Розыгрыш вертикали

Максим Агарков
5 октября 2009, 00:00

Игорный бизнес возвращается в российские города. Это свидетельство очень плохой управляемости государственного аппарата

В прошлом номере «Эксперт» предположил, что мэр Москвы Юрий Лужков не допустит возвращения игорного бизнеса в столицу во время предвыборной кампании (см. «Они возвращаются», «Эксперт» № 37 за 2009 год). Это стало бы слишком сильным ударом по репутации самого мэра и той партии, которую он ведет на выборы в Мосгордуму. Но мы ошиблись. В Москве уже работает по меньшей мере девять залов игровых автоматов, все расположены в людных местах и рассчитаны на массового клиента. И не только в Москве. В Тольятти, например, есть зал игровых автоматов в ста метрах от мэрии. Напомним, что с 1 июля этого года игорные заведения могут существовать легально лишь в четырех специально отведенных зонах в Приморском и Алтайском краях, Калининградской области, а также на границе Краснодарского края и Ростовской области.

Местные чиновники, что вполне естественно, прекрасно знают об игорных заведениях, «приютившихся» на подконтрольной территории. Дамы, работающие в префектуре одного из столичных округов, говорят, что только в Восточном административном округе Москвы имеется несколько таких залов. Оправдывая существование незаконных игорных заведений, столичные чиновницы упоминали о каком-то таинственном распоряжении правительства Москвы, якобы дающем лазейку для установки «одноруких бандитов». Тут же, впрочем, признаваясь, что самого этого документа в глаза не видели. На сайте правительства Москвы такого распоряжения «Эксперту» найти не удалось.

Справедливости ради нужно отметить, что ловить нарушителей закона не входит в обязанность сотрудниц префектуры — это дело милиции. Трудно поверить, что стражи порядка ничего не подозревают о происходящем на подведомственной территории. Впрочем, милицейская «неэффективность» вполне укладывается в законы экономического развития.

«Экономика» игорного заведения позволяет предприятию функционировать практически безболезненно. По отзывам бывшего менеджера игрового зала сети «Золотой арбуз» Дениса Саломатина, средняя выручка зала на сто игровых автоматов составляет примерно 1 млн рублей в день. Стоимость самого автомата — от 5 до 15 тыс. рублей. Нехитрый подсчет показывает, что проработавшее всего месяц заведение даже в случае конфискации оборудования получит не менее 28 млн рублей дохода (полмиллиона — это аренда и зарплата сотрудников). Наверное, для того, чтобы подсчитать чистую прибыль, нужно еще отнять суммы, потраченные на благосклонность местных властей. Но даже учитывая накладные расходы, экономическая эффективность зала игровых автоматов вполне сопоставима с продажей оружия и наркотиков при несравнимо меньшей ответственности.

По официальным данным, за июль-август этого года правоохранители закрыли 1024 подпольных зала игровых автоматов, возбудив при этом 300 уголовных дел. Правда, из этих трех сотен до суда дойдет едва ли десятая часть, остальные так и останутся «висяками». По сути, хозяевам игорных заведений практически ничего не грозит. Владельцу можно инкриминировать лишь незаконное предпринимательство (ст. 171 УК РФ) и, возможно, уклонsение от уплаты налогов (ст. 198 или 199 УК РФ). Впрочем, последнее доказать даже сложнее, чем фактическую принадлежность игорного бизнеса.

Зал игровых автоматов, как правило, юридически либо совсем не оформлен, либо оформлен на подставных лиц. Для того чтобы найти, а главное — доказать, что фактическим владельцем является конкретный человек, нужно потратить много сил и времени. Поэтому обычно фигурантами уголовных дел становятся наемные работники, принимающие деньги от игроков.

Борьба с игорным бизнесом три года назад стала чуть ли не очередным нацпроектом. Владимир Путин в 2006 году внес в Госдуму очень жесткий законопроект, который практически ликвидировал игорный бизнес во всей стране, кроме четырех отведенных для этого зон. Закон был быстро и единодушно поддержан депутатами и сенаторами. Представители игорного бизнеса долго возмущались, но из четырех зон ни одну так и не удалось оборудовать, а на Дальнем Востоке и в Калининграде не определили даже границы зон. Никто из политиков вслух с решением Путина не спорил. Тем более что к 2006 году залов игровых автоматов в российских городах стало едва ли не больше, чем булочных, истории о проигравшихся в прах простых гражданах распространились не хуже анекдотов про Штирлица, и все это сильно раздражало публику. Как выясняется сейчас, жесткость закона компенсируется жадностью и неуправляемостью государственного аппарата.