Софт на вывоз

Алексей Грамматчиков
обозреватель журнала «Эксперт»
19 мая 2008, 00:00

В текущем году объем экспорта российских программных продуктов и услуг по разработке программного обеспечения достигнет 3 млрд долларов. Практически без поддержки государства отечественные софтверные компании превращаются в глобальных поставщиков услуг в сфере разработки ПО, занимая третье место в мире после Индии и Китая

По итогам прошлого года объем экспорта российского программного обеспечения (продуктов и услуг) составил 2,2 млрд долларов, в нынешнем году этот показатель достигнет 3 млрд долларов. Об этом заявили после проведения ежегодного исследования представители ассоциации «Руссофт», которая объединяет ведущих российских разработчиков ПО.

Показатели экспорта отечественного программного обеспечения могли бы быть куда более значительными, если бы не отсутствие политики государственной поддержки. Об этом, а также об особенностях работы российских софтверных компаний на экспорт в интервью «Эксперту» рассказал президент ассоциации «Руссофт» Валентин Макаров.

— Валентин Леонидович, как вы оцениваете динамику развития продаж российских программных разработок за рубеж?

— Экспорт программного обеспечения из России в последнее время растет в среднем на 40 процентов ежегодно. Согласно нашим последним исследованиям, такая динамика наблюдалась в прошлом году, сохранится она и в текущем. Можно сказать, что сегодня в России сформировался целый кластер высокотехнологичных компаний в сфере продуктов и услуг ПО, реализации IT-решений. Сейчас большинству из них уже тесно в крупных российских городах, и они активно осваивают регионы. Все основные компании с офисами в Москве и Санкт-Петербурге начали создавать свои центры разработки в Казани, Самаре, Саратове — словом, по всей России. К тому же еще два-три года назад наши разработчики пошли на Украину и в Белоруссию. Некоторые российские софтверные компании также уже открыли свои центры в государствах Восточной Европы — Венгрии, Чехии, Болгарии. Наконец, сегодня наметилась тенденция освоения российскими предприятиями третьих стран. Первая ласточка в этой области — компания Luxoft, объявившая о том, что открывает центр разработки во Вьетнаме. Есть и другие российские фирмы, которые идут в Индию и Китай, в развивающиеся страны.

— Иными словами, российские софтверные компании превращаются в крупных мировых игроков?

— Да, это так. Достаточно посмотреть на данные рейтингов, которые регулярно публикуются рейтинговыми агентствами. Например, Международная ассоциация профессионалов аутсорсинга (International Association of Outsourcing Professionals, IAOP) не так давно составила рейтинг ста ведущих поставщиков в сфере IT-аутсорсинга. В недалеком прошлом наши фирмы занимали всего одну-две строчки в этом списке. Сейчас же там значится шесть российских компаний.

— Если оценивать в среднем по странам, какое место занимает сейчас Россия по экспорту услуг по разработке ПО?

— По последним данным исследовательской компании IDC, Россия считается третьим мировым поставщиком услуг в области программных решений. Первая, безусловно, Индия, второй — Китай. Примечательно, что с Китаем мы развиваемся параллельно и боремся за второе место. Ну а дальше с большим отрывом идут третьи страны — такие, как Таиланд, Филиппины, Малайзия, государства Восточной Европы. В целом они серьезно отстают от тройки лидеров. Скажем, все восточноевропейские страны вместе взятые уступают России по экспорту программного обеспечения.

— Какие российские компании наиболее успешны в сфере поставки услуг по разработке ПО за границу?

— В этом году в рейтинге IAOP были признаны лидерами EPAM Systems, Luxoft, Auriga, Reksoft, Mera NN, DataArt. Эти компании сейчас выходят на высокий мировой уровень. И что самое главное, они ведут высокотехнологичные программные разработки. То есть это не примитивные операции — берешь и разрабатываешь код по заданной кем-то спецификации. Наши компании больше занимаются тем, что требует глубокого использования математики, алгоритмирования и программных технологий. Креативность и высокий технологический уровень — вот что отличает на мировом рынке российские предприятия в области разработки ПО.

— Какого рода программное обеспечение производится в России на экспорт?

