Райская петля

26 ноября 2007, 00:00

В Государственном центре современного искусства в Москве проходит выставка Микеланджело Пистолетто — одного из столпов итальянского искусства второй половины ХХ века.

Выставка называется «Третий рай» и, по большому счету, является экспериментом не столько художественным, сколько идеологическим: дескать, жив ли сегодня язык шестидесятнической утопии? В эксперименте участвует итальянская рок-звезда Джанна Наннини, и, что еще важнее, — критик и историк современного искусства Бонито Олива, который раньше приложил немало усилий для пропаганды и популяризации современного искусства, а сегодня выступил в качестве куратора «Третьего рая».

Микеланджело Пистолетто относится к поколению итальянских интеллектуалов, которое выступало против художественной попсы и диктата идеологии потребления. Но плевать публике в рожу и обзывать ее тупой толпой, как делали авангардисты в других странах, — не их метод. Они искренне считали, что путем воспитания, просвещения, втягивания в художественные эксперименты они могут научить других понимать современность и новые формы, в которых она находит выражение. То поколение чтило авангардистскую традицию объединяться в художественные группировки, но рассматривало любые радикальные решения не как провокацию, а как повод для общественной дискуссии. И разумеется, верило во все хорошее и в искусство как верный способ к этому хорошему пробраться.

Нынешняя выставка тоже про все хорошее — про мир, который должен обрести гармонию и пребывать в ней до конца времен. Зашифрована эта идея в инсталляции, каждая из частей которой так или иначе отмечена особым, изобретенным самим Пистолетто иероглифом. В основе этого иероглифа — знак бесконечности, но только с еще одной, третьей петлей. В этой-то петле все дело, потому что она и означает «третий рай», в то время как первые два — это те петли, что по краям. Ни первый рай, в котором Адам и Ева плохо распорядились своим блаженством, ни второй рай, то есть сегодняшний мир, рай потребительский, не принесли людям счастья. Когда они — блаженство и благополучие — сольются в одно, тут-то человечество и будет по-настоящему счастливо. Знаки эти изображены на большой зеркальной картине, знак этот напоминает и фотография Джанны Наннини, «вписанная» в другую зеркальную плоскость. Посредине зала стоит лохань в форме того же трехчастного знака, частично заваленная тряпьем из секонд-хэнда (привет раю потребительскому). Его центральная, истинно райская, петля накрыта стеклом, под которым бурлит кипящий чайник, застилая стекло изнутри паром (в смысле мистически клубящихся сфер того рая, который предстоит обрести). Идея эта может прийти в голову только неисправимому утописту. Выразить ее в инсталляции, где старое тряпье, медь, зеркало, графика и человеческая фигура могут создать идеально красивую композицию, способен только итальянский художник, которому генетически присущее чувство формы позволяет делать красоту из чего угодно. Собственно говоря, это и есть Микеланджело Пистолетто, донесший в целости и сохранности пафос 60-х до самых «нулевых».