Триумфальное возвращение Веселого Роджера

Алан Бадов
10 ноября 2008, 00:00

На наших глазах на территории «потерпевшего крушение» государства Сомали возникает настоящая пиратская республика. Это может привести к разрушению всей системы контейнерного флота, основы мировой торговли

В последнее время сводки новостных агентств напоминают страницы из романа «Остров сокровищ». Пираты, орудующие у берегов восточноафриканской страны Сомали, почти каждый день нападают на проходящие вдоль ее берегов корабли. Только на прошлой неделе они обстреляли из гранатометов российское судно «Капитан Маслов», которому, к счастью, удалось уйти, захватили китайское судно «Тяньюй-6», турецкий торговый корабль «Карагель», филиппинский танкер Stolt Strength, датский сухогруз CEC Future. Российский сторожевой корабль «Неустрашимый» и британский фрегат «Кемберленд» отбили атаку на датское судно «Пауэрфулл». А в конце сентября сомалийцы умудрились захватить корабль «Фаина» с танками Т-72, зенитно-ракетными комплексами и «Градами» (экипаж в составе 21 человека до сих пор находится в плену).

Сомалийские пираты, воодушевленные безнаказанностью и миллионными выкупами, которые выплачивают им владельцы за освобождение судов, с каждой неделей становятся все наглее, а численность и техническая оснащенность их шаек быстро прогрессируют. Пользуясь местоположением Сомали рядом с одним из самых напряженных морских торговых путей, ее обнищавшие и отчаявшиеся жители рассматривают пиратство как единственный источник дохода и сумели сделать из пиратского промысла практически государственный бизнес (о том, что происходит в Сомали, «Эксперт» писал в № 17 за 2008 год). По данным международного морского бюро, за первые девять месяцев текущего года произошло 199 случаев нападения пиратов на суда, из них в 63 приходится на Сомали. За это время сомалийские пираты захватили 26 судов и 537 членов экипажей. На начало ноября в плену у них находилось 9 судов и 182 члена экипажей.

Прямо сейчас прибрежные районы восточного Сомали превращаются в своего рода пиратскую республику, наподобие тех, что существовали в прошлые века на островах Карибского моря или Барбарийском берегу Северной Африки. Проблема настолько сложна и многогранна, что пока все попытки мирового сообщества справиться с ней не приносят заметного результата.

Африканский Рог в бок мирового судоходства

Современных моряков пиратами не удивишь: корсары не канули в Лету и продолжают в наши дни бороздить моря и океаны (см. «Будни пирата»). Однако до последнего времени они были явлением эпизодическим, не оказывающим глобального воздействия на мировую морскую торговлю. На повышении активности пиратов мгновенно отразилась общая дестабилизация экономической и политической ситуации. И уж совершенно необыкновенных для нашего времени масштабов пиратский промысел достиг у берегов Сомали и теперь реально угрожает сложившейся системе мировых торговых перевозок.

Главный редактор морского бюллетеня «Совфрахт» Михаил Войтенко, хорошо знакомый с темой благодаря контактам в судоходном сообществе, так прокомментировал ситуацию «Эксперту»: «Сомалийские пираты раздвигали рамки возможного и невозможного постепенно. Сначала нападения были редки, они атаковали суда тихоходные, с малой осадкой, с невысоким бортом, преимущественно в темное время суток. А с лета этого года вдруг поняли, что все дозволено, и начали атаковать буквально все, что движется». В результате проблема приобрела глобальный характер, и ситуация продолжает ухудшаться буквально с каждым днем.

Район действий сомалийских пиратов — Аденский залив, лежащий на пути между Индийским океаном и Красным морем. Это один из стратегически важных для мирового судоходства маршрутов, по нему проходит 50% всех балкерных (насыпных) грузов и около 30% контейнерных перевозок. По этой «горловине» между берегами Сомали и Йемена в направлении Суэцкого канала ежегодно проходит около 20 тыс. судов: идут танкеры и сухогрузы, доставляющие в Европу и Америку ближневосточную нефть и промышленные товары азиатского производства. Через Баб-эль-Мандебский пролив, соединяющий Аденский залив и Красное море, ежедневно транспортируется 3,3 млн баррелей нефти. Помимо всего прочего, в любой момент нападение пиратов на супертанкер может стать причиной гигантской экологической катастрофы.

