Официальный представитель

Книги
Москва, 22.10.2007
«Эксперт» №39 (580)
В своей автобиографии Стивен Фрай предстает перед публикой английским Евгением Гришковцом

Неписаное правило гласит: человек, уполномоченный официально представлять что бы то ни было — район, профессию, родной город или даже страну, — должен быть в определенном смысле типичен. Спору нет, ему следует быть лучшим, самым эффектным и достойным представителем собственной породы, однако мысль о том, чтобы доверить эту важную функцию чужаку — фигуре вопиюще, нарочито инаковой, кажется нелепой. И тем не менее именно такова судьба британского актера, режиссера, сценариста и писателя Стивена Фрая — человека, ставшего в последние годы навязчиво-расхожей квинтэссенцией всего английского и в то же время постоянно подчеркивающего свою атипичность и роковую неспособность ощутить принадлежность к той или иной социальной группе. Еврей, гомосексуалист, жертва многолетней клинической депрессии, бывший воришка и неисправимый лжец, комфортно расположившийся в ряду священных символов Британии сразу за Винни-Пухом и непосредственно перед гвардейцем в меховой шапке, — есть в этом что-то абсурдное, и сам Фрай осведомлен об этом лучше всех прочих. Апофеозом этой внутренней дихотомии и стала его автобиография «Моав, умывальная чаша моя», опубликованная по-русски в год пятидесятилетия автора.

Собственно говоря, назвать эту книгу автобиографией было бы некоторым преувеличением: действие охватывает лишь первые двадцать лет жизни Фрая, а потому здесь куда больше подошло бы название в духе классической русской литературы — «Ранние годы Стивена Фрая» или, к примеру, «Детство. Отрочество. Юность». Обманчиво смиренный заголовок, позаимствованный из псалмов (называя область Моав своей умывальной чашей, Господь намекает не только на униженность этой земли, но и на возможность ее будущего возвышения и очищения от скверны), настраивает на благостный лад: с первых же страниц ясно, что автор намерен публично каяться в грехах юности, в лучших традициях Диккенса повествуя о своем нравственном преображении. Благополучное детство в пригороде Лондона, а затем в тихой лесной глуши, образованные и обеспеченные родители, учеба в частной школе с очень мягкими нравами (что, впрочем, не означает отсутствия телесных наказаний), забавные проделки, смешные конфузы и милые шалости — такова внешняя канва книги Стивена Фрая. Однако под этой глянцевитой оберткой пульсируют совсем иные, куда менее радостные истории — истории о безоглядном пристрастии к лжи, о страхе перед насмешками, о ненависти к спорту — этому фетишу британских школьников, о воровстве, о поиске своей сексуальной идентичности, о нарушении запретов, о дефектах дикции, о бронхиальной астме и физической боли. И то обстоятельство, что разговор обо всем этом ведется в самом светском, легкомысленном и шутливом тоне, вовсе не снижает накала страсти.

Если подойти к вопросу формально, «Моав» и в самом деле можно считать романом воспитания или, вернее, перевоспитания. По мере продвижения от завязки к финалу герой сначала предается всем мыслимым порокам, начиная от мелкого безвредного вранья и заканчивая мошенничеством с кредитными карто

У партнеров

    «Эксперт»
    №39 (580) 22 октября 2007
    Съезд КПК
    Содержание:
    Вечно вместе с партией

    Коммунистическая партия Китая становится более открытой и понятной для общества, но ее роль внутри страны меняться не будет. Дискуссия по этому поводу, осторожно начатая в Китае в начале правления Ху Цзиньтао, свернута и более невозможна

    Спецвыпуск
    Обзор почты
    Русский бизнес
    Реклама