Год безмена

Владимир Козлов
генеральный директор аналитического центра «Эксперт Юг»

В наступившем году российские предприниматели будут проявлять осторожность, тщательно взвешивая риски и возможности. Стимулировать инвестиционную активность способны местные власти, если, конечно, они готовы рискнуть

Кризис закончился, идет подъем. Этот факт — против статистики не попрешь, да и настроения на рынках явно все более клонятся к позитиву — отмечен во всех российских регионах. Нельзя сказать, что начавшийся рост вселяет в участников экономической деятельности равнозначный оптимизм. Некоторые не исключают краткосрочных осложнений, называя как вполне частные, так и достаточно фундаментальные причины для опасений. Еще не завершилась реструктуризация экономики регионов, а в некоторых она и не начиналась, говорят они. Торможение инвестиционной активности в кризисные месяцы, а в ряде случаев полная ее остановка может вывести на негативные показатели некоторые сектора экономики, например производство стройматериалов. Создание планировавшихся ранее новых точек роста отложено на перспективу, а следовательно, структура экономики остается докризисной и не меняется ее качественное наполнение. Региональные власти больше озабочены поддержанием спокойствия в обществе, а не перспективных направлений бизнеса, и в наступившем году едва ли пересмотрят свои приоритеты.

Тем не менее российский бизнес намерен в полной мере использовать начавшийся рост, соразмеряя, конечно, свои шаги с текущей обстановкой и условиями на местах.

Урал: риски и возможности восстановительного роста

Восстанавливаться экономика Урало-Западносибирского региона начала с лета. Уже тогда банкиры отмечали, что в течение двух-трех месяцев ситуация с просроченной задолженностью стабилизировалась, а в ряде сегментов стала выправляться. Осенью их слова подтвердили статистика и слабый повышательный тренд на рынке кредитов малому и среднему бизнесу (МСБ), прекращение падения кредитов крупным корпоративным клиентам и оживление на розничном рынке кредитования. Главным фактором восстановления, по крайней мере в пяти ключевых областях Урало-Западносибирского региона: Свердловской, Челябинской и Тюменской вместе с двумя автономными округами, — стал рост мировых цен.

Данные о конъюнктуре цен на сталь и цветные металлы вместе со свидетельствами крупных компаний позволяют говорить о том, что в черной металлургии и медной промышленности рост достаточно устойчив, а это две основные отрасли для Челябинской и Свердловской областей. Причем идет увеличение как физических объемов производства, так и выручки, что гораздо важнее с точки зрения влияния на смежные сектора экономики.

Иная ситуация в строительстве. Статистика почти не фиксирует падения на жилищном рынке. Из 10 субъектов федерации только в двух — Челябинской области и Ямало-Ненецком АО — снижение по итогам 11 месяцев было действительно серьезным (на 15 процентов и более), в Свердловской же области и Пермском крае оно составило 4–5%, что и падением-то назвать сложно. Остальные субъекты показали рост. На самом деле, по крайней мере по оценкам основных участников рынка, ситуация намного хуже. В течение 2009 года всеми силами достраивались проекты, запущенные до кризиса (в том числе коммерческая недвижимость, в статистике не фигурирующая), что, кстати, по данным металлотрейдеров, несколько оживило спрос на внутреннем рынке металла. А вот в нынешнем году в этом сегменте нас ждет драматический провал, поскольку новые объекты не закладывались.

На уровне компаний главным трендом было масштабное перераспределение собственности. Достаточно большое количество игроков из самых разных отраслей, включая те, которые накануне кризиса оказались с низким уровнем долговой нагрузки и подушкой наличности, в прошедшем году скупали подешевевшие активы. Причем не только в металлургии, где активы навязывались государством (санация Златоустовского металлургического завода в Челябинской области и Нытвы в Пермском крае), или банковском секторе, где на санацию пострадавших банков («Северная казна», СБ «Губернский» и Банк 24.ру в Свердловской области, Баш­инвестбанк в Башкортостане) выделялись большие ресурсы, но и во вполне рыночных отраслях — торговле автомобилями и розничной торговле, металлотрейдинге, телекоммуникациях, ИТ и в том же банковском секторе, где без понукания со стороны государства рыночные игроки приобретали мелкие финансовые учреждения: челябинский «Резерв», новоуральский Нейвабанк, пермский Камабанк.

