Кто кого просветит

Тигран Оганесян
24 мая 2010, 00:00

Для стимулирования российского рынка медицинского оборудования необходимо привлечь транснационалов. Важно, чтобы вся цепочка НИОКР находилась в пределах России

В середине прошлого года президент РФ Дмитрий Медведев впервые сформулировал пять приоритетных направлений модернизации российской экономики. В этом хорошо известном стратегическом наборе на первый план постепенно выходит задача активного стимулирования отечественного медицинского рынка.

Так, выступая 20 апреля 2010 года в Госдуме с ежегодным отчетом о деятельности правительства, премьер-министр РФ Владимир Путин особо подчеркнул, что ускоренное развитие здравоохранения в нашей стране является на сегодня «государственным приоритетом номер один».

По словам премьера, в течение ближайших двух лет планируется выделить около 300 млрд рублей на модернизацию, ремонт и техническое переоснащение поликлиник и больниц. Еще 136 млрд рублей правительство собирается потратить на повышение уровня медицинской помощи (на зарплату медработникам, лекарства, питание для пациентов, расходные материалы и т. д.) и 24 млрд рублей — на информатизацию отечественных медучреждений.

Основным финансовым механизмом, который должен обеспечить дополнительный приток в госказну необходимых для выполнения этих амбициозных планов денежных средств (в совокупности 460 млрд рублей), станет повышение с 2011 года ставки страховых взносов в Фонд обязательного медицинского страхования (ФОМС) — с 3,1 до 5,1%.

Кроме того, с 2009-го по 2012 год из госбюджета планируется выделить более 250 млрд рублей на реализацию целого ряда приоритетных национальных проектов в области здравоохранения: в 2009 году на эти цели было направлено 55 млрд, в 2010‑м планируется более 56 млрд, а к 2012 году эта сумма достигнет 81 млрд рублей.

Однако, несмотря на столь солидную подпитку отечественного здравоохранения из госбюджета, текущее состояние российского рынка медицинского оборудования и техники (прежде всего его высокотехнологичного сегмента) таково, что без активного привлечения к модернизационному процессу крупных зарубежных инвесторов рассчитывать на успешное решение поставленных высшим руководством страны задач в этой сфере практически невозможно.

В частности, Владимир Путин в своем апрельском докладе в Госдуме отметил, что сегодня в России более 30% всех лечебных учреждений находится в аварийном или требующем капитального ремонта состоянии, многие поликлиники и больницы не имеют достаточного количества оборудования для оказания медпомощи, соответствующей современным требованиям.

По оценкам министра здравоохранения и социального развития РФ Татьяны Голиковой, около 50% оборудования в медучреждениях используется больше десяти лет, хотя предполагается, что оно должно заменяться каждые пять лет.

Печальный диагноз

Для еще более наглядной иллюстрации плачевного состоянии дел в сфере оснащения российских медучреждений современным оборудованием обратимся к официальной рыночной статистике. По данным за 2008 год, общий объем российского рынка медицинской техники и товаров и изделий медицинского назначения составил 99,3 млрд рублей. В 2009 году он уменьшился до 77,9 млрд рублей. Столь заметная «усушка» прежде всего объяснялась посткризисным сокращением закупок со стороны главного и практически единственного заказчика на этом рынке, государства: на сегодня 98% медицинских учреждений в России — государственные, соответственно, львиная доля всех закупок на этом рынке — это госзакупки, которые проводятся госбюджетами различных уровней.

 pic_text1 Фото предоставлено пресс-службой НИПК «Электрон»
Фото предоставлено пресс-службой НИПК «Электрон»

Почти половина этого рынка стабильно приходится на закупки диагностического оборудования. Это так называемое рутинное рентгенодиагностическое оборудование, ангиографы, компьютерные томографы (КТ), магнитно-резонансные томографы (МРТ), аппараты для ультразвуковых исследований (УЗИ) и т. д.: в 2008 году — 44 млрд рублей, в 2009-м — 32,3. В 2010 году суммарные продажи диагностического оборудования предположительно составят 37,1 млрд рублей, а к 2015 году этот сегмент должен вырасти вдвое, достигнув почти 75 миллиардов.

Причем, по сути, лишь по двум направлениям, входящим в этот сегмент, — производству цифровых флюорографов и рутинному рентгенологическому оборудованию (то есть оборудованию базового уровня) — российские производители за последние годы смогли добиться существенных успехов: их доля на флюорографическом рынке России составляет сегодня почти 97%, на рынке рентгеновской «рутины» — около 68%.

