О промахе многоопытного человека

Александр Привалов
24 ноября 2008, 00:00

Ни друг, ни недруг не скажет, что человеку, двадцать два года руководящему Москвой, недостаёт опыта — а ведь вот, попал же впросак. Появившись на Первом канале в премьере передачи «Познер», Лужков возьми да и скажи: мол, раньше я поддерживал отмену всенародного избрания губернаторов, а теперь «был бы сторонником возвращения» её. Казалось бы, ничего страшного — ну был бы, так был бы, невинная сослагательность. Но на следующий же день президент Медведев заявил, что ныне действующая процедура «оптимальна и единственно возможна», а если каких-то глав регионов она не устраивает, то они «могут подать заявление об увольнении». Если в президентских словах и было что-либо неожиданное, то разве подчёркнуто резкий тон; смысл же его реакции мог предсказать московскому мэру самый завалящий политолог. Но Лужков, по-видимому, такой отповеди не ожидал — он моментально заявил, что «тема передачи была совсем другой» и «его высказывания были неправильно истолкованы». Так себе оправданьице. Неудобно получилось.

Не в том вопрос, зачем Лужков — вслед за другими многоопытными главами регионов Шаймиевым и Рахимовым — решил вдруг высказаться за возврат выборов. Версии на этот счёт сто раз перечислены. Вопрос, на мой взгляд, в том, почему опытнейший игрок решил, что может себе это позволить? Не может же он не знать общеизвестного — что на кризис решено ответить усилением вертикали власти, а не наоборот. Ответов может быть два. Либо столичный мэр думает, что его отставка — дело решённое и терять ему нечего (что маловероятно — такого рода слухи ходят постоянно; не первая зима на волка), либо, поверив в собственную пропаганду, искренне убеждён, что народ его не выдаст, а начальство не найдёт ему замены. Но это ошибка. Начальство может передумать в любой момент, за начальством развернутся телеканалы — и устоят ли хоть месяц остатки любви москвичей к крепкому хозяйственнику?

Ведь многие наизусть помнят, как оно бывает. Да и как не помнить — песни сложены. Только что пребывание лица X на высоком посту Y было привычно, как осенний дождь. Всё благое в зоне влияния поста Y автоматически приписывалось несравненным достоинствам лица X: «Хороша моя подруга и в постели горяча — в этом личная заслуга Леонида Ильича»; «Мы сочли и площадь круга, и поверхность кирпича — это важная заслуга Леонида Ильича»; «На краю большого луга воробей трясёт грача — эпохальная заслуга всё того же Ильича» — и так далее. Менее же счастливые обстоятельства жизни если не замалчивались, то относились на счёт немногих в мире сил, животворящим руководством лица X недостаточно охваченных. И казалось, что так будет вечно. Но в тот же момент, когда лицо X оставляло пост — чего в бренном мире всё-таки не избежать, — чёрное и белое волшебным образом менялись местами: «Но как-то в марте он немножечко того, и тут узнали мы всю правду про него». Все несчастливые обстоятельства (которых, надо же, куда больше, чем нам говорили!) суть плоды нерадения, а то и злоумышлений отставленного X, все же более или менее достохвальные результаты достигнуты, несмотря на его промахи, совершенно другими людьми. Вот они, вот они эти люди — сплотились вокруг кресла Y, на котором сидит уже совсем не X.

Исключения не будет и тут — как только уход московского мэра станет решённым делом, агитпроп развернётся с исправностью хорошо смазанного флюгера, и многое из того, что сегодня подаётся к вящей славе несменяемого градоначальника, обернётся в хулу. Да вот, далеко не ходить: в том же злосчастном для себя телеинтервью Лужков задорно говорил и про строительство Четвёртого транспортного кольца. Если помните, весной стало известно о намерении московского правительства заплатить за строительство небольшого участка этой дороги по семьсот с лишним миллионов долларов за километр — немногим дешевле, чем обходилось строительство километра Большого адронного коллайдера. Тогда пресса подняла изрядный шум, но мэрия ничуть не смутилась — и сейчас Лужков объясняет почему. Виноват не он, а сдуру не послушавшаяся его федеральная власть: «Если бы государство не отменило Дорожный фонд, то стоимость Четвертого кольца была бы в 6–8 раз дешевле, если бы мы строили в то время». И сегодня интервьюер не указывает ему даже на то, что и в 6–8 раз дешевле — тем более «в то время» — всё равно дороговато. Но в первые же месяцы после прихода на Тверскую, 13 следующего мэра выяснится, что не в утрате Дорожного фонда беда, а в таких-то и таких-то извивах московских денежных потоков — и как тогда переменится тон разговора о семистах миллионах? «Воображайте, воля ваша! Я не намерен вам помочь».

А ведь какие-то извивы новым столичным начальством непременно будут обнародованы: хоть вообще-то у нас и чужие скелеты из шкафов доставать не принято, но новому мэру придётся это сделать, чтобы не налететь на похмелье в чужом пиру. Ведь полезет из всех щелей. На днях на сайте liberty.ru дали подборку высказываний о московских делах московских же чиновников: и про преддверие транспортного коллапса, и про состояние московских водоёмов, и про здоровье московских детей, и про грядущий рост безработицы — жуть же с ружьём. Сегодня подобные разговоры большей частью носят характер «у нас ещё есть резервы для дальнейшего повышения эффективности» и как бы лишь оттеняют величие лучшего мэра всех времён и народов, но после они зазвучат иначе. А поскольку тогда заговорят не только чиновники, мы услышим и многое другое. И про излюбленную манеру московских памятников архитектуры сгорать во время (или вместо) реставрации, удачно высвобождая площадку для очередного торгово-развлекательного центра. И про то, что больше трети территории Москвы из-за протекающих труб подтоплено и уровень грунтовых вод поднимается ежегодно на 3–6 см — да мало ли про что ещё. Так что, если новый мэр не захочет принять всё это на себя — а он, конечно, не захочет, — он будет просто вынужден публично назвать виновным кого-то другого…

Нет, зря опытный градоначальник так разговорился на Первом канале. Хотя никаких особых неприятностей ему эта история не принесла — даже на съезде ЕР из генерального совета партии не вывели. Пока.