Письма читателей

16 июля 2007, 00:00

Морально-банковский наезд

2007, №26 (567)

Маркетинговые находки банка «Русский стандарт» по сути являются не чем иным, как элементарным замалчиванием всех последствий, к которым приведет заключение кредитного договора.

Вина банка (конечно, пресловутая) в том, что процентные ставки высокие, а условия кредитования объективно невыгодны потребителю. Но за счет массовости продукта, а также того, что реальные процентные ставки не раскрываются и существенные условия при заключении договора не проговариваются, «Русский стандарт» вышел в лидеры рынка потребкредитования.

На мой взгляд, банк действует не в правовом поле российского законодательства. Если клиент неверно понял условия кредитования — кстати, по вине банка! — он вправе подать в суд на кредитную организацию за то, что была предоставлена неверная и некорректная информация об услуге. То, что клиент подписывает договор, — это действительно плюсик в пользу банка. Но зачастую все важнейшие условия — комиссии, дополнительные платежи, штрафы — прописаны не в договоре, а в приложении «номер 5, стр. 15, сноска номер 12», которое часто при заключении договора не предоставляется. Кроме того, при получении банковской карты клиент может получить информацию только от оператора банка. А эта информация не содержит существенных условий обслуживания. Поэтому действия банка незаконны.

Что касается моего личного опыта. Сотрудники отдела потребкредитования Альфа-банка лично со мной вели себя как заправские психологи: вы что, не знаете, что такое аннуитетный платеж? Очень хотелось ответить, что «я-то как раз знаю, молодой человек, а вот вы?» — но сдерживалась. Добиться от них информации о реальной процентной ставке, штрафах за просрочку, сведений о дополнительных комиссиях практически нереально. Они очень удивляются таким вопросам, смотрят как на полоумную и недоуменно переглядываются между собой. Через несколько минут лазанья в компьютере был найден документ, который отражал-таки условия кредитования. Процентная ставка — 23. Комиссия за обслуживание — 3%. Штрафы — за просрочку платежа 600 рублей в день (!). Спасибо, до свидания.

Я, как работник банковской сферы и фондового рынка, просто не смогла заставить работников банка рассказать мне о существенных условиях услуги, которую я приобретаю, а я действительно разбираюсь в банковских услугах, особенно в кредитовании. Что же делать людям, которые не просвещены в финансовом отношении? Правильно: учиться. А если уж получается такая некрасивая ситуация, то надо идти в суд.

«Русский стандарт» получил вполне заслуженный щелчок по носу.

Elena Vladimirovna Simonenko

 

Жизнь вместо пенсии

2007, №26 (567)

Господин Г. Томчин тщательно обходит ключевые вопросы пенсионной проблемы.

Основной параметр пенсионной системы — относительная доля в ВВП. В России она равна 4,8%, в развитых странах — около 10%, т. е. российские пенсии занижены в два раза. Это всего лишь следствие неправильного российского распределения доходов. Оплата труда вместе с пенсионными выплатами должна составлять 2/3 ВВП, а фактически составляет только 1/3 ВВП. Зато российская прибыль равна 2/3 ВВП вместо «правильной» 1/3 ВВП. Такое нерациональное распределение доходов ведет к вывозу капиталов (прибыль намного больше инвестиционного спроса) и сжатости внутреннего рынка.

Второе ключевое условие успешного функционирования пенсионного фонда — отсутствие инфляции, которая в России обесценивает любые накопления.

Наконец, третье ключевое условие заключается в одинаковости правил начисления пенсий политической элите, госчиновникам и остальному населению. Сегодня первые получают пенсии в размере до 90% от последнего заработка, а последние — только от 10 до 20%. Например, моя только что пересчитанная пенсия составляет 10% от прошлогоднего заработка, с которого выплачен весь ЕСН.

