Делать, а не ждать

21 декабря 2009, 00:00

Красноярский край наращивает темпы развития экономики путем осуществления масштабных инвестиционных проектов. Единственный беспокоящий красноярцев вопрос — сколь долго банковская система страны будет проявлять инертность. Интервью с губернатором Александром Хлопониным

— С наступлением кризиса Красноярский край одним из первых начал принимать меры по поддержке предприятий. Каков результат? Какие коррективы пришлось внести?

— Самыми эффективными стали те меры, которые направлены на поддержку конкретных отраслей. Наиболее характерный пример — лесная отрасль края. Думаю, что без принятых мер большая часть предприятий лесного комплекса уже не работала бы сегодня. И это создало бы не только экономические, но и огромные социальные проблемы, поскольку для сотен таежных поселков именно лесные предприятия являются градообразующими. Федеральные антикризисные программы, в которые мы тоже вошли, дали дополнительный эффект, особенно программа снижения напряженности на рынке труда. Край стал одним из первых регионов, который смог программу защитить и получить финансирование. По нашим лекалам были сделаны программы во многих регионах страны.

По ряду направлений пришлось вносить коррективы на ходу, потому что первоначальной редакцией законов никто не воспользовался. Это касается краевых законов об образовательных кредитах, о субсидиях на оплату ЖКХ, связанных с потерей работы. Со второго полугодия эффективность этих мер мы уже ощутили.

Я думаю, наш опыт говорит о том, что можно лечить не только симптомы, но и саму болезнь. Вот отраслевая поддержка экономики — это лечение болезни. А борьба с безработицей — это уже борьба с симптомами. Важно и то и другое.

— Красноярский край имеет один из самых больших в России объемов социальных гарантий. Они оказались тяжелой ношей для бюджета 2009 года, но у региона была подушка безопасности, сформированная в предыдущие годы. Пересматриваются ли социальные обязательства краевого консолидированного бюджета на 2010 год и какова его структура?

— Доля социальных расходов в процентном отношении даже выросла. Мы сохранили все ключевые социальные проекты. Естественно, в условиях, когда треть доходов выпала, пришлось делать больший акцент на адресность социальной помощи, ужесточать условия ее получения. Если этого не сделать, поддержку не получат именно те, кто в ней больше всего нуждается.

— Начало года было ознаменовано сокращением инвестиционных проектов. Даже проект развития зоны Нижнего Приангарья оказался под угрозой. Что позволило сохранить этот и другие инвестиционные проекты?

— Не совсем согласен, что этот проект оказался под угрозой, просто в какой-то момент у части инвесторов возникли сложности. Потом все пришло в норму. Проект развития Нижнего Приангарья очень качественно проработан. Таких проектов на российском уровне единицы. И если уж мы решили выходить из кризиса, а не ждать, пока нас оттуда конъюнктура цен вытащит, надо выходить с чем-то. Понимание этого в правительстве России было и есть.

— Пересмотрены ли каким-либо образом условия сотрудничества государства и частных инвесторов при реализации проектов?

— Принцип партнерства остается неизменным: государство берет на себя создание инфраструктуры, частный бизнес — создание и запуск предприятий. Другое дело, что во всем мире во время кризиса влияние государства на экономику выросло значительно. Причем для государства это создает не столько новые возможности, сколько более высокую меру ответственности. Это касается точного выбора приоритетов и создания для бизнеса дополнительных мотиваций, ориентированных на эти приоритеты. Скажем, пакет краевых мер поддержки предприятий на 2010 год одним из важных условий ставит необходимость планов модернизации. Основную задачу мы видим уже не в том, чтобы помочь бизнесу восполнить оборотные средства, а в том, чтобы создать условия для развития. В некотором смысле даже заставить наши предприятия развиваться.

Основную задачу мы видим не в том, чтобы помочь бизнесу восполнить оборотные средства, а в том, чтобы создать условия для развития

— Крупные инвестиционные проекты Красноярского края в основном связаны с сырьевым сектором экономики. Предполагается ли развитие отраслей по глубокой переработке сырья?

— Совершенно очевидно, что эта задача — одна из ключевых для региона. Мы очень активно работаем в этом направлении со всеми нашими партнерами, занимающимися добычей ресурсов. Каждый год на Красноярском экономическом форуме появляются новые проекты в области глубокой переработки. «Роснефть» планирует в следующем году увеличить выпуск высокооктановых бензинов на Ачинском НПЗ, в лесной отрасли постоянно заявляются новые проекты, в которых высока доля добавленной стоимости. Очень большие перспективы вижу в области нефтехимии и газохимии.

Еще более важная тема — внутрикраевая кооперация. У нас сегодня «Норильский никель» и «Роснефть» 95 процентов оборудования, необходимого для работы, закупают за пределами края. Можем ли мы производить это оборудование на наших предприятиях? Да, можем, но это предполагает покупку лицензий, покупку технологий, НИОКР — модернизацию, одним словом, о чем я уже говорил.

— Какие преимущества территории могли бы быть использованы при формировании инновационного сектора краевой экономики?

— Есть огромный неудовлетворенный спрос на средства производства. На все, начиная от запчастей к насосам, используемым нефтяниками, заканчивая котельными с высоким КПД для модернизации ЖКХ. Не каждому региону так повезло.

Следующее преимущество — наличие в крае уже существующих высокотехнологичных производств. Это предприятия, работающие с ядерными технологиями, выпускающие продукцию для космической отрасли.

Образование и науку не могу пока назвать уже сложившимся нашим конкурентным преимуществом. Но именно эта сфера в течение последних лет находится в центре самого пристального внимания и даже первостепенной опеки со стороны руководства края. Главная наша задача — создать на базе Сибирского федерального университета и группы предприятий Сибирского научного центра современный научно-образовательный комплекс. По этому поводу у краевых элит, общественности и бизнеса есть абсолютный консенсус.

Этот приоритет имеет и убедительные статистические характеристики. Если несколько лет назад крупнейшим по численности предприятием края был Заполярный филиал «Норильского никеля», то сегодня самым большим стал именно Сибирский федеральный университет. В СФУ работает и учится около шестидесяти тысяч человек.

— В феврале состоится Седьмой Красноярский экономический форум. Какие темы представляются сегодня, на выходе из кризиса, наиболее актуальными?

— «Красноярский формат» — это в некотором смысле уже явление, которое прежде всего предполагает свободу в выборе тем для обсуждения и активное участие в этом процессе самих гостей форума. Сейчас мы активно консультируемся с экспертами и бизнесменами, которые приезжают на форум из года в год, вместе с ними ищем самые интересные и актуальные темы для обсуждения.

В целом же на форуме мы будем говорить о том, как обеспечить новое качество экономики на выходе из кризиса и кто будет целенаправленно над этим работать. Нас интересуют люди, идеи и проекты для реализации новой экономической повестки, озвученной в последних выступлениях руководства страны.

Что касается интересов Красноярского края на форуме, то главный вопрос, который сегодня всех заботит, — сохранится ли инертность банковской системы и если да, то как долго. Экономике необходимы длинные дешевые деньги, мы только подходим к настройке механизмов их получения в новых условиях. И отсюда вытекают другие вопросы. Возможны ли в этих условиях долгосрочные инвестиционные проекты? И если да, то кто их должен финансировать и в чем заключаются интересы сторон.