Престолонаследие в отмеренных строках

На улице Правды
Москва, 07.02.2007
«Эксперт» №5 (546)

В январской текучке неприметным образом случилось нежданное. И граждане, и политики поверили, что В. В. Путин не пойдет на третий срок. Строго рассуждая, ничего неожиданного тут быть не должно бы — В. В. Путин столько раз говорил о своем нежелании нарушать статью Конституции, запрещающую занимать пост президента более двух сроков кряду, что когда-нибудь можно было и поверить. Но В. В. Путин не один год говорил и говорил, а ему все не верили и не верили. Теперь вдруг и до ультралоялистов, и до ультраосвободителей дошло, что третьего срока вправду не будет. Как на чем-то само собой разумеющемся (притом что вчера это никак не разумелось, тем более — само собой) политические рассуждения стали строиться на том, что в 2008 г. в России будет новый президент. Освободители, как дважды два многократно доказавшие, что В. В. Путин никуда не уйдет, потому что уходить ему некуда — такова уж природа диктатуры, отныне рассуждают о том, как М. М. Касьянов в 2008 г. порвет Д. А. Медведева (согласно опросу «Эха Москвы», в то верит 85% ее аудитории). Про имманентную природу диктатуры как-то забыли.

И совершенно зря. Ведь наличие (или, скажем для осторожности, явное вызревание) опровергающего примера позволяет уточнить теорию. Что представляет интерес даже и безотносительно к В. В. Путину и текущей политике.

Похоже, слабым местом теории насчет того, что при авторитарном способе правления уходить некуда, является ее крайний детерминизм. В ходе правления были допущены известные злоупотребления (причем их объем и их тяжесть могут толковаться весьма произвольно) — следственно, уходить нельзя, потому что настигнет возмездие. В ходе правления сформировался ближний круг со своими интересами и профитами (причем степень зависимости правителя от ближнего круга также может толковаться весьма произвольно) — следственно, уйти не дадут. «Хоть тебе это и не мило, тащи меня через силу». Личная воля правителя — желает ли он сам нести далее бремя власти, желает ли он наиочевиднейшим образом нарушать Основной закон — никакой роли не играет.

Что до первого пункта, здесь вообще нет никакой предопределенности. При должном рвении победителей можно лишить жизни, свободы или, по крайней мере, сделать невыносимой жизнь любого прежнего правителя. Задним числом переписать условия ухода от власти — дело нехитрое. За вычетом тех крайних случаев, когда правитель совершил неслыханные злодейства, нет ни обреченности наказанию, ни заведомых гарантий от преследования. Все зависит от преемников и от общества. У которых, впрочем, довольно часто хватает понимания того, что, взявшись рассчитываться с прежним правлением, не всегда получается остановиться и не стоит рыть яму самим себе.

То же самое и со вторым пунктом, поскольку определение зависимости правителя от какой-либо группировки (хоть приближенной к нему, хоть, напротив, враждебной) — это такое занятие, где субъективизм свирепствует безраздельно. Были в свое время преторианцы Коржаков и Барсуков — и где они? С другой стороны, безоглядность поведени

Новости партнеров

«Эксперт»
№5 (546) 5 февраля 2007
Мировая война
Содержание:
Диспозиция Армагеддона

Соединенные Штаты отказались от переговоров с Ираном и наращивают давление на Тегеран. Шансов на предотвращение большой войны становится все меньше

Обзор почты
Реклама