Россия включилась в урановую гонку

Елена Юрьева
8 октября 2007, 00:00

Создание единой структуры, которая объединит все российские урановые активы в стране и за рубежом, позволит ей прочно закрепиться в пятерке крупнейших компаний по добыче этого сырья, а при самом благоприятном развитии событий — занять третье место в мире

Для российских атомщиков нынешний год должен стать одним из самых успешных за всю новейшую историю отрасли. Только за последний месяц Россия заключила целую серию крупных урановых сделок на несколько миллиардов долларов. Главная из них состоялась в начале сентября в ходе визита президента России Владимира Путина в Австралию. Глава Росатома Сергей Кириенко и министр иностранных дел Австралии Александр Даунер подписали новое соглашение о сотрудничестве в области использования атомной энергии в мирных целях. Документ открывает широкие возможности для поставок урана в Россию, а после обогащения этого сырья в нашей стране — за рубеж. Россия планирует закупать в Австралии до 4 тыс. тонн урана ежегодно на сумму около 1 млрд долларов.

А в самом конце сентября наши атомщики отпраздновали еще одну важную победу. Суд по международной торговле Соединенных Штатов удовлетворил иск «Техснабэкспорта» к минторгу США и отменил заградительную пошлину в размере 112% на поставки российского урана на американский рынок. Все эти факторы в совокупности могут в корне изменить расклад сил на мировом урановом рынке, особенно после 2013 года, когда закончится действие российско-американского договора ВОУ–НОУ.

Мода на уран

Еще несколько лет назад уран был весьма экзотическим товаром, которым интересовались исключительно производители ядерного топлива. А всевозможные фонды, банки и частные инвесторы работать с непонятным металлом просто боялись. Но теперь ситуация изменилась. Если раньше уран можно было приобрести только на спотовом рынке, то с мая этого года у инвесторов появилась возможность заключать фьючерсные контракты, которыми начала торговать на своей площадке Нью-Йоркская товарно-сырьевая биржа (NYMEX). Подобную популярность сырье для атомной энергетики приобрело лишь по одной причине — невероятного роста цен. Так, если в 2003 году фунт оксида урана стоил на спотовом рынке всего 10–12 долларов, то в конце июня 2007 года за него давали уже рекордные 138 долларов. По темпам повышения цен уран оставил далеко позади самые ходовые биржевые товары, включая золото и нефть. Правда, рост, которому, казалось, не будет предела, все же остановился — в настоящий момент цена фунта урана на спотовом рынке составляет около 85 долларов. Это даже ниже цен по долгосрочным контрактам — они находятся на уровне 95 долларов за фунт.

Тем не менее эксперты сходятся во мнении, что цены остановились ненадолго, а их падение вызвано не кризисом, а банальным превышением предложения над спросом, чего на урановом рынке не наблюдалось в течение последних пяти лет. «Значительный рост спотовых цен на уран весной и летом нынешнего года был вызван приходом на рынок большого количества хедж-фондов и других неатомных инвесторов, — говорит портфельный управляющий A. C. Nuclear Opportunities Fund Андрей Черкасенко. — Осенью ситуация может повториться, и тогда цены на уран вернутся к своему историческому максимуму».

По словам главы консалтинговой компании TradeTech Джина Кларка, в отдельные дни участники торгов спотового рынка урана могут уместиться за столиком небольшого кафе. Это означает, что разогреть урановый рынок большого труда не составит. Учитывая, что на спотовом рынке торгуется не более 10–15% всего объема производимого в мире урана (остальной поставляется по долгосрочным контрактам), достаточно минимальной активности покупателей, чтобы цены вновь пошли вверх. А это, в свою очередь, неизбежно подстегнет рост цен и по долгосрочным контрактам. Например, эксперты одного из крупнейших производителей урана, канадской Uranium One, полагают, что цена оптовых закупок по долгосрочным контрактам продолжит повышаться и в ближайшие несколько лет достигнет отметки 150 долларов за фунт. А вот аналитики Lehman Brothers предсказывают, что начиная с 2009 года урановые цены пойдут вниз из-за резкого увеличения добычи этого сырья в мире. Впрочем, многое будет зависеть и от того, насколько осуществимыми окажутся планы целого ряда стран, объявивших о намерении масштабно развивать ядерную энергетику. Спрос на уран довольно жестко зависит от количества энергетических ядерных реакторов в мире. Добывать уран просто так пока никто не решается: слишком уж высоки издержки по организации его транспортировки и безопасного хранения.

