Наука — жертва и служанка

Книги
Москва, 16.07.2007
«Эксперт» №27 (568)

Человек, далекий от науки, часто представляет себе ученых то ли мудрецами-затворниками в башне из слоновой кости, то ли идеалистами-подвижниками вроде героев известного фильма «Девять дней одного года». Этот образ поддерживается в сознании граждан и непостижимой сложностью современной науки, и ее достижениями. Однако реальная история науки, особенно в XX веке, показывает нам совсем другую картину. Башня из слоновой кости сплошь и рядом оказывается формой привилегированного государственного учреждения, где ученые не столько затворники, сколько пленники системы. Идеалисты-подвижники часто служат целям не чистой науки, а господствующей клики безумцев-идеологов. А результаты научных исследований используются для оправдания самых ужасных преступлений.

Книга историка науки Эдуарда Колчинского, посвященная истории биологии, — самая наглядная демонстрация этой реальности, которая, конечно, не отменяет существования в науке мудрецов и идеалистов… но не они определяют ее лицо. Особенно в тоталитарных государствах. Это тем более верно, что современная наука требует гигантских финансовых затрат, и многие ученые готовы ради возможности заниматься своим делом подчиниться государству, даже не вполне разделяя его цели и идеологию.

Так, рассказывает Колчинский, один из крупнейших российских ученых ХХ века Вернадский, долгие годы оппонировавший советской власти, в самый разгар репрессий тридцатых годов пишет о созвучии своих идей научному социализму. А крупнейший австро-немецкий биолог современности Лоренц, получивший в 1973 году Нобелевскую премию, во времена нацизма писал статьи, которые один из его учеников назвал подстрекательством к погрому: живя после войны в ГДР, ссылался в своих трудах на Маркса, а переехав в Австрию, стал либералом и оправдывал свое сотрудничество с нацизмом незнанием о его преступлениях. И это не единичные примеры. Причем их невозможно объяснить просто страхом перед репрессиями, потому что имеются примеры и другого поведения ученых. Как замечает Колчинский, «пример Лоренца наглядно показывает, сколь безразличны бывают порой выдающиеся ученые к идеолого-политическому оформлению своих идей и концепций».

Возможно, биология из всех естественных наук самая показательная в плане приспособления к государственной идеологии — она ведь занимается человеком, которого тоталитарные режимы собирались переделать на собственный манер. И находились ученые и псевдоученые, которые помогали им в этом. При этом наука (или то, что себя за нее выдавало) и идеология поддерживали и подпитывали друг друга.

Более других преуспел тут нацизм, лозунг которого «Национал-социализм — это биология в действии» опирался на труды многих мастистых биологов, в первую очередь немецких, разрабатывавших идеи расизма — «расовой гигиены», евгеники и эвтаназии, — манипулируя достижениями теории эволюции и генетики. Особую роль в этом сыграла теория социал-дарвинизма, которая толковала законы общественного развития как борьбу за существование между расами и народами. Характерно, что

У партнеров

    «Эксперт»
    №27 (568) 16 июля 2007
    Олимпиада в Сочи
    Содержание:
    Победа в Зоне 10

    Россия восстановила свои позиции одного из лидеров международного олимпийского движения благодаря высокому профессионализму сочинской команды, привлечению ресурсов государства и использованию лучшего мирового опыта

    Обзор почты
    Экономика и финансы
    Реклама