Приобрести месячную подписку всего за 350 рублей
Самое интересное за месяц с комментариями шеф-редактора. То, что нельзя пропустить!

Создавая Германию

2009

Модернизация западногерманской экономики не только обеспечила успешное развитие ФРГ, но и предопределила воссоединение Германии. Послевоенный взлет Западной Германии стал возможен благодаря смелости боннских политиков, деньгам американцев и бегству немецких предпринимателей с востока страны

Утром 21 июня 1948 года разгневанный военный губернатор американской оккупационной зоны генерал Люций Клей вызвал к себе в кабинет директора экономического управления объединенной торговой зоны (американская и британская оккупационные зоны) Людвига Эрхарда. Днем ранее Эрхард, не поставив Клея в известность, объявил о начале денежной реформы и об отмене карточной системы и регулирования цен.

Американский генерал хотел выяснить, почему нахальный немец изменяет предписания оккупационной администрации без консультации с Клеем. «Я не изменил предписания, я их отменил», — ответил, согласно канонической версии немецкой истории, Эрхард. «Но все мои советники против ваших действий», — не унимался генерал. «Мои — тоже», — якобы ответил ему будущий министр экономики и канцлер ФРГ.

Радикальное решение Эрхарда стало первым шагом к стремительной модернизации западногерманской экономики. Уже спустя год экономика страны начала показывать невиданный рост, а через полтора десятка лет послевоенное десятилетие стали называть не иначе как немецким экономическим чудом. Невиданный подъем ФРГ был бы невозможен без смелых модернизационных решений и продуманной политики стимулирования национальной экономики.

Новый рынок труда

Денежная реформа Эрхарда стала первым шагом к созданию эффективной и современной экономики. Главной целью реформы было радикальное сокращение денежной массы и перераспределение денежных потоков из потребления в производство. Предложенная система обмена трансформировала старые марки в новые по курсу от 10:1 до 100:6,5 (для разных типов накоплений). В конечном итоге объем денежной массы в стране сократился на 93,5%. Одновременно отпускались цены на товары (кроме угля, топлива и стали) и отменялись карточки.

Новая валюта оказалась на редкость стабильной, но экономика вошла в фазу стагнации. Уже к 1950 году в ФРГ была зарегистрирована дефляция — при одновременно высоком уровне безработицы. Немецкий минфин заговорил о необходимости борьбы с дефляцией и о программе стимулирования конъюнктуры. В начале 1950 года министр финансов Фриц Шеффер заявил: «Федеральное правительство прекрасно понимает, что оно должно идти вперед, следя за тем, чтобы не упасть в бездну дефляции. Мы помним и время, из которого родились Гитлер и его движение. Мы должны делать все, чтобы сохранить экономическое здоровье немецкого народа. Мы должны заботиться о том, чтобы заводы работали и чтобы немецкие рабочие сохраняли свои рабочие места и справедливую зарплату».

От идеи введения контролируемых цен на ряд товаров было решено отказаться — вместо этого министр экономики Людвиг Эрхард неоднократно обращался в интервью к немецким домохозяй- кам с требованием объявить бойкот товарам, продаваемым по завышенным ценам germania1.jpg  Russian Look
От идеи введения контролируемых цен на ряд товаров было решено отказаться — вместо этого министр экономики Людвиг Эрхард неоднократно обращался в интервью к немецким домохозяй- кам с требованием объявить бойкот товарам, продаваемым по завышенным ценам
Russian Look

В рамках схемы, разработанной министерством финансов, 9 февраля 1950  года канцлер ФРГ Конрад Аденауэр представил парламентариям программу стимулирования экономики и создания дополнительных рабочих мест. Программа предусматривала стимулирование экономики субсидиями в объеме 0,95 млрд марок и должна была дополнить уже начатую программу строительства жилья (инвестиции 2,5 млрд марок) и субсидий, осуществлявшиеся в рамках «плана Маршалла» (подробнее о немецкой государственной политике реконструкции жилого фонда см. «Как они обустроили Германию», «Эксперт» № 4 за 2007 год).

Представители социал-демократов были недовольны излишне либеральным подходом властей к экономической политике. Председатель социал-демократической партии Германии Курт Шумахер называл экономические реформы «огромным пропагандистским воздушным шаром, надутым предпринимателями с помощью выхлопных газов либерализма». Но попытка профсоюзов вывести рабочих Германии на всеобщую стачку не увенчалась успехом.