На борьбу с дефицитом

По данным Всемирной ядерной ассоциации, в 2006 году в мире было добыто 39,5 тыс. тонн урана, притом что его потребление составило 66,5 тыс. тонн. То есть спрос превысил предложение более чем в полтора раза. Судя по всему, в ближайшее время эта тенденция сохранится. Из-за ажиотажного спроса на уран со стороны частных инвесторов и промышленных потребителей в среднесрочной перспективе он по-прежнему будет в большом дефиците. «Исходя из тех возможностей, которыми обладают ведущие производители и начинающие компании с четкими производственными программами (всего на волне “ядерного ренессанса” их возникло более пятисот, но реальную добычу урана ведут единицы), к 2015 году они смогут добывать порядка 60–65 тысяч тонн урана в год, в то время как его потребление вырастет до 90 тысяч тонн», — прогнозирует Андрей Черкасенко.

Сегодняшний урановый рынок характеризуется высокой степенью монополизации. На первую пятерку стран приходится почти три четверти мирового производства урана. Россия хоть и входит в этот почетный список, но занимает в нем последнее место, пропуская вперед Канаду, Австралию, Казахстан и Нигер.

Список крупнейших горно-металлургических компаний, занимающихся добычей урана, выглядит иначе. Тем не менее и здесь царит олигополия. Почти 80% общемировой добычи урана приходится всего на семь компаний. Причем четверка лидеров: Cameco, Rio Tinto, AREVA и «Казатомпром» — контролирует 60% производства. Еще три компании (включая ТВЭЛ) с уровнем производства более 1 тыс. тонн урана в год обеспечивают более 20% мирового производства.

Практически все компании заявили о планах по наращиванию производства урана и развитию своей сырьевой базы. Учитывая, что запасы урана в большей части известных месторождений серьезно истощены, основной акцент делается на освоение новых. Но это процесс долгий: как показывает практика, от открытия месторождения до начала его разработки проходит от десяти до пятнадцати и даже более лет. Поэтому серьезно нарастить производство урана мировым компаниям удастся далеко не сразу, и в ближайшие несколько лет дефицит сырья сохранится.

Отмена заградительной пошлины на экспорт российского урана в США позволит нам дополнительно заработать 1,9 млрд долларов

Сейчас дефицит покрывается обогащением рудных отвалов, так называемых хвостов, регенерацией отработавшего ядерного топлива, переработкой высокообогащенного урана в низкообогащенный (это прежде всего российско-американское соглашение ВОУ–НОУ, благодаря которому уран из ядерных боеголовок теперь служит топливом для половины американских АЭС). Но основной источник покрытия дефицита — это все же складские запасы, а они имеют свойство истощаться.

Россию острый дефицит урана пока не коснулся. Но он неизбежно возникнет в самом ближайшем будущем. В 2006 году на трех российских предприятиях — ППГХО, «Далур» и «Хиагда» (все входят в ТВЭЛ) — было добыто 3190 тонн урана, что составило порядка 8% от мирового производства и всего 18% от ежегодных потребностей российской атомной отрасли. Именно поэтому в конце прошлого года власти России приняли решение о создании единой горнорудной урановой компании, которая займется расширением добычи этого сырья внутри страны и приобретением перспективных урановых активов за рубежом.

Ураново-реорганизационная чехарда

Во исполнение этого решения два столпа нашей атомной отрасли — ТВЭЛ и «Техснабэкспорт» в принудительном порядке начали процесс объединения всех своих урановых активов в единую Урановую горнорудную компанию (УГРК). Но этот проект с треском провалился. В ноябре 2006 года УГРК была помпезно учреждена, но затем канула в небытие, где и пребывает до сих пор. Сейчас эту структуру даже не планируется вносить в уставный капитал формируемого глобального госхолдинга «Атомэнергопром» (АЭП), который объединит все российские атомные предприятия гражданского сектора. Во всяком случае, в указе президента об АЭПе УГРК отсутствует. При этом ни ТВЭЛ, ни Росатом ситуацию с УГРК предпочитают не комментировать, но признают, что сегодня ее место неожиданно заняла компания «Атомредметзолото» (АРМЗ), кстати, уже внесенная в капитал «Атомэнергопрома».