Сергей Васильевич Дубовский

 

Предложение Григория Томчина хочется назвать одновременно сумасшедшим и ужасным. Почему «и ужасным»? Да потому, что, будучи хоть сколько-нибудь грамотно реализованным, оно действительно выполнит свою задачу: решит сразу несколько крупных государственных проблем — эффективное использование Стабфонда, неразвитость инфраструктуры и растущее пенсионное бремя. Вот только решены все эти три проблемы в очередной раз будут за счет народа. Поэтому мне еще более неприятно, что предложение исходит из уст члена Общественной палаты, органа, который теоретически должен отстаивать интересы этого самого народа в правительстве.

В чем сумасшествие предложения? Да, собственно, во всем: автор собрал вместе несколько совершенно разных проблем и скрутил их бечевкой неэффективных решений. Начнем со Стабфонда. То, что его надо потихонечку расходовать, обсуждается уже давно. И Фонд будущих поколений — первая попытка его расходования, которая действительно может оказаться очень удачной, в том числе и для пенсионной системы. Фонд направлен на решение проблем будущих поколений — а ведь именно им предстоит кормить будущих пенсионеров. И чем меньше проблем будет у этих поколений, тем эффективнее они будут «кормить» (в этой самой «кормежке», я, представитель молодого поколения, не вижу ничего странного — ведь кормим мы своих предков, которым обязаны этой страной. Дедов и отцов, бабушек и матерей, наконец, кормим).

Способ «схватить и поделить», предлагаемый автором, — решение очень популистское. Но технически нереализуемое. Как будет происходить «дележка»? Почему средства Стабфонда, накопленного за счет продаж народного достояния, полагаются только этой части народа? А сколько полагается каждому? А механизм индексации? А если человек умрет, не дожив до семидесяти лет, то куда направятся средства? А что будете делать, если через пять лет нефть упадет, откуда будете брать деньги для тех, кто начнет работать тогда и потребует свою долю? В общем, полный бред.

Предложение за счет Стабфонда застроить всю страну платными (!) дорогами — тоже ужасно, на мой взгляд, даже преступно. Оно увеличит денежную нагрузку на население страны: и пенсионерам, и молодежи, которая этих пенсионеров кормит, придется платить еще и за дороги. Встает вопрос и о финансовой эффективности: даже в самых успешных местах платные дороги окупаются за десять-пятнадцать лет. А будучи построены в безлюдном, безденежном и спивающемся регионе, они вообще вряд ли принесут прибыль.

Ну и последнее сумасшествие — об увеличении пенсионного возраста. Очень жаль, что господин Томчин не подкрепляет никакой статистикой свои размышления о том, что пенсионеры у нас на самом деле живут намного дольше и могут себе позволить поработать еще десяток лет. А ведь шестьдесят лет — это уже очень тяжелый для здоровья возраст. Возможно, учителя, научные сотрудники, офисные служащие и другие пожилые люди, работающие в комфортных условиях, смогут без проблем работать и дальше (хотя тоже далеко не все). Но что автор предлагает делать строителям, водителям, рабочим заводов и огромному количеству представителей других специальностей, которые работают в некомфортных условиях (улица с ее зимними морозами, тяжелый физический труд и т. д.)? Поработать еще десяток лет, просто убивая и так уже ослабший организм?

Сегодня пенсия, получаемая в шестьдесят лет, дает человеку хоть какие-то гарантии того, что он в любом случае будет обеспеченным (плохо, но обеспеченным) и дальше. По предложению же автора, человек, который в 64 года понимает, что не может больше работать, оказывается банально выкинутым на улицу. И дай бог, чтоб у этих людей были способные помочь родственники. Действительно «эффективное» решение пенсионной проблемы!..

Ситуацию с обеспечением работой тех пенсионеров, которые желают работать, действительно нужно решать: нужна программа, направленная на создание рабочих мест, адаптированных для пожилых людей: с коротким рабочим днем, комфортными, неопасными условиями (пусть и за счет меньшей зарплаты). Реализуй государство (с участием бизнеса, конечно) такую программу, потрать на нее свое внимание и деньги — это не только улучшило бы положение многих пенсионеров, но и стало бы еще одним шагом к решению пенсионной проблемы.

Андрей Александров