Перераспределение активов привело к потере региональными властями возможности влиять на некоторые крупные промышленные и банковские бизнесы по причине перемещения центров принятия решений в другие города или смены руководства.

Самый серьезный вызов ближайшего будущего, и это хорошо видно по данным статистики и отчетности крупнейших публичных компаний, заключается в состоянии финансов предприятий. Падение объемов реализации крупнейших сырьевых компаний Урала за девять месяцев прошлого года составило 40–50%. Не во всех случаях это привело к убыткам. Пермский «Сильвинит» даже при таком спаде показал очень приличную прибыль — 12 млрд рублей. Но это скорее исключение. Прибыль «Уралкалия», НТМК, ЧТПЗ сократилась в несколько раз, ЧМК и расположенные на территории Свердловской области заводы ТМК показали убытки.

Размер убытков крупнейших машиностроительных компаний пока неизвестен, но то, что здесь ситуация намного хуже, чем в сырьевом секторе, сомнений не вызывает. Достаточно посмотреть на крупнейшего уральского представителя отрасли Уралвагонзавод, который весь год балансировал на грани остановки. Поскольку крупнейшие компании не имели возможности серьезно сокращать число работников, главной статьей, пущенной под нож, стали инвестиционные проекты. Падение инвестиций в основной капитал по всем регионам Урала составило около 20% (данные за девять месяцев 2009 года), кроме тюменских «северов», где снижение было меньше (15% для нефтяного ХМАО и 10% для газпромовского Ямала). Еще точнее ситуацию характеризует сокращение подрядных работ в строительстве на 30–40% в зависимости от региона.

Помимо падения инвестиций, влияние которого на экономику будет растянуто во времени, есть еще один, намного более серьезный с точки зрения ближайшей перспективы сигнал. По состоянию на 1 ноября минувшего года компании продолжают работать с таким же (в Свердловской области) или на 20–30% более высоким (в других субъектах) уровнем кредиторской задолженности, чем до начала кризиса. И это при падении выручки в производственном секторе в среднем на 30%. Ситуация с просроченной кредиторской задолженностью в минувшем году улучшилась только в Челябинской области и серьезно ухудшилась в Свердловской, в остальных субъектах заметных подвижек не произошло.

Отсюда следует вывод: перестройки балансов пока не случилось, долговая нагрузка остается неадекватно высокой, и именно сокращение долгов будет главным приоритетом для основной массы предприятий в наступившем году. На ее снижение, а не на инвестиции, будет направлен ресурс, который начала получать экономика от мировой конъюнктуры. Это вовсе не означает сокращения объемов кредитования. Вполне вероятно, что пойдет замещение долгов перед поставщиками банковскими кредитами.

Но если к напряженным финансам добавится традиционная для России первоквартальная задержка финансирования госрасходов, роль которых в экономике резко выросла за последний год, это может обернуться новым витком неплатежей. Тем более что ресурс региональных бюджетов исчерпан — все, кроме ЯНАО, сверстаны с дефицитом от 5 до 15%. В большинстве субъектов в бюджетах 2010 года урезаны статьи развития, а в некоторых регионах даже сокращено финансирование здравоохранения и образования. Все брошено на борьбу с безработицей, стабилизацию наиболее взрывоопасных социальных проблем, усиление финансирования силовых органов.

Фактически бюджеты нынешнего года консервируют активность региональных властей на том же направлении, что и годом ранее: недопущение разрывов в туго натянувшейся социальной сетке. Декларированный президентом сценарий развития через модернизацию, включение механизмов стимулирования инноваций, снижение ресурсопотребления, точечное развитие прорывных отраслей и т. д. этими бюджетами не предусмотрен.

Юг: кризис в два прыжка

Если судить по результатам деятельности крупнейших компаний Юга России, то воздействие кризиса на свой бизнес они ощутили очень быстро. Похоже, причиной почти мгновенного прихода кризиса на Юг является в целом сервисная ориентация региональной экономики. Ни в одном округе страны, например, торговля не занимает столь значительной доли в общем объеме выручки крупнейших компаний. Здесь она стала абсолютным лидером падения. В прошлом году ее вес в обороте 250 крупнейших компаний Южного федерального округа (ЮФО) равнялся 36,8%, в этом году он снизился на 4%. На федеральном уровне оптовая и розничная торговля вместе занимают менее 10%.