Столь радужная картина на рынке цифровых флюорографов объясняется прежде всего тем, что еще в середине 1990-х российское правительство приняло программу по борьбе с социально значимыми заболеваниями (в том числе с туберкулезом), в рамках которой был взят курс на активное приобретение цифровой флюорографической техники. Многие отечественные компании быстро отреагировали на эту инициативу, обещавшую длительный и стабильный спрос на подобную продукцию со стороны государства, и в течение весьма короткого времени на российском рынке появилось множество различных модификаций отечественных цифровых флюорографов.

Благодаря тому, что государство на протяжении долгого времени столь же регулярно осуществляло закупки базового рентгеновского оборудования, схожая ситуация постепенно сложилась и на рынке рутинного рентгена.

Тем не менее эти локальные российские успехи пока отнюдь не делают погоды на рынке диагностического оборудования в целом: так, совокупный объем рыночного подсегмента цифровых флюорографов в 2008 году составил всего чуть более 0,5 млрд рублей, а по рутинному рентгеновскому оборудованию — 5,6 млрд рублей. Превалирующее же положение на диагностическом рынке давно занимает дорогостоящая компьютеризованная техника премиального класса, которая в России производится в мизерных количествах, причем целый ряд ключевых высоких технологий для создания современных продуктов и решений в области КТ, МРТ, ультразвуковой диагностики и ангиографии до сих пор вообще не имеет российских аналогов.

В результате подавляющее большинство имеющегося в РФ диагностического оборудования (89%) сейчас поставляется зарубежными компаниями, а российские производители до сих пор, за очень редким исключением, присутствуют на этом рынке лишь в качестве третьестепенных игроков, вынужденных бороться друг с другом за остатки большого пирога.

Партнерство полного цикла

Насколько реально в обозримом будущем добиться серьезного перелома на этом важнейшем для страны рынке? Вплоть до самого недавнего времени отрицательный ответ на этот вопрос казался вполне очевидным.

Однако сегодня кое-какие основания для осторожного оптимизма все-таки появляются. И прежде всего тут следует обратить внимание на важнейший сегмент большого диагностического рынка — рынок компьютерной томографии, одного из наиболее точных современных методов получения трехмерного изображения внутренних органов, базирующегося на многослойном просвечивании тела рентгеновскими лучами с последующей обработкой полученных изображений (срезов) компьютером.

В 2008 году на его долю пришлось порядка 13 млрд рублей, то есть чуть меньше трети общего объема рынка диагностического оборудования. На протяжении многих лет этот сегмент (как в России, так и во всем мире) достаточно жестко контролируется «большой четверкой» производителей — транснациональными компаниями Siemens, Philips, General Electric и Toshiba.

Все они долгое время с интересом присматривались к российскому рынку, оценивая в том числе и различные варианты организации в нашей стране собственных производственных мощностей.

Еще в начале 1990-х эту идею пытался осуществить Philips, позднее похожий проект в Екатеринбурге предлагал Siemens, но оба начинания, базировавшиеся на отверточной схеме сборки, по разным причинам так и не были реализованы. Наконец, в игру вступила General Electric: 26 ноября 2009 года московская компания «Медицинские технологии Лтд» (МТЛ) и General Electric Healthcare (медицинское подразделение GE) подписали договор о стратегическом партнерстве. На производственных мощностях МТЛ планируется наладить производство спирального компьютерного томографа на твердотельных детекторах под торговой маркой GE Healthcare, то есть опять-таки имеется в виду реализация сборочного сценария сотрудничества.

Эта недавняя инициатива GE, по всей видимости, послужила сильным внешним стимулом для новой инкарнации на российском рынке хайтек-диагностики голландского гиганта Philips, представившего свой проект, который в итоге был реализован в весьма неожиданном и смелом формате. 18 мая 2010 года в Москве было подписано официальное соглашение об инновационном партнерстве полного цикла между Philips и научно-исследовательским производственным комплексом (НИПК) «Электрон» (Санкт-Петербург). В рамках этого равноправного партнерства планируется совместная разработка и производство целого спектра современного медицинского диагностического оборудования, не имеющего аналогов в России. Производство первого аппарата, 16-срезового компьютерного томографа, должно начаться уже в этом году на базе НИПК «Электрон». В дальнейших планах двух компаний (совместной «дорожной карте») также значится выпуск более продвинутого 64-срезового КТ, современного УЗД-сканера, ангио- и коронарографического сканера и первого российского комплекса магнитно-резонансной томографии. Все эти продукты будут представлены на рынке под объединенным логотипом партнерства «Philips-Электрон», причем, согласно заявлениям топ-менеджеров обеих компаний, уже через три года доля российских компонентов во всем этом новом оборудовании должна достигнуть 51%. На данный момент российское ноу-хау в совместных разработках Philips и «Электрона» составляет лишь около 15%, и для скорейшего выхода на заявленный уровень компании создали специальную группу, которая зай­мется активным поиском недостающих технологий в России.

