Вверх ногами — и прямо в космос

Мария Терещенко
22 марта 2010, 00:00

XV Открытый фестиваль анимационного кино показал, что за год в российской анимации все перевернулось вверх тормашками. Если еще недавно все казалось надежным и до скучности предсказуемым, то сегодня сюжет может обернуться любым неожиданным образом — или даже вовсе прерваться на самом интересном месте

Еще три года назад все наперебой говорили о возрождении нашей анимации: большая студия «Пилот» рассыпала перед зрителем горы самоцветов, Александр Петров оскароносно живописал маслом по стеклу, абсурдные мульты Ивана Максимова набирали популярность среди интернет-юзеров, «Смешарики» захватывали телевизионный эфир и телефонные сети, а молодой да быстрый Константин Бронзит отважно вступал в схватку со Шреками и прочими Тугарин-змеями на арене российского кинопроката… Все прошло. Российские аниматоры радовались бурно, но недолго. Возрождавшаяся за счет государственного финансирования, анимация оказалась слишком зависимой от разнообразных мелких и крупных политических событий, а в России погода, как известно, переменчива: то закон поменяют, то кабинет — в общем, не успели опомниться, а призрачное благополучие российской анимации испарилось так же неожиданно, как возникло.

 pic_text1

Суздальского фестиваля 2010 года ждали с тревогой. Большая часть студий и режиссеров, которые в предыдущие годы поставляли фестивалю контент, подходили к очередному смотру с пустыми портфелями, и казалось, что не получится собрать даже крохотной программы. На деле все вышло не так плохо. Программа собралась, фестиваль состоялся, и в целом анимация наша пока не исчезла. Но при этом — как бы это сказать — умалилась.

Это сказалось на всем. И на объеме снятых фильмов: в 2009-м конкурс состоял из 97 мультфильмов общей длительностью 800 минут, а в 2010-м было 74 мультфильма, длительностью 460 минут. И на их средней длине: если в прошлом году она составляла 8 минут 20 секунд, то в этом — 6 минут 10 секунд. А главное, куда меньше стали амбиции. Если еще год назад конкурс был наполнен безбрежными «сериалами», такими как «Гора самоцветов», «Русская классика детям» и «Колыбельные мира», то новые проекты выглядят куда скромнее.

 pic_text2

Студия «Мастер-фильм», например, представила несколько «Рассказов Чехова», выполненных в разной манере. Здесь и «Беззаконие» Натальи Мальгиной — классическая, изобразительно выразительная и очень театрализованная история про человека, нашедшего у себя на пороге кулек с младенцем. Рядом живописная и лиричная история про щенка от Сергея Серегина («Белолобый»). И очередной анимационный опыт комиксиста Хихуса, который решил посмотреть на ранние рассказы Чехова глазами современных подростков («Человек в пенсне»).

Если проект по Чехову в случае успеха может иметь продолжение и вне чеховского года, то цикл «Круглый год» (студия «Метрономфильм») изначально задуман очень компактным. Его создательница Вероника Федорова сделала по прозе Юрия Коваля двенадцать миниатюр, которые предлагают юному зрителю по-новому взглянуть на окружающий мир — и увидеть, например, как коты притворяются яблоками, чтобы подобраться поближе к снегирям.

 pic_text3

Но меньше не всегда значит хуже. Более компактные проекты и более короткие фильмы задали более динамичный ритм фестивалю, который в этом году казался моложе, энергичнее и смелее.

Кто-то экспериментировал с графикой, как Юлия Рудицкая: ее сине-оранжевые по гамме «Поздние гости» сочетают объемную натуралистичную компьютерную графику с резными теневыми фигурами. Кто-то — с техниками: Анастасия Копылова в фильме «За стеной» довольно неожиданным образом наложила друг на друга игровое и анимационное кино. Кто-то искал новых необычных жанров, как Екатерина Колосовская в «Балладе о цирюльнике», сделанной по поэзии и графике Обри Бердслея.

А кто-то, как создатель «Храброго Гонзо» Илья Суворкин, искал сразу во всех направлениях. В результате получился моментами стильный, моментами плоховато нарисованный фильм, рассказывающий историю о ленивом рыцаре, который «ломает» сказку: вместо того, чтобы совершать подвиги, он отлынивает и бьет баклуши.

 pic_text4

Если художественные эксперименты остались уделом немногих, то сюжетные «перевертыши» буквально оккупировали нынешний конкурс. Был здесь и фильм Александра Гурьева «Красные шапочки», где известная сказка оборачивалась в современную историю с мотоциклами, хулиганами и милицией; и «Веретено» Константина Комардина (эпизод из антинаркотического проекта «Ре-анимация»), где спящая красавица начала колоться веретеном. И ролики антивируса «Касперского», в которых Пушкина защищает во время дуэли бронежилет, а у старухи-процентщицы на раскольниковский топор находится прочная каска. Апогеем этой темы стал фильм Рима Шарафутдинова «Та сторона, где ветер», в котором попурри из башкирских сказок было осмыслено в пелевинском духе. Напоминающий моментами визуализацию кислотного трипа, фильм этот сочетает мультреализм самого низкого пошиба с макабрическим абсурдом, анимешными штучками и неуемным экшном комедии и боевика.

 pic_text5

Поддались этому настроению и немногочисленные мэтры, чьи работы были представлены в конкурсе. Известный режиссер Мария Муат решила, как она сама говорит, вспомнить молодость и вместо очередной экранизации классики сделала из необычных плоских кукол абсурдный фильм о паре супругов и мешающей им собаке. А в главном фаворите фестиваля — фильме Валентина Ольшванга «Со вечора дождик» — можно было увидеть очень странную русалку. Хвостатая предстала не прекрасной чаровницей, а капризной вредной девчонкой, которая лежит на печи и своими прихотями отравляет жизнь выловившему ее деду.

Не сказать, чтобы это новое лицо нашей анимации было неприятным. Даже напротив. Нынешний суздальский конкурс был увлекательнее и неожиданнее предыдущих. В нем, возможно, не хватало профессионально отточенных работ, но это с лихвой искупалось драйвом и непредсказуемостью некоторых фильмов.

 pic_text6

Другое дело, что все хорошо в меру. Может, небольшая встряска нашей анимации и пошла на пользу, да только трясучка уже слишком сильно затянулась. В начале года «политический ветер» опять переменился, и случилась пресловутая «путинская реформа финансирования кинематографа», в результате которой анимация может остаться и вовсе без копейки. А если так, то наметившиеся в этом году процессы продолжатся и новая российская мультипликация умалится в конечном итоге до полного своего отсутствия. И тогда уже никакие эксперименты и веселые перевертыши ее не спасут.  

Более компактные проекты и более короткие фильмы задали более динамичный ритм Суздальскому фестивалю, который в этом году казался моложе, энергичнее и смелее