Благодаря тому, что торговля играет в экономике ЮФО столь значимую роль, кризис здесь, по всей видимости, пройдет
в два этапа, а не в один, как на федеральном уровне. В 2008 году в ЮФО упала торговля, в 2009-м лидером падения станет менее мобильная промышленность. В 2008 году эффект от падающей торговли смягчила промышленность, в наступившем роль демпфера падения промышленности предстоит сыграть торговле. Индекс торговли в силу мобильности отрасли во многом отражает ожидания рынка — даже осторожный оптимизм влияет на нее благоприятно. А оптимизма сейчас на Юге хватает, так как сегодня в промышленности региона закладывается основа для более устойчивого роста экономики.

Дело в том, что в прошлом году, в то время как объем инвестиций в российскую экономику сократился почти на 20%, в ЮФО деньги продолжали течь. По данным Росстата, 7 из 13 территорий округа по результатам 10 месяцев даже показали прирост. В абсолютных цифрах он, может, выглядит не всегда эффектно, например, когда речь идет об Ингушетии, где при увеличении инвестиций на 18,5% их абсолютный объем составил всего 4 млрд рублей. Зато в Дагестане уже совсем другие цифры: прирост 14%, общий объем инвестиций более 40 млрд рублей, в Краснодарском крае — 12% и 235 миллиардов.

По итогам года глава «ЛУКойла» Вагит Алекперов может быть признан главным инвестором Юга. Его компания приступила к реализации нескольких проектов на общую сумму 118–120 млрд рублей, требующихся лишь на первом этапе. Это строительство платформы для добычи топлива на шельфе, сооружение газохимического комплекса, модернизация активов подконтрольной «ЛУКойлу» ТГК-8.

Значительную поддержку инвестиционному процессу в регионе оказали стартовавшие в 2009 году олимпийские стройки. Сегодня они поддерживают сразу несколько отраслей: энергетику, строительство, промышленность стройматериалов.

Тем не менее в 2009 году, согласно прогнозу Аналитического центра «Эксперт Юг», выручка 250 крупнейших компаний региона сократится примерно на 20%. Ряд отраслей могут просесть сильнее. Лидером падения, видимо, станет машиностроение. Так, объем реализации машиностроительной компании ОАО «Тихорецкий машиностроительный завод имени В. В. Воровского» за шесть месяцев 2009 года упал почти на 90%. Выручка «Тагмета» сократилась на 44%, Волжского трубного завода — на 38%. Ситуация в отрасли тут же сказалась на соответствующих торговых операторах. У ОАО «Инпром», например, объем реализации упал более чем вдвое.

Однако даже здесь инвестиционный процесс не останавливается. В Волгоградской области в ноябре заложили электрометаллургический завод «АВ-Сталь» (производство стального сортового проката — арматура, метизы, сетки) мощностью 150 тыс. тонн в год. Собственники рассчитывают построить завод к 2012 году, вложив в проект 30 млн евро. Руководство ТМЗ имени В. В. Воровского заключило с китайцами соглашение о создании на своих мощностях сборочного производства городских и междугородних автобусов. А Юго-Западный банк Сбербанка России подписал соглашение с ООО «Ростовская угольная компания» о предоставлении кредита в размере 96 млн долларов на строительство в Тацинском районе Ростовской области шахты «Быстрянская 1−2» мощностью 750 тыс. тонн в год. Предполагается, что этой суммы хватит, чтобы завершить строительство в четвертом квартале будущего года. Общая стоимость проекта оценивается в 4 млрд рублей. Агросоюз «Юг Руси» осенью запустил в промышленную эксплуатацию первую очередь Новошахтинского завода нефтепродуктов мощностью переработки 2,5 млн тонн сырой нефти в год. Стоимость проекта — около 15 млрд рублей.

Список проектов, прозвучавших во второй половине года, длинный, и примечательны они не только тем, что их осуществление пришлось на кризисный год, но и прежде всего тем, что, в отличие от докризисных, они обеспечат рост именно обновленной экономики. Принятые в работу проекты отвечают высоким стандартам качества.

Северо-Запад: вся надежда на спрос

Восстановление экономики Северо-Западного федерального округа (СЗФО) в 2010 году будет происходить такими же темпами, как и в целом по стране. Окончательные итоги года минувшего пока не подведены, но статистические данные за самые тяжелые для экономики девять месяцев, когда индекс промпроизводства округа составил всего 85,2% — а это третье из семи место по темпам падения в стране, — говорят о том, что СЗФО кризис не пожалел.

