Бриллиантовый бренд

Милана Челпанова
26 апреля 2010, 00:00

Смоленское алмазогранильное предприятие «Кристалл» создало уникальную русскую школу огранки алмазов, а теперь пытается повторить свой опыт в ювелирном деле

Знаете, где производится треть всех бриллиантов класса люкс в мире? В Смоленске. Более того, именно в этом городе, казалось бы, далеком от алмазных копей и центров торговли бриллиантами, создана гранильная школа, названная за рубежом russian cut — «русская огранка». По словам Ричарда Шевуда, геммолога из Сарасоты (штат Флорида), термин «русская огранка» стал синонимом высшего качества огранки и используется в качестве квалификационного параметра не только в отношении бриллиантов, ограненных в Смоленске.

Тем не менее даже среди камней уровня russian cut смоленскую огранку, утверждают эксперты Геммологического института Америки, всегда можно отличить от других бриллиантов вроде бы того же уровня исполнения — на русских камнях не удается найти следы полировки.

Поставщик Cartier и Tiffany

Два камня лежат на ладони Александра Казачкова, смоленского огранщика. Один невзрачный. Такой найдешь и выбросишь — камень как камень, ну, разве что, прозрачный. А вот другой — настоящий бриллиант. Сверкает, острые иглы лучиков отраженного света разлетаются в разные стороны.

Превращение алмазов в бриллианты класса люкс уже более сорока лет изо дня в день происходит в этом стандартном на вид цехе завода «Кристалл», в котором я и разглядываю два камня одной природы, но столь различных внешне. Шумят станки. Среди этого заводского шума огранщики кропотливо и осторожно прикладывают камни, закрепленные в специальных держателях, к шлифовальным кругам. Тысячи раз, наверное. А потом внимательно рассматривают их через специальную ювелирную лупу. Результат — russian cut, охотно приобретаемый ведущими ювелирными домами Tiffany, Chopard и Cartier, а стоимость алмаза возрастает как минимум в семь раз.

Смоленское предприятие имеет и собственные представительства в основных «алмазных» центрах мира — Гонконге, Дубае, Антверпене, Нью-Йорке. По словам генерального директора «Кристалла» Максима Шкадова, «это дает возможность полностью проникать в рынок», на который компания экспортирует 98% продукции.

Из рук смоленских огранщиков выходят бриллианты массой от 0,01 до 10 карат. Бывают камни и больше. Самый крупный из ограненных на предприятии — черный бриллиант «Царевич» весом 107 карат. Основными поставщиками сырья являются российская «Алроса» и южноафриканская De Beers, у которой смоленская компания пользуется статусом «сайтхолдера» — привилегированного клиента.

«Кристалл» появился в 1963 году. После открытия во второй половине двадцатого века крупных месторождений алмазов в Якутии Совет Министров СССР принял решение о строительстве в Смоленске первой в стране фабрики по производству бриллиантов, причем сразу не ниже класса люкс. До начала 1990-х в производственное объединение «Кристалл» входили алмазогранильные предприятия в Виннице, Гомеле, Москве и других городах тогдашнего СССР. Сейчас какие-то из них закрылись, какие-то перешли в более массовый и простой сегмент. «Кристалл», принадлежащий государству, остался в высшей лиге.

В прошлом году мировой кризис обрушил рынок бриллиантов на 50%. Индустрии пришлось туго, а вот «Кристалл» преодолел невзгоды достаточно легко: российское правительство предоставило субсидии, на которые предприятие смогло приобрести сырье у алмазодобывающей компании «Алроса». Работа не остановилась. Государство выступило и в роли главного потребителя смоленской продукции — большая ее часть поступила в Гохран.

Таким образом, государство помогло сразу двум фигурантам алмазо-бриллиантового бизнеса — «Кристаллу» и «Алросе», многие добывающие заводы которой являются градообразующими предприятиями. Благодаря своевременной помощи этим компаниям Россия заняла первое место по добыче алмазов в прошлом году, опередив De Beers.