Между тем покупательная способность росла быстрее, чем уровень цен. Имея крайне длинную рабочую неделю (до 48 часов, включая работу по субботам), немецкие граждане становились все более зажиточными.

Чтобы повысить легитимность реформ, правительство ФРГ пошло на сокращение налоговой нагрузки на граждан, в первую очередь сократило налог на доходы. Для федерального бюджета это означало снижение доходов на 0,9 млрд марок в год. А эффект роста экономики, вызванный этими мерами, был не таким большим, как ожидалось. В 1950 году рост номинального ВВП составил лишь 0,9%, или 0,45 млрд марок. Чтобы компенсировать снижение сборов от налога на доходы, летом 1951 года было решено поднять ставку налога на прибыль с 50 до 60%, а ставку налога с оборота — с 3 до 4%, отмечает профессор Свободного университета Берлина Хельга Бергер.

Игры с налогами

В октябре 1955 года правительство ФРГ запустило новую программу поддержки экономики. Одна из причин — сформулированная Бундесбанком необходимость удерживать рост зарплат в пределах роста производительности труда. По состоянию на середину 1950-х он составлял 3–4% в год, но такой рост зарплат казался властям ФРГ слишком скромным.

Для большей легитимности экономических реформ правительству был необходим более стремительный рост зарплат, а достичь его без опасностей для экономики можно было только путем повышения производительности труда. По замыслу властей ФРГ, рост производительности должен был идти быстрее, чем рост цен и зарплат, в то время как к середине 1950-х рост производительности труда совпадал с ростом цен и зарплат (два процесса разделял лишь полугодовой временной лаг).

Не желая вмешиваться в тарифную и ценовую политику участников экономического процесса, правительство обратилось к профсоюзам и работодателям с призывом проводить умеренную политику борьбы за рост зарплат и воздержаться от неоправданного повышения цен. С этой целью представители правительства начали участвовать в тарифных переговорах с профсоюзами, на которых обсуждался уровень зарплат по отраслям.

В декабре 1955 года правительство снизило пошлины на импорт продовольствия, облегчив положение потребителей, а также сельскохозяйственной техники, удобрений, посевных материалов и других необходимых фермерам товаров, что позволило фермерам активнее конкурировать с иностранным продовольствием. В январе 1956 года правительство на полгода понизило пошлины на электрооборудование. От идеи введения контролируемых цен на ряд товаров было решено отказаться — вместо этого министр экономики Людвиг Эрхард неоднократно обращался в интервью к немецким домохозяйкам с требованием объявить бойкот товарам, продаваемым по завышенным ценам.

В декабре 1955-го — январе 1956 года правительство ФРГ понизило ввозные пошлины на «низкотехнологичные инвестиционные товары» — холодильники, пишущие машинки, швейные машинки. В октябре 1956 года последовал ряд других экспансионистских мер поддержки экономики, в том числе увеличение налоговых вычетов для компаний, тратящих деньги на рекламу, и софинансирование государством накопительных программ.

Очевидным трендом в таможенной политике властей ФРГ стало фиксирование импортных пошлин на относительно низком уровне. Цель — обеспечить немецким компаниям более легкий доступ к импортному сырью и оборудованию. В период с 1950-го по 1960 год объем ввозных пошлин достиг своего максимума по отношению к объему импорта в 1953 году, когда он составил 8%. Затем он начал снижаться и остановился на уровне около 7% — при постоянном росте абсолютных показателей (за десятилетие объем таможенных сборов с ввозимых товаров вырос с 500 млн более чем до 3 млрд марок).

Ориентация вовне

Дружелюбная политика по отношению к импорту обусловливалась сразу несколькими факторами. Во-первых, немецкая экономика объективно нуждалась в закупке широкого спектра продукции. Во-вторых, она была насыщена большим объемом американских кредитов, выданных под приобретение американских товаров. Адекватно описать послевоенное экономическое развитие ФРГ невозможно, не рассказав о «плане Маршалла» — программе американской экономической помощи странам Западной Европы.

Заинтересованность США в кредитовании разрушенной войной Западной Европы была очевидна. В 1950 году на США приходилось 40% мирового ВВП и 60% мирового промышленного производства. США владели 50% мировых золотовалютных резервов. Таким образом, кредитование западноевропейских стран под условия приобретения американской продукции было самым логичным решением для борьбы с кризисом перепроизводства и для закрепления американского влияния в послевоенной Европе.