«Машиностроение, ориентированное на внутренний рынок, оказалось наиболее уязвимым. А значительное сокращение перспективных проектов в строительстве продолжает негативно сказываться на производстве машин и оборудования, — говорит полномочный представитель президента России в СЗФО Илья Клебанов. — Наряду с этим мы отмечаем тенденцию нарастания дифференциации в уровнях развития секторов региональной экономики. Отраслевой взаимосвязи в развитии негативных или позитивных тенденций в региональной экономике практически не наблюдается. Динамика развития по одному и тому же виду деятельности в различных регионах Северо-Запада России неодинакова. Как общую положительную динамику можно отметить лишь рост добычи топливно-энергетических полезных ископаемых».

Во многом резкое снижение индексов объясняется сокращением объемов производства в обрабатывающей отрасли, которая наиболее чутко отреагировала на ухудшение экономической ситуации в острую фазу кризиса. В результате индекс производства обрабатывающих отраслей региона за январь–сентябрь 2009 года снизился более чем на 21% по отношению к аналогичному показателю предыдущего года.

Поэтому регионам СЗФО в текущем году предстоит уделить особое внимание восстановлению и поддержке обрабатывающей промышленности, занимающей существенную долю в совокупном объеме промпроизводства округа. «Хотя докризисных значений в этом году добиться не удастся, основные показатели в 2010 году все же могут быть лучше, чем в 2009-м. Явного фаворита среди отраслей в восстановлении не будет. Нет каких-либо факторов, которые могли бы помочь одной конкретной отрасли, будь то машиностроение или деревообработка, восстановиться быстрее прочих. Именно плавное увеличение спроса на продукцию многих отраслей и будет помогать всей обрабатывающей промышленности», — считает ведущий эксперт УК «Финам Менеджмент» Дмитрий Баранов.

Главной тенденцией в обрабатывающих отраслях в наступившем году будет постепенное увеличение объемов производства. Можно ожидать и улучшения финансовых результатов компаний, частичной структурной перестройки предприятий, проведения мероприятий по повышению эффективности, дальнейшему сокращению издержек и внедрению различных ресурсо- и энергосберегающих технологий. Не исключено, что ряд компаний вернутся к осуществлению инвестиционных проектов, которые были заморожены из-за кризиса.

Металлургические компании округа в 2010 году продолжат быстро восстанавливаться. Поскольку металлургия одной из первых просела в период кризиса из-за резкого снижения спроса как на внутреннем, так и на внешнем рынке, раньше начался и подъем. В СЗФО состояние отрасли определяют предприятия, входящие в группу «Северсталь» (их доля около 90%), которые в конце минувшего года начали выравнивать свое положение. По данным аналитического исследования ИФК «Метрополь», загрузка производственных мощностей российских сталелитейных предприятий уже достигла 90%. В ноябре 2009 года объем производства составил почти 6 млн тонн стали. Пиковое же значение 6,7 млн тонн было зафиксировано в марте 2008 года.

Однако, чтобы удержать клиентов и повысить собственные доходы в условиях нарастающей конкуренции, металлургическим компаниям придется более персонифицированно подходить к требованиям клиентов. В связи с этим они, видимо, будут ориентироваться на выпуск продукции с новыми техническими и/или потребительскими свойствами, повышать энергоэффективность производства и экономить ресурсы. Возобновление же инвестпрограмм ставится в зависимость от наличия средств и от целей компаний.

Что касается электроэнергетического комплекса, то на 2010 год сетевые компании Северо-Запада возлагают большие надежды — именно в этом году они намерены перейти на новую систему расчета тарифов на услуги по передаче электроэнергии по методу доходности инвестированного капитала (RAB). «Новгородэнерго» перешло на RAB с 1 января, за ним последуют и остальные «энерго». Новая система должна дать сетевикам необходимые для развития средства, обеспечить модернизацию и обновление устаревших мощностей.

Постепенный рост производства намечается и в лесоперерабатывающей отрасли. Генеральный директор группы «Илим» Пол Херберт, в частности, прогнозирует, что в 2010 году на целлюлозно-бумажном рынке сохранится «низкий, но стабильный спрос, с некоторым улучшением к концу года».

