этими самыми высшими офицерами, то, согласитесь, в ее успешном результате можно сомневаться. Вы можете себе представить генерала, который сам лично будет помогать реорганизовать армию так, чтобы пропали подчиняющиеся ему солдаты и офицеры? А кем он тогда командовать будет?

Александр Сергеевич Полыгалов


Мне 21 год, не буду говорить, какими путями я избежал армии, вы их сами знаете, но смысл в другом.

1. С какой стати я обязан идти в армию? Я ей ничего не должен, ни копеечки, это по праву рождения я должен... так, может, доведем ситуацию до абсурда, может, пропишем в законе, что мы еще должны нарожать по пять детей и прописать года с четким графиком рождения каждого ребенка и их пола?

2. 18–20 лет — это возраст определения человека, это именно то время, когда человек разбирается в себе и выходит на понимание, чего он хочет, хотя есть и такие, которые не разбираются и в пятьдесят. Но место, где он должен это понимать, — вуз, а так как вузы в плачевном состоянии, проще отдавать ребенка в армию, «коль все равно ничему не научим, то хоть бесплатно поюзаем ребенка и назовем это служением родине». Слишком часто государство и чиновники прикрываются словом «родина». Это ты не государству служишь и чиновникам, а Родине — смех!

3. Еще пару нареканий в сторону армии. Зачем калечить детей, как физически, так и психологически, я уже не говорю об их интеллекте. Зачем пропадать ребенку два года, хрен знает зачем, на усладу «дедам», которые их используют как хотят, и они имеют на это право, так как это обучением называется! У нас страна вымирает, бизнес не может никак выйти в свет и не может создать конкуренцию, нам бы вкладывать и вкладывать деньги в образование, так нет, давайте всех в армию, создавать людей-машин, которые только команды имеют выполнять

Вот неполный список моих претензий к тексту, а скорее - к армии,

И простой вывод: при таком раскладе лучшая молодежь по-прежнему будет откупаться от армии и рваться за границу.

michael nax


Армия, которая нас не касается

С тем, что сегодняшняя Российская армия по сути вовсе не призывная, а рекрутская, согласились почти все. Что и неудивительно. Простой и внятный разбор системы функционирования нашей армии не оставляет вариантов для возражений. Возражения же могут быть в основном на уровне коннотаций: «тюремного типа», «аракчеевщина». Впрочем, многие заметили, что есть и еще один аналог нынешней Российской армии — армия Рима, где граждане должны были служить определенное количество походов, после чего считалось, что свой долг Родине они отдали. Однако, по сути дела, римский пример есть вариация на тему рекрутской армии, только в иных исторических условиях.

Однако, как только дело дошло до разговора об армии призывной, тут же начались сомнения и существенные споры. Оказалось, что полноценная призывная армия далеко не всех устраивает. Во-первых, призывная армия предполагает, что армия все-таки государству нужна. То есть это не пережиток темных веков, а насущная потребность общества защищать себя и свой уклад жизни. Во-вторых, призывная армия предполагает, что служить (обучаться) все же надо, а главное - даже и воевать, если что. В-третьих, и это уже более серьезная претензия, призывная армия предполагает известную долю милитаризации общества.

Когда мы противопоставляли рекрутскую армию и призывную, то, безусловно, не имели в виду, что призывная армия есть благорастворение воздухов и обещает счастье всем и навсегда. Действительно, призывная армия, в отличие от той же рекрутской, предполагает куда большую вовлеченность обычных граждан в военное дело. Собственно, как раз тем и отличается настоящая призывная армия от нынешней рекрутской, что человек не отдает долг родине в течение двух лет, а остается «должен» ей практически всю жизнь. Даже на техническом уровне все это не сплошные пряники и пироги. Да, при призывной армии вполне можно сократить срок службы до шести месяцев. Однако, чтобы сохранять боеготовность, необходимы регулярные (пусть даже двухмесячные) сборы. Более того, в случае серьезного военного конфликта резервистов могут призвать в армию на неопределенный срок и даже использовать их в реальных боевых действиях (разумеется, выплачивая им за это жалованье и соответствующую страховку). Все это далеко от чаемого идеала «армии, которая нас совсем не касается».

Однако «армия, которая нас совсем не касается», на практике означает либо полное, либо частичное отсутствие армии. В этом случае слишком велика вероятность, что на место нашей «армии, которая никого не касается», придет чужая, которая будет касаться нас, и еще как. Даже если предположить, что угрозы с Запада — надуманные, то угрозы с Юга и Востока совсем надуманными назвать сложно.

С контрактной «армией, которая нас не касается», все тоже не так просто, как видится сторонникам этого компромисса между армией и обществом. Во-первых, у нас даже при цене 200 долларов за баррель нефти не будет достаточных средств содержать контрактную армию, способную гарантировать нашу обороноспособность. Во-вторых, контрактная армия в этой схеме становится страшно далекой от народа и вполне может весьма быстро обрести черты оккупационной, которая будет касаться решительно всех.

Что же касается дежурного ответа насчет того, что ключевую роль в большой войне будут играть вовсе не пехотинцы, а ядерные боеголовки, то тут смущает в первую очередь готовность смириться с уничтожением планеты при полной неготовности смириться с тем, что на войне могут убить простого обывателя.

Так что если все же менять нынешнюю рекрутскую армию, то только на призывную. Все остальные варианты весьма сомнительны.

Андрей Громов