Диагноз менеджерам

Вера Краснова
редактор отдела компаний и менеджмента журнала «Эксперт»
25 сентября 2006, 00:00

Когда несколько десятков теоретиков менеджмента не сговариваясь дуют в одну дуду, дескать, современные руководители заняты не тем, чем нужно, и профессия менеджера находится в тупике — на это стоит обратить внимание. Хотя даже авторы сборника, четверо журналистов, кажется, не подозревают, что из полуакадемических разговоров об актуальных идеях в управлении у них получилась, по сути, жесткая идеологическая книга, которую можно было бы озаглавить популярной в России в 90-х годах фразой из кино — «Так жить нельзя».

В интервью гуру рассуждают о новой экономике и о том, что менеджеры в основной своей массе не соответствуют ей. Они, по сути, констатируют провал собственных идей, рожденных в 80–90-е годы, — таких, как «управление знаниями» в организации, «живая компания», «самообучающаяся компания» и проч. Да что там, даже стратегическое планирование, по мнению классика менеджмента Генри Минцберга, в исполнении современных выпускников MBA таковым не является, а подменяется обычным планированием на основе уже существующей стратегии. В итоге менеджеры топчутся на месте, решая сугубо конъюнктурные задачи с помощью приказов и контроля.

Все дело, как считает большинство интервьюируемых, в сохраняющемся однобоком взгляде на управленческое ремесло. Он базируется на «жестких» основаниях, на логике и анализе, игнорируя «мягкие» факторы — человеческие отношения, «эмоциональный интеллект» и даже «духовный интеллект» организации. Последний, по убеждению теоретика лидерства Даны Зохар, важнее «эмоций», поскольку именно свободный дух заставляет людей «раскачивать лодку» и задавать себе неприятные вопросы, чтобы продвигаться вперед.

Впрочем, есть и одно существенное различие в предлагаемых трактовках нынешнего кризиса менеджмента. Если одна часть гуру, преимущественно англосаксонского происхождения, полагает, что выход в усилении внимания к «мягким» факторам, то другая часть, с индийскими и другими восточными корнями, видит в происходящем системное, цивилизационное заболевание, лечить которое надо вместе со всей экономикой.