Спасите наши души

Месяц назад ведущие объединения мировой судоходной отрасли выступили с всеобщим призывом пресечь действия сомалийских пиратов. В противном случае мореходы пригрозили перенаправить судоходные потоки по альтернативному маршруту — вокруг Африки, мимо мыса Доброй надежды. А это автоматически значительно увеличит транспортные затраты на перевозку (только эксплуатационные расходы торгового судна небольшого тоннажа составляют 5–6 тыс. долларов в день, а гигантского судна, например супертанкера или контейнеровоза, — 20–30 тыс. долларов). К примеру, переход контейнеровоза из японского порта Нагоя в голландский Роттердам с заходом в несколько азиатских портов продолжается через Суэцкий канал четыре недели, аналогичный переход, но без промежуточных остановок — три недели. Перенаправление судов вокруг Африки увеличит продолжительность пути как минимум наполовину, а как максимум — вдвое, настолько же вырастут и издержки. Увеличение издержек и последующий рост цен на фоне мирового финансового кризиса крайне негативно отразятся на мировой торговле.

Вялая реакция мирового сообщества на жалобы мореходов привела к тому, что переориентация судоходных потоков уже началась. «Некоторые балкерные компании, специализирующиеся на перевозке навалочных грузов, таких как уголь, руда, зерно, цемент, уже направляют свои суда в обход Африки, не желая рисковать», — рассказывает Михаил Войтенко. Однако, по его словам, положение станет по-настоящему катастрофическим, если пираты начнут захватывать и контейнеровозы. Объемы контейнерных перевозок поистине огромны: большинство одежды и товаров повседневного спроса Европа получает из Азии, а значит, через Аденский залив. До сих пор сомалийские пираты не захватили ни одного контейнеровоза — это самые быстроходные из коммерческих судов. Однако за последние недели было по крайней мере пять попыток такого захвата. Стоимость груза на контейнеровозе так велика, что, если хотя бы один окажется в руках у пиратов, линейные компании больше не дадут им ходить мимо Сомали. По словам экспертов, это будет очень сильный удар по экономике стран, зависящих от поставок по данному маршруту, а это вся Европа, в том числе и Россия. Нарушение такого рода мгновенно разрушит сложную систему мирового контейнерного флота, которая создавалась десятилетиями и работает как часы. Переход на маршрут вокруг Африки увеличит сроки перехода на две-три недели. Соответственно, сразу же наступит нехватка тоннажа, потому что весь тоннаж мирового контейнерного флота строился в расчете на поставки через Суэцкий канал. Разрушится график поставок, образуется дефицит товаров, пострадают торговые компании, возникнет эффект домино, который скажется на состоянии экономики в целом.

Судовладельцы надеются, что военные флоты ведущих держав возьмут на себя задачу обеспечения безопасности судоходства. В конце концов морем перевозится до 90% всех мировых грузов, а свобода торговли разве не одна из «священных коров» глобализации… Представители судоходной и страховой отрасли в последнее время активно лоббируют во всех инстанциях принятие мер против сомалийских пиратов. Так, председатель правления лондонской страховой биржи Lloyd’s лорд Ливин провел ряд встреч с руководством британского министерства обороны, а генеральный секретарь Международной организации судоходства (МОС) Эфтимиос Митропулос встретился с генсеком ООН Пан Ги Муном и призвал к созданию под эгидой ООН международного командования, координирующего действия международных военно-морских сил против пиратов.