В рамках «плана Маршалла», или European Recovery Programm (ERP), странам Западной Европы вплоть до 1952 года было предоставлено кредитов на 13 млрд долларов. ФРГ получила 1,5 млрд из них. Именно эти деньги стали одним из столпов, на которых было построено немецкое экономическое чудо: на американские доллары покупалось сырье и оборудование, необходимые для возрождения экономики.

Для облегчения встраивания ФРГ в мировую экономическую систему оккупационные власти пошли еще на один серьезный шаг. В 1950-е годы немецкая марка не являлась свободно конвертируемой валютой, а объем немецкого экспорта в США был слишком мал для того, чтобы ФРГ получала достаточно долларов для закупки товаров в США помимо тех денег, что были получены через систему ERP. Поэтому США и Великобритания заключили соглашение, по которому экспорт из Западной Германии в другие европейские страны тоже мог оплачиваться долларами, на которые Западная Германия приобретала бы товары в США. Конвертируемой немецкая марка стала 28 декабря 1958 года, а до этого момента ФРГ пользовалась привилегиями от соглашения между США и Великобританией.

Еще одним важным элементом возвращения ФРГ в систему международных торговых отношений стало создание в апреле 1948 года Организации европейского экономического сотрудничества ОЕЭС (позднее переименованной в ОЭСР). Одной из основных целей ОЕЭС была объявлена поддержка экономического роста с помощью модернизации производственной базы, либерализации торговли и повышения занятости населения. В 1950 году в рамках ОЕЭС был создан Европейский платежный союз, облегчавший взаимные платежи; одним из главных выигравших от создания этого союза стала именно ФРГ, вступившая в ОЕЭС в октябре 1949 года — спустя полгода после своего основания — и ставшая, таким образом, одной из наций — основательниц ОЕЭС.

Уже в 1952 году немецкий экспорт впервые превысил импорт. К 1960 году около 20% рабочих мест в Германии относились к компаниям, ориентированным на экспорт товаров и услуг. В том же году доля Германии в мировом экспорте составила 8,9%.

В 1960-е годы резко выросла роль немецкой экономики в Европе. Если в 1958–1959 годах на Европу приходилось 27% немецкого экспорта, то к 1972 году эта доля выросла почти в два раза и достигла 50%.

Серьезно изменялась и структура немецкого внешнеторгового баланса. С 1950-го по 1970 год импорт продуктов питания сократился с 44,1 до 19,1% ВВП. Импорт сырья упал с 29,6 до 14,5% ВВП, экспорт — с 13,9 до 2,5% ВВП. Более или менее стабильно держался импорт и экспорт товаров, прошедших некоторую обработку: импорт увеличился с 13,8 до 16,1% ВВП, а экспорт сократился с 18,8 до 7,6% ВВП.

Одновременно в международной торговле с участием ФРГ резко возросла доля готовой продукции: ее импорт вырос с 12,9 до 50% ВВП, а экспорт — с 64,8 до 85,8% ВВП. Фактически ФРГ стала экспортировать гораздо больше дорогих высокотехнологичных товаров и в значительно большей степени удовлетворяла свои потребности в продуктах питания самостоятельно (в последнем большую роль сыграли таможенные льготы, обеспечившие немецким фермерам возможность приобретать новые сельскохозяйственные технологии).

Росту западногерманского технологического экспорта способствовала переориентация американской экономики на военные рельсы во время войны в Корее, что уменьшило объем американского экспорта в Европу. Позитивно сказалась на немецком экспорте и недооцененность немецкой марки. Если в сентябре 1949 года один доллар США стоил 4,2 марки, то в марте 1961 года, то есть в совершенно другой ФРГ, он все еще стоил 4 марки. Оба эти фактора способствовали росту немецкого экспорта начиная с середины 1950-х.

Усложнение структуры немецкой экономики привело к появлению совершенно нового типа рабочей силы — гастарбайтеров (дословно — приезжих рабочих). Первая массовая волна гастарбайтеров в ФРГ была связана с заключением в 1955 году государственного договора между ФРГ и Италией. Правительство ФРГ, крайне нуждавшееся в рабочей силе, договорилось с итальянскими властями о массовом завозе в Германию безработных итальянцев. Так Италия решала свои проблемы — снижала уровень безработицы и сокращала базу для радикальной коммунистической идеологии.

