Белая гвардия, черный барон

Политика
Москва, 09.04.2007
«Эксперт» №14 (555)
Сложившееся в посткоммунистических корчах общественное устройство России уместнее всего было бы назвать национально-воспитывающей белой диктатурой с максимально возможным для диктатуры человеческим лицом

Одна из причин столь ожесточенных споров о характере нынешнего режима может носить субъективный характер. Дело не столько в достоинствах и недостатках (действительных или мнимых) режима, сколько в том, что и согласные, и несогласные в одном все-таки согласны. После пятнадцатилетнего сумбура какое-то устаканивание неизбежно — хаотическое состояние не может длиться вечно. Но тогда как это ни называй — хоть сложившейся системой, хоть окаменевшим г...м, — ключевым будет определение, имеющее смысл перфектности. «Сложилось» — следственно, другие варианты, в хаотический период считавшиеся также возможными, теперь отпали, и придется жить с тем, что есть. Что никак не отрицает ниспровергательного ожесточения, а, напротив, может его даже усиливать. Когда кругом сумбур вместо музыки, ниспровергательному порыву в этом калейдоскопе и зацепиться-то не за что. Когда налицо некоторая статичность, есть на чем фокусироваться несогласному мнению.

Реставрация не пойми чего

Неприятие того, что сложилось и с чем жить (вар.: бороться), сочетается с немалыми трудностями привязки этого сложившегося к каким-либо политическим, а равно и культурно-историческим образцам. Отсылка к истории была бы не столь актуальна, когда бы речь шла о состоявшемся приобщении к универсальному либерально-демократическому стандарту. Отмечая такое приобщение, о национальных традициях говорят скорее как о чем-то преодоленном. В том смысле, что у всякой нации своя особая история и порождаемая ею специфика, но вот не помешало же это запустить универсальные механизмы демократии.

Наш случай явно не таков, поскольку с тем, что обещанный в начале 90-х запуск универсальных механизмов состоялся не вполне, согласны и охранители, и освободители. Да, страна не свалилась в кровавую кашу, как в 1917 г., но и триумфа февральских идей (пусть со второй в XX веке попытки) тоже не произошло.

В случае провала универсальной модели всегда следует констатация «Почва гадит нам — это бесспорно». После чего следуют рассуждения насчет того, какие именно из пережитков прошлого опять выперли из родной почвы.

«Назад в СССР»

К суждениям о том, что в результате пятнадцатилетней мешанины восстановился (по крайней мере в существенных чертах) советский строй, серьезно отнестись мешает отрывок из тридцатилетней давности романа В. П. Аксенова «Остров Крым», где герой прикидывает, какого желанного и недоступного ширпотреба ему надобно привезти из Парижа в Москву: «Двойных бритвенных лезвий, цветной пленки для мини-фото, кубиков со вспышками, джазовых пластинок, пены для бритья, длинных носков, джинсов — о Боже! — вечное советское заклятье — джинсы! — маек с надписями, беговых туфель, женских сапог, горных лыж, слуховых аппаратов, водолазок, лифчиков с трусиками, шерстяных колготок, костяных шпилек, свитеров из ангоры и Кашмира, таблеток алка-зельцер, переходников для магнитофонов, бумажных салфеток, талька для припудривания укромных местечек, липкой ленты “скоч” да и виски “скоч”, тоника, джина, вермута, чернил для ручек “паркер” и

У партнеров

    «Эксперт»
    №14 (555) 9 апреля 2007
    Украина
    Содержание:
    Бесконечный демократический транзит

    Украина обречена оставаться страной с неопределенным политическим и геополитическим будущим, с хаотичной и неэффективной конструкцией власти. Но ее внутриполитические кризисы перестанут быть столь значимыми, когда основной промышленный потенциал будет выведен в транснациональное плавание

    Обзор почты
    Реклама