Свои, но чужие

24 ноября 2008, 00:00

Вышла в прокат новая лента Юрия Грымова «Чужие» — антиамериканское высказывание, сделанное в нелучших американских традициях.

Чуть больше года назад Грымова арестовали в каирском аэропорту — он летел снимать фильм «Чужие» о русском оружии и американской демократии на Ближнем Востоке и взял с собой слишком натурально выглядящий реквизит: бомбы, мины, АК-47.

Чуть больше месяца назад прошла информация о том, что сама Кондолиза Райс не рекомендовала отснятый материал к показу на американских экранах. Затем последовали полуофициальные опровержения, из которых следовало, что госпожа госсекретарь едва ли представляла, о чем вообще речь, и уж точно не слышала ни имени режиссера, ни названия его произведения. Затем по всей Москве повисли билборды с американской актрисой Скарлетт Макалистер на фоне бескрайних песчаных барханов, стилизованной арабской вязью и надписью «Ты сыта и неопасна» — если вы не видели этой рекламы, значит, вы просто не выходите из дома. Известный прежде всего как выдающийся рекламист, Юрий Грымов даже выход собственного фильма обставил по всем правилам своей первой профессии — «вирусная» псевдоутечка и затем агрессивная наружка.

В дрожащем от зноя пустынном воздухе над дорогой материализуется пара джипов — это американские врачи из гуманитарной миссии направляются на некую абстрактную исламскую территорию с большим запасом разного рода вакцин и с добрыми намерениями. У границы их встречает и разворачивает восвояси русский саперный патруль (командует им герой Алексея Полуяна), однако после нехитрого трюка американцам удается достичь места назначения. Никакой культурной полифонии, правда, не выходит — ее единственным символом здесь работает гиперобщительный мальчик, получающий за свои коммуникативные навыки сначала чупа-чупс от чадолюбивых врачей, а потом, уже вне кадра, — хороших пенделей от старших друзей за отказ поделиться. Не случается ее и тогда, когда к нечаянно раненому американскому эскулапу приводят на помощь его русского коллегу (Виктор Бычков): по косвенным признакам мы понимаем, что нашего несчастного соотечественника здесь держат в яме со времен афганской войны. Остальные сюжетные перипетии излагать не имеет смысла — количеству мелких, но важных сюжетных поворотов в этом фильме позавидует любой сериал.

Для автора телевизионного «Казуса Кукоцкого» и полнометражных «Му-му» и «Коллекционера» вопрос о его принадлежности к кинорежиссерскому цеху, кажется, до сих пор не только открыт, но и болезненно акцентирован. Многостаночник популярных визуальных искусств, Юрий Грымов недостаточно предан важнейшему из них — по нигде не высказанному, но подразумевающемуся общему кулуарному мнению киносообщества. Понятно, что вряд ли найдется хотя бы один человек с настолько железной психикой, чтобы невозмутимо терпеть статус чужого и отрицательный баланс кредита доверия со стороны коллег на протяжении более чем десяти лет, прошедших со времени его дебюта. И, быть может, поэтому у автора «Чужих» на сей раз получилось то, что получилось.

Беда профессионально снятого и немалобюджетного фильма «Чужие» как раз в том, что он снят круто и дорого — и на этом, кажется, его достоинства заканчиваются. Грымов говорил, что хотел снять «зрительское кино» — и справился с задачей на двести процентов. В своих ярких красках, эффектных ракурсах, элементарных метафорах этот фильм апеллирует напрямую к зрителю, демонстративно не замечая ни киноконтекста, ни кинопроцесса; нет даже обязательной при таком названии отсылки к «Чужому» Ридли Скотта. Грымов с упорством отличника пропагандирует свою картину мира: лечат и защищают этот мир русские, вторгаются — на медицинских джипах ли, на танках — американцы, а арабов с их опорой на тысячелетнюю традицию и особенным мироустройством лучше не трогать и по возможности уважать. Однако сумма наивности и труда не дает на выходе того легкого, но поставленного режиссерского дыхания, которое отличает фильм от рекламного ролика.

Есть еще один забавный момент: при всем остром заявленном желании отрефлексировать и посыпать дустом американскую политическую идеологию учившийся на западных образцах Грымов с удивительной наивностью заглотил крючок идеологии кинематографической. В Америке есть целая индустрия подобного рода кино — однозначного, проводящего прямую как стрела патриотическую линию, под героический саундтрек представляющего в единственно правильном свете бомбардировки хоть Белграда, хоть Кандагара. У этой отрасли есть свои кабельные каналы, а лучшие образцы жанра в День ветеранов показывают на эфирных. Так вот, ровно по тому же формальному лекалу штатовского воен-ТВ сделаны «Чужие» — до невозможности ясное кино о том, кто свой, а кто не очень. Отличие лишь в том, что у американцев в таких фильмах их соотечественники всегда победители, а у Грымова русские — с поправкой на разницу культурных доминант — охранители. Родись Грымов не в России, а в Америке, он мог бы всего лишь подставить в это трехчастное уравнение другие переменные — и получилось бы кино, например, о том, как имперская Россия несет мир на суверенный Кавказ на кончике кирзача. А вот снимать его можно было бы точно так же — без авторского отстранения, без ненужных обобщений, для всегда широкого круга членов патриотического киноклуба.

На встрече с журналистами Грымов сетовал на недостаток «актуального кино» (видимо, на фоне засилья экранизаций, мюзиклов и фэнтези с боевиками) и даже говорил о желании учредить студию, которая способствовала бы режиссерам в деле отображения злобы дня на целлулоидной ленте. Однако если автор «Чужих» и вздумал соревноваться в этом, скажем, с газетной страницей, то явственно проиграл. Слоган «Ты сыта и неопасна» по отношению к Америке в свете охватившей ее экономической депрессии звучит уже просто издевательски, а припасенная на самый финал цитата из президента Буша лишь постфактум напоминает виртуальному американскому избирателю, что на сей раз он сделал правильный выбор.