Частные охранные компании намерены взять на себя те же функции, которые в прошлые века выполняли корсары и приватиры — «официальные пираты», такие как знаменитый Генри Морган

Вся королевская рать

Нельзя сказать, чтобы мировое сообщество не принимало никаких мер. В октябре Совет Безопасности ООН принял резолюцию, разрешающую иностранным судам входить в сомалийские территориальные воды для борьбы с пиратами. Кроме того, с 2001 года в Индийском океане находится флотилия США и их союзников, которые проводят в этом регионе антитеррористическую операцию, главным образом сводящуюся к «демонстрации флага» в северо-восточной части Индийского океана, недалеко от стратегически важного Персидского залива. Миссия этих кораблей официально соотносится с операцией Enduring freedom, проводимой США в Афганистане. Часть кораблей коалиции в последние годы постоянно присутствует в Аденском заливе, чтобы хоть как-то припугнуть распоясавшихся флибустьеров. Операция осуществляется с французской военной базы в Джибути (небольшого государства на острие Африканского Рога). Американские эсминцы, например, сразу же после захвата окружили стоящий у сомалийских берегов украинский сухогруз «Фаина», дабы в случае чего помешать разгрузке танков, которые не должны попасть в руки действующих в Сомали боевиков-исламистов. Канадские военные корабли эскортируют сухогрузы, доставляющие гуманитарную помощь Всемирной продовольственной программы (ВПП). Сомалийские пираты трижды захватывали суда, везущие их голодающим согражданам продовольствие, требуя выкуп от судовладельцев.

Недавно НАТО направила на помощь кораблям антитеррористической коалиции в Аденский залив дополнительную флотилию, которая уже приступила к патрулированию. Евросоюз 10 ноября тоже принял решение о проведении совместной антипиратской операции силами ВМС Великобритании, Франции, Германии и Испании. Свои корабли к берегам Сомали направили Индия и Малайзия. В Аденский залив уже прибыл сторожевой корабль «Неустрашимый» Балтийского флота России и танкер «Ельня» (среди захватываемых кораблей много членов экипажа, имеющих российское гражданство). Одновременно спикер Совета Федерации Сергей Миронов во время визита в Йемен заявил о возможности восстановления пункта базирования российского ВМФ на йеменском острове Сокотра, где в свое время имел базу военный флот СССР.

В августе США и их союзники даже создали в Аденском заливе безопасный коридор, вдоль которого торговые суда смогут проходить под присмотром военных кораблей. Суммарно на сегодняшний день в районе находятся 20 военных судов. Однако, как показывает практика, всех этих мер совершенно недостаточно и количество нападений растет с каждым днем. Военных обвиняют в неспособности объединиться и проводить согласованные операции, что на самом деле соответствует действительности, однако не является ключевой проблемой.

Угнать за 15 минут

Отчасти эффективного противодействия пиратам нет из-за разработанной ими весьма эффективной тактики. Опыт показал, что с того момента, как вахтенный матрос замечает приближающуюся лодку пиратов, до захвата торгового судна проходит всего 15 минут. Когда военный корабль, находящийся в десятках километров, подходит к месту происшествия, либо атака бывает отбита командой, либо пираты уже ведут захваченное судно к себе в гавань, и штурмовать его — значит поставить под угрозу жизнь экипажа.

В Сомали, так же как и в других районах мира, тактика пиратов примерно одинакова. Для нападения на корабли используются небольшие лодки с мощными японскими моторами, позволяющие развивать большую скорость. Гигантские тяжелые и тихоходные танкеры и сухогрузы — идеальная мишень для морских разбойников, не менее желанная добыча — частные яхты или круизные теплоходы для богатых иностранных туристов

На своих легких челнах пираты могут напасть на суда лишь вблизи берега. Положение меняется, когда им удается завладеть буксиром или рыбацким траулером, которые они используют в качестве судов-баз. Не вызывая подозрений, такая посудина бродит по морю, пока не заметит подходящую добычу. Тогда с борта высаживается вооруженный десант на надувных лодках и пытается взять жертву на абордаж. Очевидцы нападений отмечают хорошее вооружение сомалийских разбойников — автоматы, пулеметы, гранатометы.

