Не «кто виноват», а «что делать»

27 ноября 2006, 00:00

Аресты в руководстве Федерального фонда обязательного медицинского страхования сегодня обсуждаются исключительно в контексте атаки на министра Михаила Зурабова. Посадят — не посадят. Снимут — не снимут. Все обсуждение крутится вокруг этих вопросов и если выходят за их рамки, то только туда — в глубину тайных коридоров власти. Кто наехал на Зурабова? Кто претендует на финансовые потоки, им контролируемые? Кто помогает Зурабову отбивать эти атаки и к чему приведет смена этого несменяемого министра?

Все это, безусловно, важно, тем более что на дворе ноябрь и мы вплотную подошли к предвыборному году.

Однако за всем этим как-то вне поля зрения оказалась собственно проблема льготных лекарств. То, что система дополнительного льготного обеспечения (ДЛО) лекарствами не работает, прекрасно видно хотя бы из обнародованных материалов следствия. Но дело явно не только в воровстве и злоупотреблениях руководства фонда. Сама система устроена так, что обеспечивает возможность воровства, но не способна адекватно обеспечить спрос на лекарства. А потому естественно задаться не только вопросом «кто виноват?», но и «что делать?». Что нужно сделать, чтобы ДЛО заработало?

Во-первых, нужно сменить тактические цели на стратегическую, то есть перевести ДЛО из разряда инструментов погашения социального недовольства бедных и по большей части пожилых людей в разряд инструментов эффективного лечения населения, возращения его к активной жизни независимо от возраста. Соответственно, место этой программы не в социальном «крыле» Минздравсоцразвития, а в рамках реализуемого сейчас национального проекта здравоохранения. Целевая аудитория программы — больные люди, особенно с тяжелыми заболеваниями, требующими дорогостоящего лечения, а не размытая группа, состоящая из больных, пенсионеров, детей и беременных.

Во-вторых, изменить принцип финансирования ДЛО. В любой страховой системе здоровые платят за больных, значит, в оплате ДЛО надо исходить не из остаточного принципа «социалки», а из страхового или налогового. То есть бюджет программы должен формироваться на основании реальной потребности в лечении, а не того, сколько есть денег «на душу льготника». Казалось бы, это влечет за собой увеличение бюджета ДЛО. Но бюджет этот и так растет из-за отсутствия механизмов экономического обоснования списка бесплатных лекарств, критериев контроля эффективности работы всей системы ДЛО.

Поэтому, в-третьих, необходимо, опираясь на мировой опыт, разработать стандарты лечения, назначения лекарств, стимулы для оптимизации затрат на уровне медицинской организации, формировать список бесплатных лекарственных препаратов исходя из оптимизации соотношения цены и эффективности лечения. Наконец, нужны работающие механизмы обратной связи, чтобы местные административные органы здравоохранения и врачи могли реально участвовать в формировании заказа на ДЛО. В настоящее время он формируется исключительно на федеральном уровне, в результате его ассортимент зачастую не отвечает потребностям лечения.

Если всего этого не сделать, то вне зависимости от того, снимут или нет Зурабова, будет новый глава Фонда обязательного страхования честнейшим человеком или нет, сметы будут раздуваться, а лекарств будет не хватать.

Более того, знаменитый закон о монетизации и нормативные акты, принятые впоследствии для смягчения и/или разъяснения введенных им новаций, расставили множество таких мин замедленного действия — систем, выстроенных исходя из сугубо бухгалтерских соображений, из абстрактной калькуляции и не отвечающих реальным потребностям общества. И не только в социальной сфере. Например, по этому закону, школы полностью отошли в муниципальное подчинение — с точки зрения бюджетной арифметики тут нет ничего плохого, но в реальности при таком финансировании обреченным на вымирание оказался институт специализированных школ. Еще одной миной является перенесение финансирования поддержки сельского хозяйства на региональный уровень. В реальности это уже сейчас приводит к тому, что благополучные регионы имеют куда больше возможности поддерживать свое сельское хозяйство и свое сельское население, чем неблагополучные, тогда как нужно прямо обратное. Таких мин множество, и хорошо бы их хотя бы обнаружить, не дожидаясь совместной спецоперации Генпрокуратуры и ФСБ.