Финансовый сектор Северо-Запада также демонстрирует пусть сдержанный, но оптимизм. «В 2010 году, по нашему мнению, не стоит ожидать резкого улучшения ситуации. В течение года мы будем наблюдать медленный постепенный рост экономики, который может стать более явным с третьего квартала. В этом году банковский сектор региона выйдет из минуса на положительные показатели, правда, несколько меньшие, чем в среднем по России», — говорит председатель правления ОАО «Банк ВТБ Северо-Запад» Дмитрий Олюнин.

Как и в прошлом году, банки намерены заниматься сохранением качества кредитных портфелей, а не увеличением их объемов. В целом риски, связанные с плохими долгами, будут постепенно снижаться начиная с середины 2010 года.

Видимые сегодня точки роста Северо-Запада, которые должны выстрелить в нынешнем цикле, связаны с создающимся автомобильным кластером, центром которого становится Санкт-Петербург (здесь уже работают три предприятия, в этом году должна прийти Hyundai), а также с научным и промышленным потенциалом региона. Во всяком случае, строительство технопарков и высокотехнологичных производств, например по выпуску химически чистого кремния для электронной промышленности, не прекращалось и в самые тяжелые времена.

Отдельно следует упомянуть добычу углеводородов на шельфе Северного Ледовитого океана, на который ориентируется ряд промышленных предприятий региона, а также межрегиональный проект «Белкомур» (строительство железнодорожной магистрали, увеличение мощностей существующих и строительство новых промышленных предприятий), который увяжет несколько регионов Европейского Севера России в мощный экономический узел.

Поволжье: медленный подъем в горку

Поволжский бизнес пока далек от докризисных показателей. Индекс промышленного производства по итогам первых 11 месяцев прошедшего года в большинстве поволжских субъектов снизился в среднем на 15–20% по отношению к 2008 году. Но второе полугодие ушедшего года и на берегах Волги ознаменовалось оживлением промышленности. В ноябре в Костромской и Ярославской областях, Татарстане и Мордовии рост производства оказался выше, чем за аналогичный период 2008 года. Самарская и Кировская области не дотянули от 8 до 18% до уровня позапрошлого года.

Другой радостный момент: похоже, можно забыть о прогнозировавшейся на Волге второй волне кризиса, возникновение которой связывали с кредитными организациями, опасавшимися массовых неплатежей по предоставленным кредитам. Опасность миновала, ликвидности поволжских банков ничто не угрожает. Они даже осторожно активизируют кредитование физических лиц и предприятий нефинансового сектора. На начало декабря 2009 года суммарный кредитный портфель поволжских банков составил 1,5 трлн рублей, немного увеличившись — на 0,4% к началу года. Динамика потребительского кредитования и выдачи займов предприятиям за аналогичный период оказалась негативной, что связано с резким сжатием рынка займов в первом полугодии 2009 года. А вот осенне-зимний период продемонстрировал ежемесячный прирост кредитного портфеля в большинстве поволжских регионов.

Увереннее других отраслей чувствуют себя нефтяники: совокупный оборот компаний в ноябре прошлого года превысил 87 млрд рублей, что выше январских показателей почти на 56%.

Еще один сегмент, демонстрировавший стабильный рост, — предприятия пищепрома, выручка которых в последний осенний месяц достигла 26,7 млрд рублей. Это на 0,7% выше показателя предыдущего месяца и на 37% выше, чем в январе 2009 года.

Несмотря на рост объемов выручки в ряде отраслей, качественных изменений в экономике макрорегиона не произошло. Доминирующее место по-прежнему занимают экспортно ориентированные предприятия, добывающие полезные ископаемые. Динамика прочих сегментов пока оставляет желать лучшего. В числе аутсайдеров остаются автомобилестроение и металлургия. Первые, несмотря на позитивную динамику в первом полугодии, осенью сдали свои позиции. Если прирост объема валового оборота в сегменте легковых автомобилей в сентябре по отношению к августу составил порядка 40%, то в октябре — минус 4%, а в ноябре отрасль потеряла еще 2,5%. По относительным показателям ноябрьская реализация легковушек не дотянула до уровня 2008 года порядка 40%, в октябре — около 38%.

