Банкротство - процедура сложная

28 сентября 2009, 00:00

Экономически она малоэффективна, по времени затянута. Известен пример, когда обращение в суд состоялось в январе текущего года, но до сих пор не проведено даже первое собрание кредиторов, где по закону принимается кардинальное решение, какой именно способ банкротства применить к конкретному должнику.

Закон предлагает достаточно широкий выбор таких способов. Универсальная процедура, которая может быть совершена на любой стадии банкротства — как досудебной, так и судебной, — мировое соглашение. По данным ВАС, в первом полугодии 2009 года мировым соглашением было завершено 23 645 дел о банкротстве.

Из досудебных мероприятий закон предлагает санацию. Но это скорее теоретическая возможность, ведь если собственник в состоянии оздоровить свой бизнес без внешнего вмешательства, он и без предписания закона будет к этому стремиться.

Следующая процедура, уже судебная, — наблюдение. Оно длится до первого собрания кредиторов и нацелено на то, чтобы оценить финансовое состояние должника, а также не позволить ему вывести активы. Наблюдающим является назначенный судом арбитражный управляющий.

Дальше, в зависимости от решения собрания кредиторов, могут следовать процедуры финансового оздоровления, внешнего управления либо конкурсного производства. Выбором кредиторов руководит исключительно экономическая мотивация: им следует понять, являются ли трудности конкретного предприятия временными и конъюнктурными, способен ли данный бизнес выжить в принципе, будет ли востребована и конкурентна его продукция после оздоровления. Если ответ на эти вопросы положительный, можно приступать к финансовому оздоровлению. Оно подразумевает, как правило, вливание в компанию денег, возможно, отчуждение каких-то непрофильных бизнесов, реструктуризацию производства. Одновременно составляется график погашения обязательств должника перед кредиторами. По данным ВАС, в первом полугодии нынешнего года процедура финансового оздоровления была выбрана лишь в двадцати пяти случаях (на 19,4% меньше, чем в первом полугодии 2008 го­да), из которых удачно завершились всего два, в связи с погашением задолженности.

Если кредиторы приходят к выводу, что бизнес выжить может, а вот менеджмент компании никуда не годится, то назначается процедура внешнего управления. В текущем году метод внешнего управления по отношению к должникам кредиторы выбрали 395 раз (на 14,9% меньше, чем годом ранее), при этом только в шести случаях платежеспособность должника была восстановлена.

Если же кредиторы считают, что бизнес должника не имеет перспектив, тогда запускается процедура конкурсного производства, в ходе которой распродается то, за что еще можно получить какие-то деньги, которые потом и распределяются между кредиторами пропорционально удельному весу обязательств должника. На открытии конкурсного производства кредиторы в этом году настаивали на 16,7% чаще, чем годом раньше. Таким образом, в кризис кредиторы предпочитают радикальные процедуры, что, впрочем, неудивительно. Тем более что на стадии конкурсного производства в помощь кредиторам закон предлагает один серьезный инструмент — механизм оспаривания сделок должника (глава 3.1, вписанная в апреле этого года). С его помощью можно вернуть в конкурсную массу активы, которые должник попытался вывести, а в зависимости от вида обоснования — оспорить практически любую сделку, совершенную от года до трех лет назад. Правда, при этом потерпевшей стороной может оказаться добросовестный приобретатель актива, о нем законодатели не подумали.

После недавних «улучшений» Закона о банкротстве появилась и новая проблема. По идее, закон лучше защищает права держателей залогов, чем права других кредиторов. Однако в декабре прошлого года в него были внесены поправки (ст. 138), в соответствии с которыми в пользу залогодержателей направляется лишь 70% от стоимости продажи залога; еще 20% поступают в общую конкурсную массу, а 10% — на погашение судебных расходов и выплаты управляющему. Кроме того, механизм оспаривания сделок позволяет оспорить реализацию залога в досудебном порядке на том основании, что таким образом нарушены права других кредиторов. То есть якобы защитные механизмы на деле могут сработать и против кредиторов.