Тактика пиратов, конечно, изучалась мореходами, и циркуляры Международной морской организации (IMO) содержат массу полезных рекомендаций. Например, советуют капитанам судов в опасных водах держать круглосуточную вахту. Однако этого не так легко сделать, так как в целях экономии владельцы или операторы современных кораблей стремятся свести численность команды к минимуму. В случае нападения циркуляры советуют развить максимальную скорость и совершать резкие маневры — в результате поднимается крутая волна, которая мешает движению легких пиратских лодок и даже может перевернуть их. Если бандиты все же сблизились с судном и пошли на абордаж, рекомендуется обстрелять их струями воды из пожарных брандспойтов или применить специальные звуковые пушки. Это особый вид несмертельного оружия, «тарелка» весом около 20 кг, испускающая направленную звуковую волну силой 150 децибел, болезненно травмирующая барабанные перепонки (для сравнения: противопожарная сигнализация имеет громкость 80–90 децибел). Для ночного наблюдения рекомендуется устанавливать на судах приборы ночного видения, в качестве последнего рубежа обороны — устанавливать по периметру бортов судна электрическую ограду, поражающую пиратов сильным, но не смертельным ударом тока. Международные циркуляры призывают не использовать огнестрельное оружие, поскольку это может лишь спровоцировать атакующих и привести к жертвам среди экипажа и пассажиров. Обычно пираты, по крайней мере в Сомали, стреляют лишь в воздух и стараются избежать жертв. Считается, что до сих пор при нападениях сомалийских пиратов моряки гибли только случайно, от шальной пули. Однако их действия становятся более отчаянными и жесткими. Например, на прошлой неделе при попытке захвата российского судна «Капитан Маслов» они открыли огонь из гранатометов.

Кат вместо рома

По мнению экспертов, попытки справиться с пиратами оказываются неудачными еще и потому, что их ряды расширяются значительно быстрее тех мер, которые против них применяются. До недавнего времени международное бюро судоходства рекомендовало судам держаться не ближе 200 морских миль от побережья Сомали: считалось, что далее этой зоны пираты уплыть не способны. В последние месяцы это уже не спасает: разбойники совершают нападения в открытом море. По данным Международного морского бюро, сомалийские пираты используют четыре судна-базы, внешний вид которых хорошо известен. Фотографии двух из них — рыболовных траулеров — помещены на сайте антипиратского центра Международного морского бюро, название одного — Burum Ocean, другого — Arena или Athena.

В нынешнем году число нападений на суда в этом районе увеличилось вдвое. По данным Эндрю Мвангуры, координатора кенийской Программы помощи морякам, если в прошлом году общая численность пиратских банд в Сомали составляла около ста человек, то сейчас она увеличилась десятикратно, примерно до тысячи. По словам моряков, побывавших в плену у сомалийских пиратов, те оснащены по последнему слову техники: у них имеются спутниковые телефоны, навигационные устройства, использующие систему GPS. «Доходы пиратов составляют миллионы долларов. Значительная часть их инвестируется в деловые предприятия в Объединенных Арабских Эмиратах и Кении, другая идет на финансирование боевиков, представляющих разные стороны: правительственных деятелей, полевых командиров, исламистов — все получают свою долю», — заявил Мвангура.

По свидетельству журналистов и сотрудников гуманитарных организаций, работающих в Сомали, бывшие убогие рыбацкие деревушки в Пунтленде, превратившиеся в пиратские базы, переживают экономический бум. На деньги, вырученные от выкупа, там строятся просторные дома, пираты разъезжают на новеньких джипах. В деревнях открылось много новых ресторанов, которые посещают пираты и иностранные моряки, дожидающиеся освобождения. Идет бойкая торговля алкоголем. В публичных домах Джибути сомалийских пиратов, спускающих за ночь тысячи долларов, встречают как самых желанных гостей. Столицей пиратства в Пунтленде стала деревня Эйл, где содержится большинство захваченных судов. Это место может считаться современным эквивалентом столицы карибских корсаров XVII века — гавани Порт-Ройял на Ямайке. Только вместо рома сомалийские коллеги Генри Моргана и Черной Бороды предпочитают кат — содержащие наркотическое вещество листья, которые любят жевать жители Йемена и Африканского Рога.