Среди крупнейших автопроизводителей наиболее пострадавшим выглядит АвтоВАЗ, несмотря на огромную помощь государства. А ведь именно тольяттинский завод в наибольшей степени влияет на показатели российского автопрома — его доля в выручке достигает 47–50%. По предварительным оценкам, в ноябре по отношению к началу года АвтоВАЗ недосчитается еще примерно 9% выручки, а его убытки за первое полугодие увеличились более чем в девять раз и составили 19,4 млрд рублей. Убыточным оказался весь бизнес компании: производство, продажа автомобилей через собственную розничную сеть, финансовый блок. Автогиганту так и не удалось реструктурировать свою задолженность.

Намного увереннее в прошедшем году чувствовал себя ГАЗ. Несмотря на кризис, группа ГАЗ форсировала завершение строительства стратегически важного для компании дизельного завода в Ярославле. К середине 2009 года автозавод, как было предусмотрено антикризисной программой, вышел на операционную безубыточность. Кроме того, в апреле ГАЗу удалось реструктурировать 80% задолженности по облигационному займу на сумму 3,85 млрд рублей, а в июле группа договорилась с банками-кредиторами и по долгу на 42 млрд рублей.

Неудовлетворительным оказался год для строителей. Цены на первичном рынке жилья продолжают снижаться, но это не приводит к повышению спроса. В среднем по России цены на первичку во втором квартале снизились по отношению к первому кварталу на 2,3%, а вот в Кировской области — на 3,6%, Ульяновской — на 4%, а в Ярославской вообще на 9%ь. Наряду с этим в большинстве регионов наблюдается ценовое выравнивание квадратного метра жилья в диапазоне 30–37 тыс. рублей. Исключение составляет разве что Самарская область — более 50 тысяч.

Сибирь: консолидируйся и спасешься

Минувший год акцентировал старые сибирские проблемы и поставил во главу угла в деятельности компаний и госаппарата один фактор: эффективность. Абсурдные менеджерские решения, на каком бы уровне они ни принимались, не действовали. Самый яркий пример минувшего года — история с ООО «Алтайский трактор» («Алттрак», город Рубцовск).

Завод бездействует уже почти 20 лет, однако рабочие все еще есть. Собственник «Алттрака» (РАТМ-холдинг, Новосибирск) не скрывал своих намерений еще в начале прошлого года, подав в Алтайский центр занятости заявку о сокращении всего персонала завода. В течение года попытка повторялась неоднократно. Однако региональные власти упорно блокировали решение, предпринимая шаги по реанимации предприятия. В 2009 году планировалось выпустить 150 тракторов под заказы алтайских сельхозпроизводителей. Из внебюджетных источников на приобретение необходимого оборудования и погашение задолженности по зарплате привлекли 116 млн рублей. Однако возродить предприятие не удалось. За время бездействия «Алттрак» потерял и квалификацию, и репутацию.

Эта история оттеняет очевидный, но, похоже, так и не понятый местными властями факт: бессмысленно спасать погибшее ради сохранения социальной стабильности. Правильнее реально содействовать созданию иных производств, которые начали появляться в Сибири именно в прошлом, кризисном году.

Наиболее эффективной оказалась межрегиональная инновационная программа «Сибирское машиностроение» (ее инициатором выступила в свое время ассоциация «Сибирское соглашение»). Это 10 подпрограмм, ориентированных на освоение предприятиями перспективных гражданских рынков. В основе лежит идея консолидации ресурсов. Большой игрок — холдинг — заметен и силен, ему проще заполучить крупный контракт в капиталоемких проектах. И экономически он устойчивее.

Кризис поспособствовал сближению некоторых сибирских компаний. Так, в прошлом году омское ПО «Полет» в ходе интеграции с головными предприятиями загрузило свои мощности, по предварительной оценке, на 1,4 млрд рублей, в 1,35 раза больше, чем годом ранее. В этой сумме заказы головного предприятия превышают миллиард рублей. А суммарный портфель контрактов ОМПО имени Баранова (объединяется с ФГУП «ММПП “Салют”», Москва) в текущем году оценивается в 3 млрд рублей. За три года общий объем производства увеличился почти в четыре раза.

Рост в сибирском машиностроении, в основном оборонном, обеспечили государственный заказ и ряд крупных коммерческих контрактов. Сегодня сибирские предприятия создают орбитальную группировку спутников для отечественной системы глобального позиционирования ГЛОНАСС, строят ракеты-носители класса «Рокот» и «Протон», а также истребители СУ-30МКМ на экспорт. Так, по итогам девяти месяцев прошлого года общая выручка ОАО «НПК “Иркут”», выпускающего истребители, по данным корпорации, составила 22 млрд рублей, а чистая прибыль — 1,8 миллиарда.