Неофициально же знакомые с ситуацией эксперты рассказывают, что по какой-то загадочной причине в устав УГРК не был включен пункт о праве работать с лицензиями на урановые месторождения. Кроме того, говоря о причине, побудившей Росатом отказаться от идеи объединить все активы под брендом УГРК, приводят соображение о необходимости проводить независимую оценку при передаче активов от ТВЭЛа и «Техснабэкспорта» своей «дочке». А в Росатоме к услугам оценщиков предпочитают не прибегать, считая это лишней тратой денег. В портфеле АРМЗ между тем уже было несколько урановых лицензий, так что об УГРК пришлось временно забыть. Однако бренд УГРК все-таки будет использован: в скором времени эту компанию планируется переоформить в «дочку» АРМЗ, которая будет заниматься зарубежными урановыми проектами.

Именно приобретение урановых активов за рубежом становится сейчас магистральным направлением развития отечественной атомной индустрии. Больше всего на этом поприще отличился «Техснабэкспорт». Напомним, ранее эта компания присутствовала лишь в российско-казахстанском СП «Заречное». Но уже в прошлом году «Техснабэкспорт» вошел в капитал еще одного СП в Казахстане — «Акбастау». Любопытно, что партнером «Техснабэкспорта» в этом проекте стала зарегистрированная в Нидерландах компания «Эффективная энергия НВ», подконтрольная совладельцу «Газметалла» Василию Анисимову. В сумме эти компании имеют в казахстанском проекте блокирующий пакет. Всего же «Техснабэкспорт» теперь присутствует в четырех уранодобывающих СП в Казахстане: помимо «Заречного» и «Акбастау» это «Южное Заречное» и «Каратау».

В текущем году урановая экспансия «Техснабэкспорта» продолжилась не только на просторах СНГ, но и в далекой Африке: там вместе с «Реновой» Виктора Вексельберга «Техснабэкспорт» зарегистрировал по одному СП в ЮАР и Намибии.

«Россия, как один из мировых лидеров в продукции ядерного топливного цикла, планирует развивать собственную минерально-сырьевую базу, гарантирующую независимое и устойчивое состояние атомной отрасли», — говорит генеральный директор АРМЗ Вадим Живов. К настоящему времени уже подписан ряд соглашений и меморандумов по освоению сырьевой базы урана на территории России и за рубежом. По словам г-на Живова, в рамках освоения отечественной и зарубежной сырьевой базы урана «Атомредметзолото» развивает взаимоотношения как с ведущими мировыми производителями урана — канадской Cameco, компанией «Казатомпром», — так и с крупными финансовыми и промышленными группами — Mitsui и «Эффективной энергией».

Кроме того, по нашим данным, переговоры ведутся с британской BHP Billiton, австралийской Rio Tinto и французской AREVA. Среди российских компаний интерес к урану активно проявляют «Интеррос», «Русские фонды», «Базэл», «Метрополь» и «Ренова».

При этом инвесторы вынуждены будут согласиться на ограничения, которые неизбежно сопутствуют урановому бизнесу в России. «Компании, желающие строить взаимоотношения с “Атомредметзолото”, понимают, что произведенный уран будет использоваться в первую очередь для обеспечения потребностей атомной отрасли России, — говорит г-н Живов. — Наши потенциальные партнеры вправе рассчитывать на получение прибыли в соответствии с их вкладом в развитие совместных проектов, но доля их участия не может быть контрольной». Но частных российских и зарубежных инвесторов такие условия не пугают, а это говорит о серьезном дефиците качественных активов на рынке. Госкомпании же, в данном случае АРМЗ, совместные инвестиции в геологоразведку и разработку урановых месторождений (занятие не из дешевых) выгодно вдвойне: риска практически никакого, а денег можно потратить меньше.

Радужные надежды

Но пока это всего лишь надежды. Подписанные меморандумы пылятся на столах, а до реальных дел еще далеко. Так, соглашение «Техснабэкспорта» с японской Mitsui было заключено год назад, однако ТЭО проекта еще не готово. Хотя, безусловно, разработка проектов объективно тормозится проходящей реорганизацией атомной отрасли, включая сам Росатом, который в будущем году должен превратиться в одноименную госкорпорацию. Есть и более серьезное препятствие. Другие компании — лидеры мирового уранового рынка начали заботиться о пополнении своих урановых запасов еще пять лет назад. Так, например, действовала AREVA, скупившая за это время целый ворох урановых активов. Российским компаниям, включившимся в этот процесс позже, повезло меньше. В Африке, например, они стали вести переговоры об участии в разведке и разработке урановых месторождений как раз в тот момент, когда местные власти объявили мораторий на выдачу урановых лицензий, решив коренным образом пересмотреть свое отношение к иностранным инвесторам в уранодобывающей индустрии. В такой ситуации даже ссылки на вековую нерушимую дружбу и солидарность с африканскими народами, уходящую корнями в щедрую на подарки Африке советскую эпоху, похоже, мало помогают. Во всяком случае, пока ни с ЮАР, ни с Намибией переговоры о вхождении тандема российских компаний в урановую добычу не продвинулись. Еще более тупиковая ситуация складывается с переговорами в Монголии, Узбекистане и на Украине.