— Сегодня заказчики номер один — зарубежные компании, которые сами занимаются информационными технологиями. По сути, мы делаем инструменты для тех, кто относится к мировым лидерам в области IT. Наши клиенты — это Microsoft, SAP, IBM, Intel, Motorola, то есть все крупнейшие международные компании. И мы делаем инструменты для лидеров, чтобы они создавали ведущие в мире изделия. А если ты делаешь инструменты, например станки для сложной работы, это служит показателем высокого технологичного уровня. Скажем, российская EPAM Systems разрабатывает софт непосредственно для SAP. SAP — мировой лидер в автоматизации самых разных предприятий. И это очень существенный показатель, что внутри продукта SAP часть софта создана российскими программистами.

— Какие еще сектора мировой экономики перспективны для российских программистов?

— Второй важный для нас сектор — телекоммуникации. Российскими программными решениями пользуются многие операторы связи, производители телекоммуникационного оборудования. Например, российские компании успешно разрабатывают и внедряют программное обеспечение для British Telecom, T-Mobile, O2. Известными международными игроками в этой сфере являются российские компании T-Boss, Reksoft, Bercut, Mera NN. Также много разработок ведется в производственной сфере, ритейле, в образовании и сфере научных исследований. Не так давно российские специалисты создали уникальное решение для известной международной компании Colgate-Palmolive. Colgate требовалось программное обеспечение, способное в режиме реального времени предоставлять информацию по запросу сотрудника отдела продаж любого из торговых представительств, расположенных в тридцати различных странах. Российские программные инженеры разработали систему Colgate's Global Sales Support System, которая обеспечивает доступ к информации о предприятии, клиентах, продукции, наличии товара, рекламных материалах, статусе заказа и доступ к отчетам. Имея портативный компьютер и находясь вне офиса, любой торговый представитель может взаимодействовать с другими сотрудниками компании, отвечать на запросы клиентов, работать с корпоративной базой данных по продуктам, вносить информацию о новых заказах и следить за их выполнением, а также анализировать данные по продажам за определенный период времени, фиксировать и обрабатывать заказы в режиме онлайн.

Очень востребованы услуги наших программистов и в финансово-банковском секторе. Скажем, компания DevExperts из Санкт-Петербурга сегодня успешно делает софт для торговли акциями на ведущих биржевых площадках во всем мире. Кстати, на предприятии работают несколько официальных призеров чемпионатов мира по программированию. А российской компанией Luxoft не так давно была разработана CRM-система для Deutsche Bank. Она получилась такой удачной, что сейчас Deutsche Bank и Luxoft продают эту разработку другим банкам, так как она оказалась лучше других банковских систем по ряду важных показателей — обслуживание банковских клиентов, операции с банковской документацией и так далее. Это типичный пример, когда российская компания начинает работать, с тем чтобы предложить какую-то часть решения, а в процессе добавляются креативные идеи — и продукт приобретает новое качество. Скажем, та же Luxoft весьма успешно разработала информационную систему для одного из лидеров в области атомной энергетики — Areva, которая с помощью российских программных продуктов обеспечивает техническую поддержку многих своих подразделений. Другая ведущая мировая компания в сфере машиностроения, Caterpillar, также активно пользуется продуктами и услугами российских специалистов из Luxoft, которые разработали лучшую систему для оптимизации ее производственных процессов. А российская EPAM Systems не так давно предложила уникальную систему контроля риска для финансового отдела мирового энергетического гиганта Halliburton. Сотрудники Halliburton используют эту систему для управления обменными валютными операциями, основываясь на последних финансовых данных и отчетах. Причем российским специалистам удалось добиться полной автоматизации процесса распространения отчетов и других данных между центральным и региональными офисами, а также между сотрудниками Halliburton. Вообще, зачастую российские компании начинают работать, чтобы локализовать иностранный продукт на нашем рынке, и в результате доработки этот продукт становится лучше, чем прежде.

— Нередко говорят, что именно так начинали свою экспортную деятельность многие крупные российские компании: они брались локализовать западный продукт, и заказчик, видя, как хорошо у русских программистов получается работать, передавал им новые заказы.

— Российский софтверный бизнес начинался в непростых условиях. Это было на заре 1990-х годов, когда в Россию никто не хотел идти, все боялись инфляции, КГБ, криминала, коррупции. Тогда разработчикам софта приходилось браться за все что угодно, за любые маленькие проекты.

