Индустриальные флюсы

Влас Рязанов
кандидат географических наук
8 декабря 2008, 00:00

О рисках текущего индустриального развития области рассказывает доцент географического факультета МГУ им. М. В. Ломоносова, специалист по географии промышленности и автор серии работ по проблемам развития Московского региона Владимир Горлов

— Сейчас промышленность Московской области все еще советская?

— Уже постсоветская, рыночная. Она села исключительно на рынок сбыта, на Москву. Это касается кондитерской, ликеро-водочной отраслей. Область, которая никогда не имела крупных водочных заводов, сейчас на первом месте по выпуску этой продукции. «Вспухли» мебельное производство и выпуск стройматериалов. Новая промышленность очень интересная, и под маркой Москвы ее продукция идет аж до Сахалина.

— Исторически область — это вотчина наукоемкой промышленности, надолго ли сюда пришел выпуск ширпотреба?

— Пищевка и производство стройматериалов сели прочно и надолго. С тем же автопромом все сложнее. Вот Калуга — весьма неглупое место для автосборки. А, к примеру, в Санкт-Петербурге, где острейший дефицит рабочей силы, размещать автосборку недальновидно. Но это делают, не понимая, с чем придется столкнуться потом. Там последние кадры будут высосаны из электротехнической промышленности. А кто будет делать энергетическое оборудование? Кто будет собирать корабли? В Московской области проблемы похожие, поэтому самые умные инвесторы сюда не идут, зная, что это аукнется, да и властям лучше не делать ставку на такие проекты.

— У властей должны, наверное, быть некие критерии, кому и где давать режим максимального благоприятствования, а кому, наоборот, затруднять приход в регион?

— Я не уверен, что такие критерии выработаны. В Московской области есть прецеденты, когда иностранные компании размещали экологически вредные производства. Например, производство стекла в Клину, где используются опасные реагенты. Хотя район в области курортный, местные власти пошли на выделение земли. Надо каждый раз, когда появляется новый инвестор, иметь некий набор критериев, причем критериев районированных, надо понимать, что область очень разная, очень контрастная. На юго-востоке есть места, где можно посадить вредные производства, где шесть человек на квадратный километр плотность населения. Это экономическая пустыня. Хочешь строить опасный завод — иди туда.

— В ходе «переиндустриализации» в область затягивается все большее количество неквалифицированной рабочей силы, зачастую полулегальной. Очевидно, что это приведет к определенным социальным эффектам.

— Да, но это будет через десять-пятнадцать лет, никто сейчас не считает такими сроками. Чиновники, оперируя двадцатилетними программами, прекрасно понимают, что в лучшем случае через десять лет они уйдут либо на пенсию, либо в бизнес, что будет дальше, им малоинтересно.

— Если в области есть потребность в стратегическом управлении, в зонировании территории, то, может быть, нужен генплан развития Подмосковья?

— Сейчас он декларируется как существующий. Но проблема в том, что эти планы и стратегии и в советское время не были законом, обязательным для исполнения. Сегодня это вообще некий набор благих и не очень пожеланий. Потому что под него не прописана нормативная база, ничто не обязывает к выполнению.

— А дороги? Поскольку транспортные магистрали находятся в ведении федеральных властей, может, им и нужно решать эти проблемы, это не дело регионов?

— Это позиция перекладывания ответственности. Да, есть федеральные трассы, но есть и территория вдоль них. Кто должен думать о ее развитии? Это же идеальное место для малого и среднего бизнеса — не только АЗС, но и мотелей, торговли, питания, мелкого ремонта. Обустраивать эту территорию должна область.

— Может, транспортные проблемы — это следствие сверхцентрализации сети, дефицита нормальных хордовых магистралей в области?

— Хордовые дороги больше нужны Москве, чтобы ее объезжали. Но этого не будет до тех пор, пока из Москвы не выведут таможни. Выведите таможни за большое железнодорожное кольцо, и вы сразу пустите в обход колоссальное количество фур, которые, как слоны, лезут в Москву, а потом из Москвы. Это вещи самоочевидные, они специалистам-то все известные, но таможенники костьми ложатся, чтобы остаться в городе.

— В свое время была идея создания технопарков на базе некоторых промышленных городов области, куда бы переносилось наукоемкое производство из Москвы на подготовленную инфраструктуру и кадровую базу.

— На севере Москвы был Лианозовский электромеханический завод, его основное производство перенесли в поселок Лоза Сергиево-Посадского района, где был завод приборных подшипников — подшипники под гиродины и гироскопы. Результат этого опыта мне неизвестен. Ну освободилась земля в Москве, это понятно. А вот сохранилось ли это производство? Если в поселке Лоза увеличилась загрузка местного предприятия или появились новые кадры за счет местных — эффект есть. А если просто здесь закрыли, а там ничего не открыли — это не вынос, это ликвидация.

— А сама идея создания высокотехнологичных индустриальных парков жизнеспособна?

— Это должны быть конкретные, хорошо обоснованные проекты. Сегодня у нас в технопарк влезают в основном, чтобы уйти от налогообложения. И когда смотришь потом, что технопарк производит, выясняется, что два-три предприятия наукоемких, а остальные бог знает что делают. Сейчас есть технопарк в Дубне, достаточно энергичный и продвинутый. Любопытно посмотреть, что получится из этой затеи.

— Государство может дать этот инновационный импульс промышленности Московской области?

— Да, если оно декларирует подъем обороноспособности, если действительно начнет перестраивать армию под новые типы вооружения. В Московской области множество очень важных, уникальных приборостроительных, агрегатных заводов. Скажем, «Респиратор» орехово-зуевский, который производит системы регенерации воздуха. Раменский приборостроительный завод, Солнечногорский, «Энергомаш», Балашихинский литейно-механический завод, Ступинский завод — все это стратегические заводы. Либо мы их поддерживаем, либо уже сегодня ищем им замену.

— А что от них останется лет через десять? Будут ли они вообще?

— Мне хотелось бы, чтобы в Московской области сохранилось наукоемкое производство. Мне очень хотелось бы так — как специалисту, который всю жизнь занимается Московской областью.