По подпрограмме «Сибмаш — топливно-энергетический комплекс» общими усилиями удалось выиграть ряд тендеров, объявленных нефтяниками и газовиками, и набрать портфель подрядных контрактов на 6 млрд рублей. Результат весьма неплохой, если учесть, что сибирский ТЭК не особенно интересует продукция местного машиностроения — доля инновационной продукции крайне мала. Сибирское машиностроение продолжает ориентироваться на традиционные рынки и государственные средства и слабо реагирует на реальную рыночную конъюнктуру. «Необходимо создать инновационную и инвестиционную инфраструктуру, — говорит заместитель председателя исполкома межрегиональной ассоциации “Сибирское соглашение” Геннадий Гусельников, — благодаря которым заработают механизмы финансирования проектов, начиная с самой ранней стадии — идеи и разработки».

Что касается других значимых для Сибири секторов экономики, то резкое сокращение потребления коксующихся углей в конце 2008-го — начале 2009 года едва не остановило отрасль. Потребовалась срочная господдержка. Например, у ОАО «Распадская» падение добычи в первом квартале 2009 года составило 35%, продаж концентрата — 42%.

Строительный комплекс пережил кризис, но выходит из него в прежнем качественном состоянии: техническое перевооружение не проводилось, новые технологии, снижающие издержки, не осваивались. Падение инвестиционной активности населения на рынке жилой недвижимости и компаний на рынке коммерческой привело к сворачиванию объемов производства. В целом по итогам семи месяцев 2009 года объемы работ в строительстве в регионах Сибирского федерального округа (СФО) достигли лишь 83,2% к уровню соответствующего периода прошлого года. По итогам 2009 года ожидается общее сокращение ввода жилья в округе не менее чем на 20–25%.

Что касается сибирских аграриев и сельхозмашиностроения, то их подвела конъюнктура, а не кризис. В минувшем году Сибирь собрала рекордный урожай зерна (около 20 млн тонн), что вместе с застарелой проблемой доставки продукции на внешние рынки сбыта подкосило сектор. Внутренняя потребность всего СФО в зерне — около 12 млн тонн. Излишки, которые сибирякам из-за высоких транспортных расходов вывозить некуда, надавили на рынок, средние цены спикировали примерно до 3,5 тыс. рублей за тонну, что почти в два раза меньше, чем годом ранее. В среднем же по России на 1 ноября цена зерна 3-го класса равнялась примерно 4,5 тыс. рублей за тонну. Необходимость хранить излишки спровоцировала рост цен на услуги элеваторов на 15–20%, и сибирские крестьяне стали сбывать зерно почти по себестоимости.

Неизменной осталась лишь ситуация в нефтегазовом секторе округа: мировые рынки стабильны и доходны, трубопровод Восточная Сибирь—Тихий океан начал работать. Все вроде бы хорошо, но есть не решаемая уже многие годы проблема, которая вот-вот готова обостриться. Речь о геологоразведке. Сегодня уровень разведанности запасов нефти и газа в СФО, по словам Александра Неволько, руководителя департамента недропользования («Сибнедра»), всего несколько процентов. «Дальнейшее наращивание запасов углеводородного сырья на территории округа — одна из приоритетных задач, но эффективность госинвестиций в отрасль снижается», — говорит он.

Почти полуторагодичный инвестиционный перерыв, пожалуй, самый негативный результат нынешнего кризиса для сибирской экономики. Ряд направлений и проектов, которые могли бы стать точками роста, отложены, и пока непонятно, когда и будут ли вообще осуществлены. В наступившем году революция на этом направлении явно не совершится: региональные и федеральный бюджеты в инвестиционной части сильно урезаны, а бизнес предпочтет не делать резких движений из-за того, что условия его функционирования не улучшились.

Время смелых губернаторов

И все же даже в этих условиях у региональных властей есть возможности содействовать развитию. Было бы желание выступать не только простым агентом федерального бюджета. При таком подходе никакого развития не получится. Им следует понять, что наступило время их ответственности за развитие экономики. Отчитываясь сегодня о запуске стана-5000, нового цеха алюминиевого проката, спасении упавших заводов, высшие региональные чиновники, по большому счету, к этим успехам никакого отношения не имеют.