 pic_text2 Фото предоставлено пресс-службой НИПК «Электрон»
Фото предоставлено пресс-службой НИПК «Электрон»

Отметим также, что анонсированный в мае 2010 года совместный голландско-российский проект производства компьютерных томографов нового поколения — это вполне логичное продолжение общей корпоративной стратегии Philips в сфере налаживания производства этого вида диагностического медоборудования в странах с быстроразвивающейся экономикой: в 2009 году местные компании — производители медоборудования, ранее приобретенные Philips, впервые представили 16-срезовый КТ для китайского рынка, а также 16- и 64-срезовые КТ в Бразилии.

В беседе с корреспондентом «Эксперта» старший вице-президент Philips и генеральный директор подразделения Philips «Здравоохранение» в странах с быстроразвивающейся экономикой (CEO of Emerging Markets for Philips Healthcare) Рональд де Йонг подчеркнул: «Россия для нас — десятая страна мира по объемам реализуемой нами продукции, и ее значимость постоянно растет. Поэтому для нас изначально было очень важно найти в России надежного и серьезного партнера, и мы провели очень серьезный предварительный отбор возможных вариантов. Рассматривалось порядка тридцати потенциальных компаний-кандидатов, затем их осталось только три. И со всеми мы некоторое время вели параллельные переговоры. С “Электроном” они начались примерно полтора года назад: первые наши контакты были инициированы в Москве на традиционной международной выставке “Здравоохранение”. Итоговый выбор “Электрона” в качестве стратегического партнера основывался на нескольких факторах, среди которых прежде всего отметим то, что эта компания на протяжении многих лет является абсолютным лидером на российском рынке рентгенодиагностического оборудования и обладает целым рядом собственных технологических разработок мирового уровня и системой менеджмента качества, полностью отвечающей европейским стандартам».

По признанию исполнительного директора НИПК «Электрон» Александра Элинсона, «Philips оказался единственной транснациональной компанией, которая согласилась работать с нами в формате инновационного партнерства полного цикла».

Этот не стандартный для России формат сотрудничества подразумевает, в частности, что обе компании полностью сохраняют свою независимость (естественно, здесь речь идет о независимости российского партнера от голландского).

Что же касается полного цикла, то он включает в себя все основные компоненты — совместную разработку и производство продукции, в рамках которых будет происходить взаимный обмен технологиями, организацию продаж и сервисного обслуживания, а также обучение персонала.

Суммарные инвестиции сторон в первую фазу проекта (с 2008-го по конец 2012 года) составят 600 млн рублей (конкретный расклад долей участников официально не разглашается), общий объем произведенных в рамках этого партнерства продуктов к концу 2012 года — не менее 3 млрд рублей.

По словам Александра Элинсона, «подготовленный и уже запущенный нами производственный комплекс пока позволяет производить до ста компьютерных томографов в год при односменном режиме работы. Но у нас есть существенные ресурсы для дальнейшего роста — как при помощи перехода на двухсменный режим, так и по части расширения производственных мощностей».

Г-н де Йонг полагает, что «в обозримом будущем на базе совместного проекта с “Электроном” мы сумеем закрыть потребности российского рынка в тех продуктах, в создании которых планируем участвовать (прежде всего имеются в виду компьютерные томографы. — Эксперт”). Если позднее мы придем к выводу, что есть какие-то другие области производства в России, в которые мы могли бы инвестировать, такие новые проекты, конечно, вполне возможны, но едва ли мы станем создавать еще что-то подобное на рынке медицинского оборудования, так как наше соглашение с “Электроном” носит эксклюзивный характер».