Загадочные посредники

По мере того как пиратов становится больше, а их оснащение — лучше, растут и их аппетиты. Средний размер выкупа, полученный пиратами за одно захваченное судно, в прошлом году исчислялся сотнями тысяч долларов, в нынешнем году этот показатель составил уже около миллиона долларов. В последние же месяцы, когда нападений становится больше с каждым днем, можно говорить о 1,7–1,8 млн долларов. По оценке британского Chatham House (Королевского института международных отношений), в 2008 году общая сумма полученных пиратами выкупов превысила 30 млн долларов. По подсчетам экспертов компании Hiscox, страхующей риски, связанные с похищением и выкупом, в том числе обусловленные пиратством, к концу года доходы сомалийских флибустьеров достигнут 50 млн долларов. Бюджет Пунтленда составляет 20 млн долларов, стоит ли удивляться, что пиратство стало в этих краях главной отраслью экономики?

По мнению экспертов, не последнюю роль в развитии пиратского бизнеса играют информаторы и посредники, работающие на сомалийцев в фешенебельных офисах Лондона, Дубая или Найроби.

Ведущий международный судоходный бюллетень, лондонский Lloyd's List, недавно провел расследование, показавшее, что переговоры с представителями пиратов и выплата выкупа ведутся в наши дни не где-нибудь в африканской в пустыне, а во вполне цивилизованных местах. Владельцев судов и грузов представляют специализированные компании в области морской безопасности, пиратов — посредники из представителей сомалийской диаспоры за рубежом, принадлежащие к тем же кланам, что и морские разбойники. Деньги перечисляются на счета адвокатских фирм, имеющих клиентов-сомалийцев, которые затем переправляют их на родину, используя неформальную систему денежных переводов, известную под названием хаваля, через которую иммигранты-мусульмане перечисляют на родину часть своих заработков. Правда, в последнее время флибустьеры стали требовать, чтобы выкуп доставлялся наличными прямо в Сомали.

В 2000 году сомалийские пираты захватили испанский рыболовный траулер «Альбакора-4», который вскоре был освобожден. «Ситуация разрешилась после того, как на переговорах было достигнуто соглашение о выплате выкупа в Лондоне, — заявил в интервью одной из испанских газет владелец судна Иньяки Латсага. — Там находятся некоторые юридические фирмы, которые на этом специализируются, и у похитителей здесь свои контакты… Я думаю, всякий может судить об этичности действий этих фирм, так что иногда задаешься вопросом, где находятся пираты — в Сомали или в Лондоне».

Джеймс Уилкес, управляющий директор компании Gray Page, которая специализируется на ведении переговоров об освобождении заложников и захваченных судов, также считает, что у сомалийских пиратов сообщники за границей. «Эти ребята имеют источники и наблюдателей во “внешнем мире”, и они стремятся получить любую информацию о том, как компании управляют ситуацией, чтобы усилить свою стратегию переговоров», — сказал Уилкес в интервью Lloyd’s List.

Нельзя повесить на рее

Еще одна сложность борьбы с пиратами для ВМС западных стран заключается в том, что их нельзя брать в плен.

Самую решительную позицию в отношении пиратов занимает Франция. Президент Николя Саркози в этом году отдал приказ о проведении антипиратской операции силами морского спецназа. В первый раз — в апреле, когда было захвачено французское круизное судно Le Ponat, второй — в сентябре, когда была захвачена яхта Carré d’As c французской семейной парой на борту. В обоих случаях французские боевые пловцы захватили нескольких пиратов и вывезли их во Францию для суда. При освобождении Carré d’As один из разбойников, попытавшийся оказать вооруженное сопротивление, был убит.

Другие страны выбирают более осторожную линию поведения. Например, датские военные моряки, захватившие в море группу сомалийских пиратов, поразмыслив, отпустили их восвояси, предварительно разоружив. А британское министерство иностранных дел предостерегло моряков ВМС своей страны от попыток взять пиратов под арест. Мотив: сомалийцы, оказавшись на британской территории, могут… попросить политического убежища. В конце концов, отсидеть несколько лет в британской тюрьме и остаться на Альбионе для жителей разоренной гражданской войной страны — не самая плохая перспектива.