На этом фоне подписанное в начале сентября межправительственное соглашение с Австралией действительно выглядит настоящей победой. В рядовой на первый взгляд документ нам удалось внести крайне важную поправку: теперь Россия сможет закупать у Австралии уран и распоряжаться им по своему усмотрению, без оглядки на заокеанского поставщика. Прежнее соглашение 1990 года допускало переработку австралийского урана в России исключительно в интересах третьих стран. Некоторые австралийские уранодобывающие компании среднего звена даже сделали вывод о том, что с помощью австралийского урана Россия намерена закрывать собственные дыры. Однако, скорее всего, Россия все же рассчитывает его экспортировать, так как основную прибыль отечественная атомная отрасль получает не от торговли ураном (тем более что добываемый внутри страны уран Россия не продает, поскольку его мало), а от высокотехнологичных услуг по его обогащению, где нам пока нет равных.

Кроме того, в 2013 году истекает срок действия соглашения ВОУ–НОУ, которое сильно сковывает действия России на мировом рынке. Исторически именно оно ограничило откровенный урановый демпинг, который за неимением лучших перспектив для атомной отрасли Россия практиковала в начале девяностых годов. Согласно этому соглашению, ежегодно Россия разбавляет 30 тонн ВОУ, из которых получается 9 тыс. тонн гексафторида урана (или 23,5–24 млн фунтов оксида урана). Весь уран закупается американской USEC (до приватизации в 1998 году была государственной компанией), но по ценам, весьма далеким от рыночных. За время действия контракта с 1994 года формула определения цены несколько раз пересматривалась, но она и близко не напоминает кривую роста урановых цен, резко взмывшую вверх в течение двух последних лет. Достаточно заметить, что за все эти годы на ВОУ–НОУ Россия заработала всего 4,6 млрд долларов, а полная стоимость контракта составляет 7,6 млрд. При этом по состоянию на 2006 год контракт был исполнен на 60%.

Но после решения американского суда по международной торговле, отменившего запретительную пошлину на российский уран, у нашей страны появился шанс прорваться на американский урановый рынок вне рамок кабального ВОУ–НОУ. Теоретически Россия теперь может расширить свою долю на американском рынке и дополнительно заработать около 1,9 млрд долларов, так как решение суда открывает дорогу в США и для австралийского урана, обогащенного в нашей стране.

Правда, американский минторг намерен подать апелляцию в Верховный суд США. Так что не исключено, что России придется еще подождать. Между тем американцы уже начали готовиться к наступлению февраля 2013 года. Недавно компания USEC отрапортовала, что запустила первый каскад обогатительных центрифуг, а строящийся ею завод по обогащению урана выйдет на полную мощность — 3,8 млн единиц работы разделения (ЕРР) — в конце 2012 года. Это лишь немногим меньше, чем 5,5 млн ЕРР, которые задействованы сейчас в России в рамках ВОУ–НОУ. Впрочем, пока превзойти российскую технологию обогащения еще никому не удавалось. Так что потенциал у России занять более весомое место на урановом рынке есть, хотя вопрос недискриминационного доступа российской атомной промышленности на американский рынок — предмет длительных и сложных переговоров между двумя странами. Все будет зависеть от того, на каких условиях Россия и США подпишут соглашение о сотрудничестве в области мирного использования атомной энергии. Стоит заметить, что в отличие от Австралии с США такого соглашения у нас до сих пор нет.

Тем не менее российские атомщики смотрят на перспективы своей индустрии с нескрываемым оптимизмом. «Наша компания планирует стать одним из ведущих мировых производителей урана: его суммарные запасы по действующим и планируемым проектам “Атомредметзолота” (не включая перспективные направления) превышают 700 тысяч тонн (14 процентов от общемировых запасов), а добыча урана только на территории России, не включая зарубежные проекты, должна увеличиться с текущих 3,2 до 18 тысяч тонн к 2020 году», — говорит Вадим Живов. По его словам, успешная реализация этих проектов позволит «Атомредметзолоту» через 10–15 лет войти в число трех крупнейших уранодобывающих компаний мира.

В подготовке материала принимала участие Ольга Зайцева