Уже к 1960 году в ФРГ работало около 280 тыс. гастарбайтеров — их доля, таким образом, составляла 1,1% от общего числа занятых. Итальянский опыт был признан удачным, и в 1960 году аналогичные договоры были заключены с Испанией и Грецией, в 1961 году — с Турцией, в 1963-м — с Марокко, в 1964-м — с Португалией, в 1965-м — с Тунисом.

Привлечение гастарбайтеров было поставлено на поток. Немецкие компании, испытывавшие нехватку рабочих рук, получали любую поддержку со стороны правительства в вопросах привлечения иностранной рабочей силы. Компании могли подать в консульства ФРГ за рубежом заявки на выдачу нужного количества рабочих виз населению данной страны или же обратиться с аналогичной просьбой в службу занятости внутри Германии, после чего заявка передавалась в МИД. По таким схемам с 1960-го по 1967 год в ФРГ прибыло еще около 1 млн гастарбайтеров.

Помощь из ГДР

Впрочем, одним из самых серьезных — и недооцененных — факторов модернизации западногерманской экономики был коммунистический режим в соседней ГДР. Массовое бегство из ГДР квалифицированных специалистов, бизнесменов, врачей и ученых дало невиданный толчок к развитию даже прежде аграрным регионам Западной Германии, например ряду районов Баварии.

Миграция квалифицированных специалистов из Восточной Германии, откуда немцы бежали по политическим причинам, а также из Польши и Чехословакии, чьи правительства изгоняли немцев по национальному признаку, дала ФРГ сильный допинг в виде первоклассной рабочей силы. Вплоть до 1961 года таким образом в ФРГ переселилось 3,6 млн беженцев из ГДР и 9,6 млн из стран Восточной Европы. 86,6% беженцев из ГДР были молодыми людьми в возрасте от 18 до 25 лет, многие из них с хорошим образованием.

Основной приток беженцев наблюдался в 1945–1949 годах, но даже в период между 1952-м и 1963 годом из ГДР сбежало более 20 тыс. инженеров и техников, 4,5 тыс. врачей и 1 тыс. университетских преподавателей. По оценкам профессора Университета Гамбурга и специалиста по экономической и социальной истории Германии Герхарда Штапельфельда, только на притоке этих специалистов ФРГ сэкономила не менее 30 млрд марок, которые должны были бы быть потрачены на высшее образование. В результате расходы ФРГ на образование смогли сократиться до 2,4% ВВП, что было ниже даже уровня послекризисного 1925 года (2,8%). Серьезный рост расходов на высшее образование в ФРГ отмечается лишь после 1961 года, когда после постройки Берлинской стены поток бежавших от социализма образованных немцев иссяк.

Чтобы понять, какую роль играли беженцы из ПНР, ЧССР и ГДР в экономике ФРГ, достаточно вспомнить, что в 1960 году эти категории граждан составляли 30,7% рабочей силы ФРГ.

Именно немецкие мигранты из стран соцлагеря позволили ФРГ накачивать рынок труда в условиях промышленного бума. С 1950-го по 1960 год емкость рынка труда ФРГ выросла с 23 до 26,5 млн человек, а уровень безработицы в 1960 году составлял лишь 0,8%. Таким образом, вокруг беженцев не возникла ситуация социального напряжения, и каждый новый беженец вносил вклад в развитие экономики ФРГ.

Особую роль в формировании новой, модернизированной западногерманской промышленности сыграли сбежавшие из ГДР предприниматели. По подсчетам исследователя Германна Голле, специализирующегося на изучении истории промышленности ГДР, до 1960-х годов ГДР покинуло около 360 тыс. предпринимателей. Большинство этих немцев основали в Западной Германии свои компании, конфискованные в ГДР, и начали реализовывать свои технические и бизнес-идеи на новом месте.

Великое технологическое переселение

История бегства предпринимателей сначала из советской оккупационной зоны, а затем из ГДР — это история самого массового в XX веке технологического трансфера. Вопреки распространившемуся после 1990-х годов мифу, восточногерманские регионы никогда не были технологически отсталыми по сравнению с Западной Германией. Как раз наоборот: целый ряд восточногерманских территорий представлял собой скопления самых передовых мировых компаний. Но в течение всего нескольких лет после войны эти компании были уничтожены коммунистическим правлением, а их владельцы и ведущие специалисты при первой возможности бежали на запад, чтобы начать свое дело с нуля. Именно так создавалось технологическое превосходство ФРГ.