Тотальный дефицит, и как с ним бороться

Комментируя для нашего журнала новый совместный проект на рынке высокотехнологичного диагностического оборудования, руководитель центра лучевой диагностики ФГУ «Лечебно-реабилитационный центр» Росздрава Валентин Синицын отметил: «Эту инициативу Philips и “Электрона”, безусловно, следует только приветствовать. В настоящее время в России ощущается примерно пятидесятипроцентная нехватка компьютерных томографов: для покрытия этого дефицита отечественные медучреждения нужно оснастить еще 2500–3000 КТ (есть и более радикальные оценки, согласно которым на текущий момент общая потребность России в КТ составляет от 3500 до 5000 единиц. — Эксперт”). Более того, из уже имеющихся сейчас в России примерно 1500 компьютерных томографов почти две трети уже морально устарели, а еще процентов 25 вообще не работает. Запускаемый в производство на первом этапе 16-срезовый КТ — это аппарат среднего класса. Элитные машины, конечно, обладают несколько лучшими техническими параметрами, но эта разница составляет от силы 20–30 процентов, то есть для основной области диагностического применения они практически идентичны по качеству. Если же в дальнейшем Philips и “Электрон” перейдут к производству 64-срезовых КТ, которые уже относятся к элитному сегменту, хороший баланс между необходимостью и достаточностью этого вида диагностического оборудования в России будет, по всей видимости, почти полностью достигнут».

Согласно предварительным прогнозам Александра Элинсона, ориентировочная стоимость 16-срезового КТ для российских ЛПУ составит от 20 до 30 млн рублей в зависимости от комплектации. По мнению г-на Синицына, такой ценовой уровень на сегодня выглядит весьма привлекательным для российского рынка и должен при прочих равных обеспечить новому продукту очевидные конкурентные преимущества.

Что же касается другого важного сегмента рынка диагностического оборудования — магнитно-резонансных томографов (метод МРТ основан на измерении электромагнитного отклика ядер атомов водорода на возбуждение их определенной комбинацией электромагнитных волн в постоянном магнитном поле высокой напряженности), общая ситуация на нем пока во многом схожа с той, которая наблюдается сегодня на рынке КТ. Так, в недавно опубликованном докладе министра здравоохранения и социального развития РФ Татьяны Голиковой о развитии ядерной медицины, в частности, отмечается, что сегодня в Российской Федерации потребность в магнитно-резонансных томографах составляет около 1400 единиц (альтернативная оценка — порядка 2000), тогда как существующий парк МРТ включает в себя лишь около 250 высокопольных магнитов и около 200 магнитов открытого типа (включая частные МРТ).

Серийное российское производство МРТ до сих пор так и не налажено, хотя отдельные попытки создания опытных образцов предпринимались в нашей стране неоднократно начиная еще с 1980-х, и некоторое количество доморощенных низкопольных аппаратов (с магнитной напряженностью 0,2–0,3 тесла) в настоящее время все-таки производится. Однако в развитых странах мира такого рода продукция сегодня уже практически не востребована: в той же Европе, по словам Валентина Синицына, 90% парка МРТ в государственных медучреждениях приходится на высокопольные аппараты с напряженностью 1,5 тесла и еще 10% — на трехтесловые томографы (низкопольные же разновидности сохранились лишь в ряде небогатых частных медцентров).

Чтобы попытаться преодолеть этот очередной высокотехнологический дефицит, России, по всей видимости, следует пойти по тому же пути, который уже был предложен на рынке КТ: создавать совместные производства МРТ с ведущими мировыми производителями этого медоборудования (и, как отмечалось выше, новый совместный проект «Philips-Электрон» предусматривает такой вариант дальнейшего сотрудничества двух компаний).

Наконец, помимо компьютерной и магнитно-резонансной томографии отдельного упоминания требует новейший сегмент позитронно-эмиссионных томографов (ПЭТ). Общая ситуация с ПЭТ недавно подробно описывалась в нашем журнале (см. статью «Спросите у позитронов», «Эксперт» № 35 за 2009 год), поэтому здесь имеет смысл лишь ограничиться очередным набором сравнительных статистических данных, которые едва ли нуждаются в дополнительных комментариях.

В США сегодня работает 300 полных центров позитронно-эмиссионной томографии, а также более 1500 отделений, оснащенных позитронно-эмиссионными томографами. В России же реально функционирует всего лишь семь (!) центров ПЭТ (три в Москве, три в Санкт-Петербурге и один, с 2010 года, в Челябинске). В официальных планах российского Минздрава пока значится, что «к 2016 году в России будет действовать не менее 14 центров позитронно-эмиссионной томографии» (цитата из вышеупомянутого доклада Татьяны Голиковой).