В международном праве нет четких норм, регламентирующих, что делать с захваченными пиратами. Пиратством считаются лишь те акты морского разбоя, которые произошли в международных водах, в территориальных водах те же самые деяния рассматриваются как «грабеж, совершенный в море», и виновные подпадают под юрисдикцию тех стран, где произошло правонарушение. Но что это означает в случае с Сомали, где фактически отсутствует судебная система, если не считать шариатских судов? Попытка передать пиратов в руки властей любой африканской страны, где действует смертная казнь, может стать поводом для просьбы о политическом убежище. В суде демократической страны, если пираты не были захвачены в момент атаки, доказать факт участия в преступном промысле будет трудно. Правовой статус арестованных пиратов может быть сродни положению исламистов, содержащихся на базе США в Гуантанамо. Ведь американские власти до сих пор не могут решить, куда деть талибов и джихадистов, завезенных сгоряча из Афганистана и прочих горячих точек…

Кто заплатит за безопасность

Многие скептически относятся к возможности национальных ВМС кардинально изменить ситуацию в Аденском заливе еще и потому, что это слишком дорого обойдется госбюджету, ведь постоянно держать в регионе крупную военно-морскую группировку — дело весьма накладное. «Если речь пойдет о том, что НАТО должна эскортировать отдельные суда, я думаю, возникнут трудности. Например, кто будет платить за это?» — заявил недавно генеральный секретарь НАТО Яап де Хооп Схеффер. С аналогичными мнениями выступают и представители коалиционной военно-морской группировки, несущей службу в Аденском заливе. Заместитель командующего силами западной коалиции в Индийском океане британский капитан Кейт Уинстенли заявил по поводу сомалийского пиратства: «Мы не являемся решением этой проблемы. Многие люди просто-таки подпрыгивают от нетерпения и кричат, что это мы должны ее решить. Однако корень этой проблемы следует искать на берегу, а наши возможности ограниченны. У коалиции здесь есть 40–50 кораблей, но мы не можем сконцентрировать их все в Аденском заливе, потому что у нас есть много других миссий». В связи с этим капитан Уинстенли посоветовал морякам обратиться к услугам частных предприятий в области безопасности.

Что, судя по всему, они уже и сделали. Недавно стало известно, что крупная американская охранная компания Blackwater снарядила и намеревается в конце года направить к берегам Сомали принадлежащее ей судно McArthur, способное перевозить вертолеты. McArthur не несет тяжелых вооружений, однако, как заявляет компания, частный охранный корабль оснащен для «поддержки процесса обучения военных и сотрудников органов правопорядка, операций с целью миротворчества и поддержания стабильности». На борту McArthur будет находиться группа из 30–40 контрактников Blackwater, имеющих при себе огнестрельное оружие.

«С нами связались судовладельцы, которые заявили, что они нуждаются в помощи по обеспечению безопасной доставки грузов», — объяснил цель направления судна в Аденский залив вице-президент Blackwater Билл Мэтьюс. McArthur может служить плавучей базой для проведения антипиратского патрулирования с использованием катеров, вертолетов и самолетов. Судно оснащено самым современным оборудованием связи и слежения, на нем имеется плавучий госпиталь. McArthur 40 лет был исследовательским судном, пока в 2003 году его не приобрела Blackwater. По имеющимся данным, компания располагает флотом из более чем 20 боевых турбовинтовых самолетов, которые используются в операциях в Колумбии и Бразилии против наркобизнеса и вооруженных повстанческих группировок.

Свои услуги по охране судов от сомалийских пиратов сегодня предлагают многие охранные предприятия. Цены на рынке зависят от квалификации охранников (они должны не только хорошо уметь стрелять, но и знать правила поведения на море, чтобы избежать нарушения международных законов) и от репутации фирмы: услуги крупных структур, таких как Blackwater, на порядок дороже, чем мелких, только что созданных фирм. По данным Lloyd’s List, средняя цена услуг — 8 тыс. фунтов стерлингов за три дня и 12 тыс. фунтов за пять дней перехода в районе Аденского залива, в течение которых судно будет сопровождать команда из трех невооруженных охранников. Расценки увеличиваются примерно вдвое, если клиент хочет, чтобы эскорт был вооружен огнестрельным оружием, однако охранные фирмы обычно не рекомендуют этот вариант. «Некоторые компании в этой сфере не разбираются в морском бизнесе, иногда судовладельцы и операторы сами не вполне ясно все представляют. Существует больший риск, что их судно будет арестовано из-за нарушения законов, чем будет атаковано пиратами», — считает Крис Остин из британской компании Maritime & Underwater Security Consultants. Компании также сдают в аренду оборудование — прибор ночного видения обойдется в 150 фунтов в день, использование системы, отслеживающей положение судна по спутнику, — в 500 фунтов в день. Все эти услуги обходятся недешево, позволить их могут лишь только крупные судовладельцы.

