Где кончаются римские тени

Все мы немножко древние римляне — живем в тесных больших городах, ходим в бани, любим ритуальные обеды и не можем найти баланс между демократией и империей

Прошло более полутора тысяч лет после падения Западной Римской империи под ударами варваров, а мы до сих пор живем в мире, пронизанном римскими реминисценциями. Устройство наших домов, инфраструктура городов, архитектура и скульптура, литература и даже канализация и политика полны перекличками и прямыми заимствованиями. Обо всем этом мы говорим с известным культурологом и историком Древнего Рима Георгием Степановичем Кнабе.

— Что связывает наше время с историей Древнего Рима?

— Рим не может исчезнуть из Европы, потому что он лежит в ее основании. Образ Рима откликается в идеях и событиях европейской истории и культуры по крайней мере до середины XX века. Еще Теодорих, остготский король, завоевавший Италию в начале V века, стремился если не восстановить Рим таким, каким он был в эпоху имперского величия, то положить образ Рима в основу создаваемого государства, каким он, Теодорих, его видел. В 1347 году молодой римлянин Кола де Риенце, возмущенный произволом и наглостью итальянской аристократии, объявляет себя последним римским трибуном. То есть человеком, несущим message древнего Рима.

Героические иллюзии французской революции облеклись в форму римской тираномахии, римского патриотизма и римской суровой добродетели. Наполеон, провозглашая себя консулом, а потом императором, тоже отдает дань этим представлениям. Под его эгидой создается Наполеоновский кодекс, которым французская юстиция живет до сего дня и который в значительной мере опирается на римские аналоги.

Одним из элементов опыта, переданного нам Древним Римом, является политический строй, который называется «демократия». Идеал этого общества состоит в том, что никто никогда не стоит над другим человеком, все открыты общению, открыты новшествам и организации. Этот идеал лежит в основе Европы, и он же отделяет ее от той же Азии. Это то, что делает Европу Европой.

— В истории Древнего Рима эпоха демократии в конце концов закончилась.

— Не все так просто. Август, который создал Римскую империю, искренне верил, что он не столько восстановил, сколько очистил от искажений римскую традицию, римскую форму организации, потому что восстановил римские республиканские институты. Но он, откликаясь на требование времени — на превращение городской общины в бескрайнюю империю, поставил их под контроль, если так можно выразиться, центральной исполнительной власти. Сохранение республиканской формы не было просто ложью, пропагандой, не было лицемерием. Он, как и весь народ, верит в то, что эталон римской государственности в прошлом. Эталон должен сохраниться, но сохраняется он за счет реорганизации и стилизации. Это не монархия, это принципат. Монархией Рим станет через триста лет. Что такое принципат? Это строй, которым руководит принципс, первоприсутствующий в сенате. Избранный руководитель сената. Сенат — это республиканский орган. В этом противоречивом единстве сущность Рима, основа его развития. С одной стороны, консервативная, опирающаяся на традиции, на римский дух. С другой — постоянный поиск новых в

У партнеров

    «Эксперт»
    №37 (578) 8 октября 2007
    Съезд «Единой России»
    Содержание:
    Маневр Путина

    Владимир Путин, возглавив список «Единой России», создал пространство для максимальной свободы маневра как до, так и после своего ухода с президентского поста

    Обзор почты
    Наука и технологии
    Реклама