Чаще всего российских разработчиков призывали, чтобы спасти западный проект. Типичная ситуация: нет ни времени, ни денег, ни документации, есть только непонятный код, разработанный кем-то, кто не справился и уже ушел. Нужно разобраться в этих сложных недоделанных проектах, придумать алгоритмы для их восстановления. Мы все это прошли и по мере роста умений и навыков попали в число мировых лидеров. Кстати, сегодня есть еще один очень важный тренд — растет экспорт не только услуг по разработке ПО, но и услуг в области консалтинга в сфере IT. Это большая высокооплачиваемая сфера, включающая услуги по разработке ПО, в которую мы сейчас смещаемся. Российские компании все больше оказывают услуги консалтинга зарубежным заказчикам, и консалтинг становится неотъемлемой частью их работы.

— Какие еще тенденции в области разработки софта на экспорт можно отметить?

— В последние годы очень важна и актуальна такая тенденция, как рост слияний и поглощений. Процесс этот начался еще в прошлом и позапрошлом годах, и в нынешнем он активно продолжится. Крупные игроки в этой сфере, как и в других областях бизнеса, в поисках ресурсов поглощают малых и средних. Видимо, такая консолидация закончится тем, что сформируется группа из шести-восьми компаний, которые будут лидерами в области услуг по разработке программного обеспечения, а мелкие и средние фирмы станут в основном специализироваться на нишевых решениях.

— Но ведь рождается и много новых компаний, которые разрабатывают софт для зарубежных заказчиков.

— Вы совершенно правы, появление так называемых стартапов, или новых компаний, — еще одно важное изменение, которое происходит буквально у нас на глазах. Возникают совсем новые игроки, открывают дочерние фирмы крупные компании. Наряду с этим люди, которые уже имеют большой опыт работы, выходят из крупных организаций и создают собственные. Этот процесс крайне важен, потому что должна работать вся пирамида участников рынка. Для всего высокотехнологичного IT-сектора нужно, чтобы внизу росла масса компаний, которые создают новые продукты, новые услуги, генерируют идеи.

— В каких направлениях, на ваш взгляд, будет развиваться в ближайшее время мировой рынок заказов на программное обеспечение? Из каких стран России следует ждать новых заказчиков?

— Мировой рынок аутсорсинга в области программирования растет, и в него включаются новые крупные игроки. Сначала лидером по внедрению аутсорсинга в сфере создания софта была Америка. На конференции IT-директоров в Германии недавно ссылались на отчет ЦРУ, где было сказано, что Америка за счет IT-аутсорсинга сделала большой шаг вперед и обогнала Европу. Пока европейцы вели разработки внутри своих компаний, американцы благодаря аутсорсингу снизили затраты на разработки и совершили большой рывок. Теперь Европа старается догнать Америку. Лидером в этой области является Великобритания, которая исторически была ориентирована на Индию. Если в процесс активно включатся Германия и Франция, то к нам, несомненно, придут новые заказчики.

— Иными словами, следует ждать роста заказов именно из Германии и Франции?

— Немецкоговорящие страны сейчас ориентируются на Россию больше всего. По нашим данным, именно Германия, а также Австрия и Швейцария являются сегодня основными партнерами России в аутсорсинге софта в Европе. Франция пока не очень идет на заказ программного обеспечения за рубежом. Во-первых, французы предпочитают общаться на французском языке. Во-вторых, широкому использованию аутсорсинга препятствует высокая социальная защищенность. Аутсорсинг в любом случае непопулярная мера: это частичная потеря рабочих мест у себя в стране, допуск чужих игроков на свой рынок. Но именно такие шаги позволяют совершить стремительный рывок в области IT.

— А как вы оцениваете тенденцию, когда крупные западные компании не отдают на аутсорсинг создание программных продуктов, а открывают в России свои центры разработки?

— В целом в мире есть два не противоречащих друг другу направления привлечения ресурсов для создания софтверных решений: первое — когда крупные компании отдают на аутсорсинг свои заказы, второе — когда они создают собственные центры разработки. Это делается из соображений безопасности, возможности более эффективно и четко контролировать процесс выполнения заказа. Сейчас в России почти все крупные мировые компании имеют подобные центры разработки. Последние примеры — Google, IBM, Hewlett-Packard. До этого были Motorola, Intel, Sun и много-много других. Причем если в Индии и Китае в таких центрах заняты тысячи человек, то в России сотрудников меньше, но они выполняют более сложную и наукоемкую работу. Общий экспорт из подобных центров оценивается примерно в 20 процентов от всего экспорта ПО из России.

— С чем вы связываете удорожание услуг по созданию программ в Индии? Поговаривают, что расценки там уже почти сравнялись с расценками российских компаний для западных заказчиков?

