Без боя не уйдет

Екатерина Кудашкина
12 ноября 2007, 00:00

Вводя чрезвычайное положение, Мушарраф стремится подавить несогласных и удержаться у власти. Вашингтон критикует своего протеже за недемократичность, но продолжает поддерживать

В субботу 3 ноября Первез Мушарраф объявил в Пакистане чрезвычайное положение. Он приостановил действие конституции, отправил в отставку несколько несговорчивых членов Верховного суда и запретил судам выносить решения против себя самого, премьер-министра и любых чиновников, назначенных президентом. Почти сразу было арестовано около 500 человек — представителей оппозиции, адвокатов и правозащитников, прекратили вещание частные телеканалы. «Ситуация в Пакистане достигла опасного накала, — объяснил Мушарраф свое решение согражданам. — В стране внутренний кризис».

«Внутренний кризис» начался еще в марте, когда Мушарраф уволил строптивого верхового судью Ифтикара Чоудхри. Этот шаг восстановил против президента суды, до сих пор остававшиеся лояльными верховной власти, и спровоцировал массовые беспорядки. Их кульминацией стала осада исламабадской Красной мечети 10–13 июля, закончившаяся штурмом с многочисленными жертвами. После этого ситуация стала ухудшаться буквально с каждым днем. Племенные группировки поклялись отомстить за погибших, и буквально сразу участились нападения на военных и возросло количество терактов. Ответные силовые акции армии по устрашению экстремистов приводили только к эскалации насилия. Сегодня, по данным индийского Institute of topical studies (ITS), на территории Пакистана действуют представители крупнейших исламистских группировок, в том числе узбекских, таджикских, уйгурских, чеченских и ваххабитских.

По мнению большинства аналитиков, чрезвычайное положение было введено не столько из-за самого кризиса, сколько из-за нежелания Мушаррафа расставаться с властью. «Мушарраф и так располагал всеми возможностями, чтобы бороться с террористами, и для этого ему совсем необязательно было вводить чрезвычайное положение», — отмечает директор ITS Бахукутумби Раман. Скорее всего, он просто использовал ситуацию, чтобы задержаться у власти. 12 ноября Верховный суд должен был вынести решение по предвыборному иску оппозиции. В иске говорится, что Мушарраф не имел права баллотироваться на недавних президентских выборах, совмещая два поста — президента и верховного главнокомандующего. Усомнившись, что решение будет принято в его пользу, Мушарраф ввел чрезвычайное положение.

Делая этот шаг, Мушарраф рисковал обострить отношения с главным союзником — США. Ведь при чрезвычайном положении под вопросом оказывается и проведение всеобщих выборов, намеченных на январь 2008 года. В Вашингтоне же надеялись, что в результате январских выборов новым премьером станет Беназир Бхутто, которая должна была бы смягчить влияние генералов. И действительно, первая реакция Белого дома оказалась весьма резкой. Введение чрезвычайного положения там назвали ошибкой и отступлением от программы демократического строительства, а госсекретарь Кондолиза Райс предупредила, что, если Мушарраф не одумается, Вашингтону придется пересмотреть условия финансовой поддержки Исламабада. Угроза весьма серьезная, ведь за годы после теракта 11 сентября Пакистан получил от США около 11 млрд долларов, в этом году объем американской экономической и военной помощи должен составить 700 млн долларов, а в 2008-м — более 800 млн долларов.

Однако, отметив, что Мушаррафу следовало бы в намеченные сроки провести свободные и честные выборы, президент Буш тут же похвалил его, назвав «сильным борцом с экстремистами и радикалами». Наблюдатели расценили это как сигнал, что деньги на борьбу с террористами Мушарраф все-таки получит.

Вместе с тем, по мнению многих аналитиков, поддержка Мушаррафа со стороны США вряд ли способствует нормализации ситуации в Пакистане. Деньги, которые выделяются на борьбу с терроризмом, часто расходуются не по назначению, а оседают в карманах самих генералов. Более того, наблюдатели не исключают, что некоторая доля западной помощи оказывается у тех, на борьбу с кем она выделялась. Связи между пакистанскими военными и некоторыми экстремистскими группировками в Пакистане и Афганистане сохранились с тех пор, когда Пакистан еще не был включен Вашингтоном в антитеррористическую борьбу и поддерживал с ними рабочие контакты. До конца 1997 года Исламабад вел с лидерами талибов различные деловые переговоры, в том числе и о строительстве газопровода на территории Афганистана. В лагерях экстремистских группировок проходили подготовку боевики, которые затем использовались Исламабадом в Кашмире.

В самом Пакистане, где недовольство политикой Мушаррафа растет, упорное стремление США поддержать действующего президента начинает вызывать сильное раздражение. «США занимают ошибочную позицию в отношении Пакистана, — объясняет “Эксперту” один из ведущих военных аналитиков в Пакистане Айша Сиддика. — Политика Мушаррафа только стимулирует рост экстремизма. Это связано с отсутствием альтернативной политической идеологии и существованием закрытых элитных структур в политике и экономике. Активность экстремистов будет нарастать, пока элита не вспомнит о малоимущих. А большая дружба с США только способствует росту экстремистских настроений».