Джоэл и Итан Коэны: «Абсурд продуктивен»

Антон Долин
8 сентября 2008, 00:00

Братья Коэны, привозившие на Венецианский кинофестиваль свой новый фильм, дали интервью «Эксперту»

— Даже странно — неужели вы действительно впервые в жизни сделали кино о спецагентах?

Джоэл Коэн: Однажды мы экранизировали один роман о холодной войне. Нам было лет по тринадцать. Так никто того фильма и не увидел. И вряд ли увидит: прав на экранизацию мы тогда купить не могли.

— После молчаливого мрачного «Старикам здесь не место» вы сняли разговорную комедию — а сценарии писали синхронно. Похоже, в эти два фильма вы вложили все, что умеете?

Дж. К.: Да, они — квинтэссенция нашего стиля, если таковой вообще существует.

Итан Коэн: Самое интересное, что в романе «Старикам здесь не место» был сплошной треп, но в фильм мы его решили не вставлять. Зато тут уж разговорились вволю.

— Диалоги вы пишете уже после того, как знаете сюжет будущего фильма?

И. К.: Нет, диалоги — интегральная часть сценария, заложенная в него с самого начала, а не какие-то виньетки. Каждая история требует диалогов определенного типа, каждый персонаж — тоже. В этом фильме герои пытаются понять, кто они такие, а без слов это понимание прийти не может.

— Откуда к вам пришло знание этих персонажей? Вы что, общались с агентами ЦРУ?

И. К.: Что вы, конечно нет! Откуда нам их взять?

Дж. К.: Тут не в агентах дело, а в актерах. «Сжечь после прочтения» родился из нашего желания поработать с некоторыми актерами, написать что-то специально для них. Что будет, если Брэд Питт предстанет на экране в качестве тренера, а Джон Малкович — как уволенный аналитик ЦРУ, и что может свести их вместе? Как сделать, чтобы на их пути встретились Фрэнсис Макдорманд и Джордж Клуни? Из этого и родилась интрига. Впервые в нашей карьере, кстати, сюжет обязан своим появлением на свет актерам.

— И как Брэд Питт — был он удовлетворен опытом работы с вами? Вы же уже пытались пару раз сделать фильм вместе, и ничего не получалось.

И. К.: Если верить ему, он был доволен. Да и нам понравилось. То, что раньше мы не могли поработать вместе, было связано с обстоятельствами чисто техническими. Фильм «К Белому морю» с Брэдом в главной роли не мог появиться на свет, поскольку история выживания, в финале которой главный герой погибает, не убедила продюсеров — и мы элементарно не смогли собрать денег на этот проект!

Дж. К.: Хорошие актеры всегда приятно удивляют режиссера, в первый ли раз ты работаешь с ними или в сотый. Но это только в профессиональном отношении. А так мы сразу нашли общий язык с Брэдом, с ним было легко. Джордж — ну, с ним тоже просто, он всегда радостный и веселый. И Брэд смеялся не переставая. Джон Малкович... и он веселился, как умел. Постоянно шутили друг над другом, дразнили друг друга. Это все-таки огромное удовольствие — играть идиотов.

И. К.: Не знаю, право, кто получает большее удовольствие — Клуни, играющий идиота, или публика, когда смотрит на Клуни-идиота.

— Слушайте, откройте наконец секрет: что же вас так привлекает в идиотах?

И. К.: Идиоты дают наилучший драматургический эффект из всех возможных! Они все время делают что-то не то, попадают впросак, все идет наперекосяк — а нам только того и надо. Не знаю. Люди пишут отличные истории об умных, уравновешенных героях... наверняка хоть кто-то пишет о них... Но не мы. Мы просто считаем, что идиоты тоже заслуживают любви. И нередко видим в них самих себя.

— Ваши фильмы, как правило, полны абсурдных совпадений — и не сразу поймешь, верите ли вы в то, что у нашего существования есть хоть какой-то смысл…

И. К.: Надеюсь, вы не хотите спросить нас, в чем смысл бытия? Вообще-то в колледже я изучал философию, и у нас был спецкурс, который так и назывался: «Смысл жизни». Так вот — я его пропускал. Абсурд продуктивен для драматургии, он помогает писать необычные истории. Вот и все.

— Дань абсурду — сцены в русском посольстве. Скажите, откуда в вашем фильме появилась русская тема? И почему вы не снимали в реальном посольстве РФ?

И. К.: Нам его показали, но снимать там запретили. Вот и пришлось найти то пугающее гигантское бетонное здание, которое вы видите в картине. Такую архитектуру мы и искали.

Дж. К.: Наш фильм — о том, как люди переоценивают значимость информации, которую считают «совершенно секретной». Где еще опровергнуть такие иллюзии, как не в русском посольстве? Наши герои почему-то верят, что холодная война продолжается до сих пор... И знаете что? События последнего месяца показывают, что не так уж они далеки от истины. Хотя снимали-то мы год назад.

— В русском посольстве в «Сжечь после прочтения» на стене висит портрет Владимира Путина — но ведь действие вашего фильма происходит в 2008-м году, а у нас уже новый президент!

Дж. К.: Черт, точно. А вы правда думаете, что это имеет какое-то значение? (Оба смеются.)

— Простите за личный вопрос: вы еще не устали за все эти годы друг от друга?

Дж. К.: Мы действительно снимаем вместе вот уже четверть века. Да и многие наши соратники с годами не меняются. Мы сделали десять фильмов с оператором Роджером Дикенсом, четырнадцать с композитором Картером Бервеллом...

И. К.: Скучища!

Дж. К.: Точно. Но так уж мы работаем. Другие режиссеры меняют съемочную группу на каждом следующем фильме, мы предпочитаем держаться одних и тех же людей.

И. К.: И как обойтись без того же Картера, скажите мне? Кто еще, как не он, мог написать такую великолепно-глупую помпезную музыку, так потрясающе не подходящую к шпионскому фильму? Музыка звучит так, будто у нее очень серьезный метафорический подтекст, но на самом деле не значит ровным счетом ничего! Благодаря таким людям, как Картер, мы избегаем жанровых штампов. Может, «Сжечь после прочтения» и не шпионский фильм, и не комедия вовсе? А, например, кино о сексе.

Дж. К.: Мы никогда не задумываемся над жанром, это уже критики потом находят определения. Разве что в «Перевале Миллера» мы сразу решили написать сценарий «по мотивам ненаписанного романа Дэшела Хэммета».

— И все-таки, не хотите попробовать снимать отдельно друг от друга? В конце концов, ведь Джоэл написал сценарий для «Эвана Всемогущего», Итан — для «Солдат неудачи»…

И. К.: Я сниму «Солдат неудачи-2»!

Дж. К.: Вообще-то мы собираемся в следующем году снимать поодиночке. Но пока не объявили об этом официально.

— Было ли для вас важно получить «Оскар» за лучший фильм, режиссуру и сценарий? Изменили ли эти награды хоть что-то?

Дж. К.: Мы были очень удивлены. Я еще не понял, было ли это для нас важно. И вряд ли хоть что-то изменится теперь, после «Оскара».

И. К.: Услышать свое имя со сцены после слов «И “Оскар” получает...» — странное ощущение, что-то было в этом неестественное. А, ну ладно, подумали мы. Окей, давайте его сюда.

Дж. К.: Вообще-то Итан тогда лекарства пил, он заснул и не слышал, как нас объявляли.

— Как вам самим кажется, ваш кризис среднего возраста уже позади?

Дж. К.: Не скажу. Мы сделали фильм, а ваша работа — найти ответ на этот вопрос.