О полевении и об одном брежневском носке

Разное
Москва, 22.10.2007
«Эксперт» №39 (580)

Скорей бы она кончилась, что ли, эта кампания, и государственные наши мужи вернулись бы к привычному и такому солидному немногословию. Ещё совсем недавно один только спикер Совфеда то и дело озадачивал публику всякими поразительными афоризмами, а теперь все как наперегонки стараются — выборы. Вот на днях другой спикер, Грызлов, рассказал, что в России рыночная экономика развивается своим, особенным путем — «и здесь не обойтись без государственного вмешательства». Думаю, напрасно он это сказал — вдруг кто начнёт допытываться, в чём же особость развития российского рынка и без какого именно госвмешательства он грозит зачахнуть. Ответы могут огорчить.

Взять хоть главный за последние недели повод для речей о необходимости вмешательства государства — продуктовые цены. Подорожание продовольствия в иных местах было воспринято как добрая весть для аграриев (не случайно ровнехонько с началом волны цен Евросоюз решился отменить некоторые виды аграрных субсидий), а у нас как прямая угроза экономической стабильности; так что особость и вправду налицо. А в чём она? Много в чём, но вот самые очевидные аспекты этой нашей оригинальности. У нас так и не решён земельный вопрос. У нас так и не создана финансовая система, до которой мог бы дотянуться средний сельхозпроизводитель. У нас повсюду цветёт властное крышевание отдельных производителей, посредников и продавцов. К каким видам государственного вмешательства взывают эти наблюдения? На взгляд свежего человека — к исполнению государством не особых, а вполне типовых обязанностей, которые выполняет всякое государство, избравшее рынок. Надо ввести землю в рыночный оборот и обеспечить доступный кредит — хотя бы для того, чтобы сократить гандикап, отделяющий нашего агрария от его зарубежных конкурентов, у которых и земля, и доступные кредиты есть. Надо обеспечить равенство всех субъектов рынка перед законом и обуздать коррупцию. Но это всё — на взгляд свежего человека. Наши же начальники собираются устроить, да уже и начали, совсем другое вмешательство. Они будут регулировать.

Замечу, что все такого рода новшества (а их сейчас больше чем нужно) прямо связаны с популярным тезисом о полевении общества. Сам же этот тезис оказался самосбывающимся прогнозом: политики, вдохновясь мыслью о полевении, ведут перед публикою речи, различающиеся лишь оттенками левизны, — та часть публики, которой левизна неинтересна вообще, отворачивается от политической арены и, в частности, перестаёт интересоваться выборами — политики, убеждаясь, что хоть какой-то электоральный эффект имеют речи только левого толка, усиливают крен влево — и так далее. А в наших условиях левизна означает неизбежный дрейф к конкретным советским образцам: приняв к руководству левые принципы, политик охнуть не успеет, как оказывается, что он уже вовсю воскрешает что-нибудь не из косыгинских, так из рыковских времён. Естественно: если ты лишь недавно отошёл от горы Магнитной, не надейся, что твой магнитный компас поведёт тебя на север. Он будет указывать только наз

У партнеров

    «Эксперт»
    №39 (580) 22 октября 2007
    Съезд КПК
    Содержание:
    Вечно вместе с партией

    Коммунистическая партия Китая становится более открытой и понятной для общества, но ее роль внутри страны меняться не будет. Дискуссия по этому поводу, осторожно начатая в Китае в начале правления Ху Цзиньтао, свернута и более невозможна

    Спецвыпуск
    Обзор почты
    Русский бизнес
    Реклама