Тень Генри Моргана

Параллельно создается что-то типа регулярной береговой охраны на коммерческой основе. В мае этого года глава временного правительства Сомали Абдуллахи Юсуф заключил предварительное соглашение с Sicopex — компанией в области безопасности, созданной отставными высокопоставленными офицерами элитных частей французской армии и спецслужб. Предполагается, что в течение трех лет французские советники создадут в Сомали службу береговой охраны, которая будет бороться с пиратами, собирать пошлину с иностранных рыболовных траулеров, а также обучат личных телохранителей французского президента. Однако соглашение пока не вступило в силу, поскольку у Сомали нет средств на оплату услуг компании, а это от 50 млн до 100 млн евро в год. Предполагается, что создание морской охраны могут оплатить международные доноры, такие как ООН, Международная организация судоходства, Всемирный банк, правительства Франции и США. Ранее частным компаниям наладить охрану сомалийских вод не удавалось — в конце 90-х это пыталась сделать английская компания Hart, а в 2005-м — американская Topcat, которая отказалась от участия в программе, потому что Госдепартамент США счел, что это будет нарушением международного эмбарго на поставки оружия в Сомали.

По сути, частные охранные компании намерены взять на себя те же функции, которые в прошлые века выполняли корсары и приватиры — «официальные пираты», такие как знаменитый Генри Морган. С дозволения монархов корсары отлавливали на море не подконтрольные никому пиратские шайки и топили их суда. Однако многие с тревогой смотрят на перспективу появления вооруженных наемников в водах Сомалийского залива и не считают, что это решит проблему. Если Blackwater будет действовать в Сомали теми же методами, что она действовала в Ираке — все помнят печально известный расстрел мирных жителей, — она может запустить цепную реакцию насилия.

Вообще, большинство экспертов считает, что в сложившихся обстоятельствах проблема вряд ли будет решена в ближайшем будущем. «До тех пор пока Сомали остается “несостоятельным государством”, пиратство там будет продолжать процветать. Весьма возможно, что члены временного правительства Сомали получают доход от пиратства», — заявил «Эксперту» Шон Кейн, аналитик частной британской компании AKE Group, оказывающей услуги по управлению рисками клиентам, работающим в проблемных регионах мира. С ним соглашается и главный редактор «Совфрахта» Михаил Войтенко: «Все поняли, что что-то надо делать, но толком никто не понимает что, — говорит Войтенко. — Я сначала был оптимистом и думал: вот нагонят кораблей, наладят эффективное патрулирование, хотя бы очистят от пиратов залив. Сейчас я в этом очень сомневаюсь. Я вижу другую угрозу. До сих пор сомалийские пираты никогда не брали деньги за судно — выкуп выплачивался за освобождение судна и экипажа. А судно стоит ничтожно мало по сравнению с тем, что оно перевозит. Да, они захватывали суда с дорогими грузами, но они не могли их реализовать, поскольку у них нет инфраструктуры, чтобы разгрузить и сбыть, например, партию цветных металлов. Но что будет, если пираты захватят контейнеровоз, идущий в Европу, на котором четыре-пять тысяч контейнеров с товарами? Это сотни миллионов долларов. Пираты могут пригрозить утопить контейнеры, а часть — разграбить. Ведь на контейнеровозе есть все — от новогодних хлопушек до ноутбуков и мотоциклов Kawasaki. Хватит на все Сомали. Если выкуп начнут платить владельцы грузов, суммы могут быть на порядок больше. И тогда в Сомали потянутся люди посерьезнее, например, организованные группировки, состоящие из наших бандитов и бывших спецназовцев».