Luxury-конвейер

Смоленское алмазогранильное предприятие — единственное в мире, которое выпускает люксовую продукцию в таких масштабах: на 350–370 млн долларов ежегодно. Мировые производители высококачественных камней — это в основном заводы, на которых работает не более сотни рабочих. На смоленском же предприятии трудится около двух тысяч человек. В общем, смоленский «Кристалл» — массовое производство, которое от серийных предприятий отличает то, что производят здесь эксклюзивные вещи: двух одинаковых по форме и составу алмазов не бывает, поэтому для каждого камня приходится применять индивидуальную огранку и постоянно повышать ее качество — конкуренты ведь не стоят на месте.

Сегодня, например, в Индии, стремящейся повысить свою роль на рынке бриллиантов, технологии огранки существенно слабее, чем на «Кристалле». Но через какое-то время индийцы наверняка научатся обрабатывать алмазы — они уже доказали свою способность к стремительному технологическому росту в других отраслях. А при все еще низких производственных издержках в Индии клиенты «Кристалла» Tiffany, Chopard и Cartier переключатся на индийских поставщиков, если они предложат russian cut по более низкой цене.

Поэтому на «Кристалле» постоянно совершенствуют технологии производства. «Сейчас мы сосредоточены на лазерной обработке, — говорит Максим Шкадов. — На предприятии обработка алмазов практически полностью переведена на лазерный способ. Причем лазерная технология применяется как в обработке алмаза, так и в его распиливании». «Если при механическом распиливании мы теряли три процента, то на лазере — два процента, — подхватывает технолог “Кристалла” Виталий Фокин. — Получается, что на каждом камне мы выигрываем в стоимости один процент — это примерно 25 долларов. Сумма выглядит не особо внушительно, но если учесть, что производительность установки для лазерного распиливания — 100 карат в смену, то получится, что мы ежедневно экономим 2500 долларов. К тому же бывают такие камни, где одна сотая карата стоит и сто долларов, и двести».

Так что очень скоро на «Кристалле» может и вовсе не остаться ни одного шлифовального диска.

Повышать экономичность производства смоленскому предприятию помогает и кооперация с ведущими мировыми компаниями. «Наше предприятие — полигон для всех, кто занимается разработками в области алмазопереработки, причем это не только российские компании, — говорит Максим Шкадов. — Мы работаем с бельгийцами, израильтянами. У нас создана отличная база для внедрения инноваций». Зарубежные партнеры испытывают свои технологические новинки на «Кристалле», а смоляне помимо платы за использование базы получают исчерпывающее знание об испытываемых технологиях и станках и покупают лучшее.

Впрочем, на предприятии создают и собственное ноу-хау. Технологические разработки у «Кристалла» есть на всех стадиях обработки алмазов. Отдел, занимающийся совершенствованием способов огранки, ежегодно получает около 50 патентов на изобретения. «Алмазогранильная отрасль в России — это реальная инновационная площадка, которая, кстати, на свои инновации не просит у государства денег», — говорит Максим Шкадов, потомственный директор (его отец Александр Шкадов был первым руководителем «Кристалла»).

Приобщиться к элите

Однако виртуозный огранщик — это, конечно, высокоценимая деятельность, но все же второстепенная. Высший класс — ювелирное производство, а мечта кристалловцев — стать полноправными членами элитарного клуба ювелиров, наравне с Cartier, Tiffany и прочими мировыми брендами.

Продвижение бренда «Смоленский бриллиант» в высший свет началось семь лет назад. Дело оказалось совсем не простым даже при наличии собственных, лучших в мире бриллиантов. Ювелирному мастерству смоленские дизайнеры обучались в Италии. К созданию украшений привлечены также специалисты, которые работали с Bvlgary. «Смысл создания собственного ювелирного производства — во всей красоте представить тот камень, который мы производим, — говорит Максим Шкадов. — Мы стремимся к уровню Cartier и Tiffany. Думаю, это достижимо».

С экономической точки зрения цель компании — стать производством полного цикла, или, как выражается Шкадов, «еще глубже проникнуть в рынок». Пока смоленские украшения продаются в России примерно в 20 магазинах, а часть — через интернет. До уровня популярности ведущих европейских ювелирных домов смоленскому бренду еще далеко. Тем не менее полный цикл производства создан — огранка алмазов, дизайн и изготовление украшений. Недавно выпущенную коллекцию украшений в русском стиле знатоки оценили высоко. «Кристаллу» уже есть с чем выходить на внешние ювелирные рынки.

Смоленск—Москва