Туфелька без Золушки

Плановая девальвация дала фору сырьевикам и металлургам, предоставила шанс даже обувщикам. Но реального импульса импортзамещение не получило. Более того, удешевление российских активов уже вызывает повышенный интерес европейских конкурентов, рассматривающих экспансию на наш рынок как средство преодоления кризиса

Уже три недели на российском валютном рынке царит эйфория. Рубль впервые за многие месяцы прекратил падение и отвоевал у доллара более 7%, а некоторый подъем на сырьевых рынках вселяет осторожный оптимизм. Вот и первый вице-премьер Игорь Шувалов объявил 13 марта об окончании плановой девальвации — на 40% к бивалютной корзине начиная с октября.

С учетом внепланового падения с середины июля и до начала мартовского роста рубль обесценился к доллару США на 56% — с 23,12 рубля за доллар на 16 июля до 36,22. Примерять рубль только к доллару, конечно, не вполне корректно. Но это позволяет сравнивать уровень девальвации нашей валюты с падением других валют, содержание валютных корзин которых не всегда известно. В период с мая прошлого года по конец февраля рубль оказывается лидером падения. Возможно, лидером не абсолютным — многие валюты начали девальвироваться гораздо раньше и к весне часть дороги вниз уже преодолели. Но в любом случае рубль входит в пятерку наиболее подешевевших валют, и риск возобновления падения сохраняется.

Столь масштабная девальвация должна оказать положительный эффект на российских производителей — и на экспортеров, и на компании, ориентированные на внутренний спрос. Многие сектора этот эффект уже ощущают, но на сей раз выгоды от девальвации будут несопоставимо меньше, чем после 1998 года. И не только потому, что нынешняя девальвация более ограниченная, но и потому, что сегодня российский рынок привлекает гораздо большее внимание иностранных компаний. В 1998–1999 годах многие иностранцы готовы были поставить крест на своих российских операциях, многие в отчаянии уходили. Сегодня все иначе.

Падение рубля выбивает с отечественного рынка лишь компании с низким запасом рентабельности, прежде всего китайских производителей. Более устойчивые европейские компании не только не собираются уходить из России, но, напротив, готовятся к расширению операций, пользуясь тем, что из-за падения рубля это стало дешевле. Если в 1998–1999 годах западные рынки росли и российский рынок выглядел непривлекательно, то теперь положение иное. Потенциал у нашего рынка по-прежнему велик, тогда как рынки развитых стран вступили в продолжительный период стагнации. Так что российским производителям стоит готовиться к обострению конкуренции с иностранцами.

Факторы против рубля

«Если сравнивать нас с развивающимися странами, то понятно, что Россия пострадала больше других из-за зависимости от нефти. Если сравнивать с нефтяными странами, такими как Норвегия, то среди них мы самая неэффективная по части трансформации нефтяных доходов страна, — объясняет главный экономист Альфа-банка Наталья Орлова. — Это фундаментальные факторы. Есть и управленческий. Девальвация у нас, по сути, была профинансирована ЦБ. В октябре-декабре он вливал банкам большой объем ликвидности, которая уже не была востребована падающей экономикой и прямиком направлялась на валютный рынок».

Иллюзий относительно того, что рубль окончательно прекратил дешеветь, никто из игроков рынка не испытывает.

У партнеров

    «Эксперт»
    №12 (651) 30 марта 2009
    Эффект девальвации
    Содержание:
    Туфелька без Золушки

    Плановая девальвация дала фору сырьевикам и металлургам, предоставила шанс даже обувщикам. Но реального импульса импортзамещение не получило. Более того, удешевление российских активов уже вызывает повышенный интерес европейских конкурентов, рассматривающих экспансию на наш рынок как средство преодоления кризиса

    Спецвыпуск
    Спецвыпуск
    Спецвыпуск
    Обзор почты
    Международный бизнес
    Экономика и финансы
    На улице Правды
    Реклама