Один из самых известных примеров такого бегства — миграция из саксонского Кемница (в ГДР — Карл-Маркс-Штадт) одного из крупнейших на сегодняшний день производителей легковых автомобилей Европы, компании Audi. В июле 1948 года компания Auto Union — предшественник Audi — была национализирована и превращена в подразделение IFA Vereinigung Volkseigener Fahrzeugwerke (Промышленного союза по строительству автомобилей Объединения народных автомобильных заводов). Сразу же после этого ведущие инженеры Auto Union, среди которых были члены совета директоров Вильгельм Брун и Карл Хан, эмигрировали в Западную Германию. Спустя некоторое время новая компания появилась в баварском Ингольштадте, где штаб-квартира Audi находится до сих пор.

Вслед за автопроизводителями на Запад бежали производители запчастей для автомобилей. Так, основанная в 1910 году в Косвиге компания Kirchbach’sche Werke (KW) была абсолютным европейским лидером в области производства сцеплений и тормозов, производившихся под торговой маркой Jurid. KW контролировала 90% немецкого рынка тормозов и сцеплений, а также большую часть европейского. Почти в каждом автомобиле в Европе были либо тормоза, либо сцепления KW. В 1945 году производство было остановлено, на базе компании создали «народное предприятие» Cosid. Но партийному руководству не удалось повторить успех KW — владельцы компании уехали в Гамбург и основали там компанию Jurid, снова занявшую хорошее положение на рынке. «Народное предприятие» на востоке просуществовало до 1990 года, после чего было поглощено западной компанией Rütgers Automotive AG.

Технологическое бегство с востока страны и деградация техносферы ГДР наблюдались и в других отраслях. Например, заводы Wanderer под саксонским Кемницем вплоть до 1945 года были крупнейшим в Европе производителем фрезеровочных станков. После войны владельцы компании сбежали на запад, где основали компанию Wanderer-Werke, выросшую в концерн с заводами в Мюнхене, Аугсбурге, Брюкмюле и Крефельде. Вскоре годовой оборот нового концерна стал измеряться сотнями миллионов марок.

Компания Hauni Maschinenbau, контролирующая сегодня до 90% мирового рынка машин для производства сигарет с фильтром, была создана инженером Куртом Кёрбером, сбежавшим в 1946 году из восточной зоны, — там Кёрбер работал в дрезденской табачной компании Universelle-Werke, национализированной в том же году (подробнее про компанию Hauni см. «Успех под грифом секретно», «Эксперт» № 44 за 2007 год).

Точно так же обстояли дела и в печатной промышленности. К 1940-м годам на территории Восточной Германии было десять крупнейших компаний по производству печатных станков, а на территории Западной Германии — девять, и они несколько отставали от восточных по уровню техники. После того как в ГДР печатные компании были конфискованы, западные компании смогли вздохнуть свободно и развиваться в значительно более легких условиях. Сегодня западногерманская компания Heidelberger Druckmaschinen является мировым лидером, ее доля на мировом рынке составляет десятки процентов. Успеха достигли и сбежавшие на запад владельцы компании Giesecke & Devrient, ставшие ведущими подрядчиками по печати денег, акций и других особо защищенных бумаг. Судьба компаний, оставшихся в ГДР, была куда менее завидной: по итогам управления СЕПГ печатная промышленность обанкротилась, теперь в бывших помещениях ведущих восточногерманских компаний продают мебель.

Имевшееся на территории Восточной Германии скобяное производство также массово утекало на запад. До войны до 70% бытовых скобяных изделий, продававшихся в Европе, производились в Саксонии вокруг городов Байерфельд и Ауэ-Шварценберг. Это же производство использовалось и для военных нужд. Например, компания Frankonia, производившая кружки, кастрюли, миски и другую посуду, выпускала также оболочки для ручных гранат, установив рекорд производства — 30 тыс. штук в день.

В 1945 году большинство владельцев этих компаний также переселились на запад, увезя с собой технологические навыки организации производства. Так, компания Kaiser сначала обосновалась в рурском Виттене, а потом переселилась в Нассау, где уже к середине 1960-х стала лидером производства кухонных скобяных изделий, в первую очередь прославившись своими формами для выпечки.

Массовое перетекание мозгов и технологий из Восточной Германии в Западную происходило не только в сфере машиностроения или металлообработки. Аналогичная ситуация наблюдалась и в других отраслях — например в пищевой промышленности. В 1882 году в Дрездене была основана компания Teekanne, именно там в 1929 году был изобретен пакетик для заваривания чая. В 1946 году компанию конфисковали и национализировали, владельцы сбежали в ФРГ, основали в Дюссельдорфе новую компанию, совершенствовали свое изобретение, стали лидером рынка, в 1991 году купили в объединенной Германии свою бывшую дрезденскую компанию.