Сейчас же они могут увеличить эффективность госрасходов, увязав их с повышением качества продукции, снижением энергопотребления, увеличить сроки ответственности подрядчиков, будь то ЖКХ, дорожное строительство или здравоохранение; облегчить переток рабочей силы между наиболее пострадавшими от кризиса небольшими муниципальными образованиями и крупнейшими агломерациями, поддержать финансами собственников, взявших на буксир наиболее проблемные предприятия. Это вполне решаемые задачи. Здесь и возникает возможность для губернаторов взять на себя реальную ответственность.

В их руках и замечательный инструмент стимулирования, которым в тучные годы практически никто из них не пользовался: финансирование экономики через увеличение долговой нагрузки региональных бюджетов — бюджетные кредиты, облигационные займы, прямые кредиты. Уже имеющийся дефицит не такая уж большая проблема. Он, как и в 2009 году, в основном будет покрыт деньгами федерации.

Возможность такого решения в условиях спада конъюнктуры уже продемонстрировал Китай, где из общей программы поддержки экономики примерно на 1 трлн долларов почти половину профинансировали региональные бюджеты, привлекшие кредитные ресурсы.

Риски, безусловно, большие — если ошибиться в использовании этих средств, то отвечать придется региональному правительству. Да, это большая ответственность — и процентные платежи, и груз возврата долгов лягут на население через недофинансирование социальных статей. Не случайно облигационными займами на территории Урала до кризиса всерьез занимались только ХМАО и Башкирия, где сформированный в одном случае нефтяными сверхдоходами, а в другом — рентой от статуса национальной республики финансовый излишек позволял рисковать. Остальные готовы были рисковать в основном только деньгами федерации. Но экономическое развитие без принятия на себя такого рода рисков невозможно.

Куда, на решение каких задач может быть направлен этот ресурс? Во-первых, на формирование конкурентных рынков в тех сегментах, куда идет основной объем ресурсов господдержки: дорожное строительство, ЖКХ, отчасти жилищное строительство, здравоохранение. Во-вторых, на решение задачи, которая и без того приоритетна для региональных властей: рынок кадров, но не с позиций «поддержки штанов», а с точки зрения повышения мобильности на внутрирегиональных рынках труда. Здесь поле непаханое решений, которые помогут убить сразу нескольких зай­цев, начиная с проблем моногородов и заканчивая повышением доступности жилья. Речь идет о создании фондов арендного жилья — как муниципального, так и частного, — с привлечением профессиональных управляющих компаний (благо как раз в 2010 году будет отменена возможность приватизации предоставленного государством жилья, которая ставила крест на подобных инициативах) в городах — реципиентах рабочей силы (Екатеринбурге, Тюмени, Перми, Уфе и др.) и включением механизмов субсидирования аренды востребованным специалистам. Местные власти могли бы наконец наладить бесперебойное комфортное транспортное сообщение в рамках формирующихся агломераций, включив в зону влияния городов-миллионников и моногорода, находящиеся в радиусе ста километров. Одно это способно дать толчок спросу на более дешевое по стоимости возведения жилье в городах-спутниках. В принципе, нет ничего нереального и в задаче включения тех же механизмов перетока рабочей силы на межрегиональном уровне, хотя без поддержки федерации и тесного сотрудничества регионов в этом вопросе не обойтись.

В области инфраструктуры до недавних пор акцент делался на создание различного рода «резерваций» для бизнеса — площадок с подготовленной инфраструктурой, подведенными коммуникациями по типу промышленных парков. Но любой такой проект создается под инвесторов, выразивших желание прийти в регион. Строить промпарки «на перспективу» вряд ли кто решится. В этом свете более эффективной выглядит программа компенсаций затрат на создание инфраструктуры по гринфилд-проектам. Это дало бы ясный сигнал: любой приходящий в регион бизнес получает компенсацию существенной части затрат на подключение к коммуникациям, а также помощь в оформлении землеотвода и другой документации. Этот же механизм должен распространяться и на отечественных инвесторов, реализующих проекты в регионах, и уж тем более на тех собственников, которые в кризис под давлением властей взяли на себя проблемные предприятия и готовы вкладывать в их модернизацию.

Очевидно также, что список губернаторских задач должен включать в себя развитие явных преимуществ регионов, которые уже отличают их от соседей и на которые сегодня не хватает ресурсов.

Санкт-Петербург—Екатеринбург—Самара—Новосибирск—Ростов-на-Дону