Нормальный тверской крестьянин Пьецух

21 апреля 2008, 00:00

— Вы в деревне живете по полгода. Толстому подражаете?

— Да нет, это случайность. Я был женат первым браком двадцать семь лет, потом споткнулся об мою Ирину Борисовну. Думал, женюсь по любви, а вышло, что по расчету. Вместе с Ириной Борисовной мне досталась двадцать одна сотка в Тверской губернии. До этого я никогда не жил в деревне, не знал крестьянского труда — я ведь москвич в пятом поколении. И тут мои крестьянские корни дали себя знать. Моя прапрабабка построила дом в Черкизове, на окраине Москвы, а сама-то была крестьянкой Серпуховского уезда. По отцовской линии я из галицийских крестьян, из полуполяков-полуукраинцев. Я, как выяснилось, могу все сделать своими руками, но не все хочу. Не люблю работать с металлом, сколько меня мой отец-авиастроитель к нему ни приучал. А вот деревянные модели кораблей делаю с удовольствием. В деревне землю пашу, как нормальный тверской крестьянин.

— Кого в плуг впрягаете?

— Лопатой пашу. Под картошку плуг не нужен. Сами себя ею, морковью, редиской, обеспечиваем. Даже спаржу выращиваю. Все на навозе, без какой-либо нитратной отравленности. Строить мне не много приходится. Изба-пятистенок меня вполне удовлетворяет. Но забор вот строю сам. Строительные услуги «со стороны» непомерно дорогие. Газон стригу раз в десять дней. Он у меня как ковер. Настоящий оксфордский газон. Если бы не сволочи-кроты. Главные враги. Других нет.

— А пишете вы когда?

— С шести утра до одиннадцати. Первый завтрак — ложка меда и стакан воды. В двенадцать у меня адмиральский час — сто граммчиков водки и хорошее жаркое. А потом в земле до семи ковыряюсь. То шифер поправить на крыше, то картошку окучить. Я занят круглый день. А потом читаю до ночи. Если бы не светская жизнь! С тех пор как померла баба Надя, последняя тамошняя жительница, у нас уже не деревня… Три члена Союза писателей в одной деревне — это же филиал сумасшедшего дома! Зато там у нас экология небывалая, чистейшие вода и воздух. Кстати, очень все это после невообразимо грязной Москвы спасает.

— Москву сегодняшнюю тоже не любите?

— Это уже совсем чужой город. В центре я себя чувствую как за границей. Она стала чище, красивее, ухоженнее, более расположенной к человеку… Но — абсолютно чужой город. И что меня взаправду раздражает, так это современная московская архитектура. Это хуже, чем хрущевские пятиэтажные бараки! Демонстрирует такое отсутствие вкуса, такое покушение на само понятие о прекрасном! Я не понимаю, что происходит, я не могу представить, какие взятки получают архитектурные чиновники, позволяя строить этот ужас.