— Услуги индийских программистов действительно дорожают, и цена там сейчас примерно такая же, как у нас. В Китае цены пока ниже, во Вьетнаме тем более. Дело в том, что до последнего времени Индия во многих секторах аутсорсинга разработки ПО занимала почти монопольную позицию. И чем больше игроков типа Вьетнама будет в области разработки софта, тем сложнее станет конкурировать индийцам. А нижнюю нишу совсем скоро будут активно занимать Вьетнам, Таиланд, Филиппины, Малайзия. Следующими лидерами могут стать даже Южноафриканская Республика, страны Северной Африки. На американском континенте разработкой ПО занимаются Мексика, Бразилия.

— Многие сейчас опасаются китайских программистов. Для нас это реальные конкуренты?

— Пока нас спасает то, что Китай из-за близости языка в основном работает на Японию. Но это действительно потенциально очень опасный для нас конкурент. Развитие программных разработок здесь напрямую связано с четкой и эффективной государственной политикой поддержки этого сектора экономики. А у нас есть только заявления о том, что такая политика поддержки появится. Пока государство поддержки не окажет, мы объективно будем уступать Китаю. Очень сложно выигрывать, когда у них цена снижается вследствие принимаемых государством мер, например налоговых льгот, а у нас, наоборот, из-за отсутствия такой поддержки себестоимость услуг по разработке ПО повышается.

— Но ведь представители государственных органов в последнее время много говорят о технопарках и других формах стимулирования развития IT-технологий.

— К сожалению, пока это в большей степени разговоры в будущем времени. Хотя, конечно, очень важно, что государство начало больше говорить о технопарках, особых экономических зонах, венчурных фондах. Сейчас в Госдуме активно функционирует комитет по информационной политике и технологиям. Начата работа над созданием инновационного кодекса — свода законов, который охватывает вопросы прав интеллектуальной собственности, регулирования венчурного финансирования, снижения налоговой нагрузки на наукоемкое производство, поддержки высокотехнологичного экспорта и так далее. Мы считаем, что принятие таких законов — крайне важный процесс, который даст ощутимую поддержку нашему бизнесу.

— Какие еще факторы, на ваш взгляд, сдерживают развитие экспортных разработок программного обеспечения в России?

— Это, конечно, такая больная для всего IT-рынка проблема, как нехватка кадров. Она в свою очередь связана с проблемами образования. У нас уникальная система высшего образования, высшая школа, в отличие от высших школ всего мира, не готовит инженеров для определенного и конкретного участка, а учит мыслить, получать и осваивать знания и создавать на их основе новые разработки. Довольно просто подготовить инженера, который работает, скажем, на языке С++. Но он будет знать только этот конкретный язык. Другое дело, когда программист имеет широкую математическую подготовку, понимание и навыки алгоритмирования, знает сразу несколько языков программирования, может их комбинировать. Тогда получается качественно и принципиально более высокий уровень работы. Но, к сожалению, эта основа высокого профессионализма наших специалистов довольно сильно пошатнулась, потому что долгие годы вузы не финансировались, были оторваны от бизнеса. А для того чтобы научить современным технологиям, нужно сделать так, чтобы преподаватель сам владел этими постоянно изменяющимися технологиями, имел опыт разработки ПО сегодняшнего дня.

— Что, на ваш взгляд, нужно для решения этой проблемы?

— Во-первых, повышать зарплату преподавателям, чтобы была конкуренция между плохими и хорошими преподавателями. Во-вторых, государство должно отдавать вузам госзаказы на научные разработки, стимулируя и фактически заставляя вузы заниматься научно-исследовательской работой, вовлекая преподавателей и студентов и при необходимости привлекая внешние компании на аутсорсинг. Благодаря этой системе будет постоянный опыт работы с самыми современными инженерными технологиями, который можно передавать студентам. В области образования также большая надежда у нас на технопарки и особые зоны. Мы активно работаем с Министерством информационных технологий и связи, с Агентством по особым экономическим зонам и стремимся сделать в конечном счете так, чтобы, где это возможно, в ОЭЗ и технопарках создавались инкубаторы малого бизнеса и центры прикладной подготовки и стажировок. Студенты всех вузов должны обязательно проходить через такие центры, иначе они не будут профессиональными специалистами. А компании — участники рынка смогут именно здесь выбирать себе студентов. Словом, с развитием подобных схем мы окажемся на пороге сильной инновационной волны. И Россия вполне сможет занять более видные позиции на мировом рынке разработки ПО на заказ, а также IT-консалтинга.