В том же Дрездене находилась крупнейшая в Германии кондитерская компания Chocoladen u. Cichorien-Fabrik — первая основанная в стране, лидер рынка. Конфисковано, превращено в «народное предприятие» Elbflorenz, к моменту объединения Германии обанкротившееся.

В легкой промышленности массовое перетекание кадров и технологий в Западную Германию было еще более очевидным. До начала войны на территории будущей ГДР имелось несколько мощнейших кластеров чулочного производства, в том числе из синтетического материала перлона. В 1930-е годы кластер вокруг города Оберлунгвитца поставлял до 75% мирового объема производства женских чулок. Чулочное производство требовало и мощного производства станков — в итоге на кластер под Кемницем приходилось до 80% мирового объема производства текстильных машин. В 1945 году эти производственные мощности были демонтированы и вывезены в СССР. Вплоть до 1951 года некоторые из владельцев этих компаний пытались наладить былое производство в ГДР, но их инициатива не встретила одобрения у руководства СЕПГ. В итоге владельцы крупнейших компаний эмигрировали в ФРГ — и уже к 1960 году на территории Западной Германии, где до 1945 года не было ни одной фабрики, производившей женские чулки, существовало 137 предприятий, дававших работу 29 тыс. человек.

Наконец, политика СЕПГ привела к утечке главного элемента современной экономики — компаний, специализирующихся на сохранении знаний. В течение первых семи лет после войны Восточную Германию покинули десятки книгоиздательских компаний. В 1952 году в Штутгарт сбежала компания B. G. Teubner, ведущее издательство научно-технической литературы. В 1946 году в Лейпциге был национализирован Библиографический институт, издававший знаменитые словари и энциклопедии Meyers Lexikon и Duden — в 1953 году его издатели сбежали в Мангейм, где продолжили издавать высококлассные словари. Компания Brockhaus сбежала в 1945 году в Висбаден. Компания Reclam Verlag, специализировавшаяся на выпуске недорогих изданий классической литературы, перебралась в 1947 году в Штутгарт.

Великое технологическое переселение с востока Германии на запад стало одним из важнейших факторов немецкого экономического чуда, считает исследователь истории восточногерманской экономики Германн Голле. Сотни тысяч бизнесменов, инженеров, квалифицированных рабочих, одержимых идеей создать новую успешную Германию и реализовать свои технические и бизнес-идеи, стали для экономики ФРГ тем допингом, который, помноженный на американские кредиты и условия благоприятствования со стороны немецких властей, помог ФРГ совершить небывалый технологический скачок. Именно благодаря целеустремленным специалистам, изгнанным из Саксонии и Бранденбурга, Тюрингии и Мекленбурга, на западе Германии была достигнута качественно новая концентрация технологий и знаний, которая позволила модернизировать разрушенную войной экономику и вывести ФРГ в лидеры европейских стран.

Берлин

Основные стимулирующие меры правительства Западной Германии в 1950-х — начале 1960-х годов

«Эксперт» №1 (687)
Подписаться на «Эксперт» в Telegram



    Реклама




    Аквапарк на Сахалине: уникальный, всесезонный, олимпийский

    Уникальный водно-оздоровительный комплекс на Сахалине ждет гостей и управляющую компанию

    Инстаграм как бизнес-инструмент

    Как увеличивать доходы , используя новые технологии

    Армения для малых и средних экспортеров

    С 22 по 24 октября Ассоциация малых и средних экспортеров организует масштабную бизнес-миссию экспортеров из 7 российских регионов в Армению. В программе – прямые В2В переговоры и участие в «Евразийской неделе».

    Российский IT - рынок подошел к триллиону

    И сохраняет огромный потенциал роста. Как его задействовать — решали на самом крупном в России международном IT-форуме MERLION IT Solutions Summit

    Химия - 2018

    Развитие химической промышленности снова в приоритете. Как это отражается на отрасли можно узнать на специализированной выставке с 29.10 - 1.11.18

    Эффективное управление – ключ к рынку для любого предприятия

    Повышение производительности труда может привести к кардинальному снижению себестоимости продукции и позволит российским компаниям успешно осваивать любые рынки


    Реклама