Кризис закончился. А спокойствия нет

Владимир Козлов
генеральный директор аналитического центра «Эксперт Юг»

Все регионы России выходят из кризиса. Однако если европейский Юг и Юг Сибири уже перешли в фазу осмысленного роста, то положение Урала, Северо-Запада и особенно Поволжья остается очень тяжелым

В этом номере мы публикуем уже ставший традиционным обзор макроэкономической ситуации в регионах России, который делается силами наших региональных филиалов. Таким образом, мы имеем взгляд изнутри, который не позволяет быть ни чрезмерно оптимистичными, ни чрезмерно пессимистичными.

Основных трендов два. Первый — очевидный: кризис закончился во всех регионах страны, но нигде нет чувства стабильности и абсолютной уверенности в завтрашнем дне. Это связано прежде всего с сохраняющейся просроченной задолженностью как банкам, так и контрагентам из реального сектора и с очень высокой долей нерентабельных предприятий практически во всех регионах страны. По поводу последнего тем не менее стоит отметить, что размеры убытков очень быстро сокращаются, и, по-видимому, во второй половине года ситуация с этим показателем улучшится.

Второй тренд — перемещение эпицентра экономического роста на Юг России: на Юг европейский и Юг Сибири. Это видно даже не столько по макростатистике, сколько по тому, есть ли структурные сдвиги в приоритетах экономических игроков. Они ясно прослеживаются на европейском Юге, где бурно развивается сельское и портовое хозяйство, и на сибирском Юге, бизнес которого решается сделать ставку на инновационную экономику. Это логично, учитывая «оборонный запас» советских времен, но и само по себе свидетельствует о достаточно уверенном финансовом положении региона.

Для тех, кто судит об экономической динамике из Москвы, само по себе перемещение эпицентра роста из старых индустриальных регионов на юг — очень важный положительный сигнал, так как такие мощные региональные процессы автоматически рождают огромный спрос на инвестиции, а значит, стимулируют экономический рост страны в целом. Однако для старых индустриальных регионов — прежде всего Урала и Северо-Запада, а также Поволжья — наступают очень непростые времена. Им нужно серьезно думать, какую роль в региональном разделении труда они возьмут на себя. Пока эта специализация никак не проявляется.

Урал: пульс стабильный

На вопрос, растет ли экономика Уральского региона, уже полгода можно дать положительный ответ. Данные статистики с учетом сезонности, а также косвенных показателей первого квартала 2010 года убедительно свидетельствуют: восстановление идет. Без учета «особых» с экономической точки зрения тюменских северов ХМАО—Югры и ЯНАО, все остальные регионы Урала и Западной Сибири отыграли примерно треть падения промышленного производства, а Башкирия, самая диверсифицированная экономика, — полностью. Важнейший косвенный показатель будущего инвестиционного спроса и доходов региональных бюджетов — сальдированный финансовый результат предприятий (прибыль минус убытки), который был чуть ниже нуля в первом квартале 2009 года, восстановился до 72 млрд рублей (70% от докризисного уровня первого квартала 2008 года) без учета тюменских северов. Фактически все субъекты показали существенное восстановление прибыли, за исключением Челябинской и традиционно депрессивной Курганской областей. Причем по Челябинской области даже 40% — результат не такой уж плохой с учетом того огромного падения, которое она пережила в прошлом году.

Есть и другие положительные сдвиги. С декабря прошлого года, по данным строителей, идет спрос на экономжилье. В конце прошлого года его еще можно было объяснить сезонными факторами, однако сохранение тенденции в январе — марте говорит о том, что тенденция устойчива. Все без исключения торговые сети и 80% опрошенных нами компаний связи и телекома показали прирост по отношению к 2008 году. И если по связи результат согласуется с макростатистикой, то результат торговли связан исключительно с перераспределением в пользу сетей сжимающегося потребительского спроса, что хорошо.

Деньги металлургов (цены и спрос на медь — «экономикообразующий» металл Свердловской области — за прошедшее время отыграли падение 2008–2009 годов полностью, на сталь, алюминий, цинк — частично) понемногу начинают доходить до сервисных сегментов, и есть надежа на продолжение тенденции за счет этих секторов во втором полугодии.

Другая точка роста — ВПК. На треть выросший портфель экспортных заказов «Рособоронэкспорта», который, по уверениям ведущих экспертов, обеспечит российский ВПК заказами на ближайшие пять лет, дает основания для хороших прогнозов в отношении целого ряда системообразующих предприятий в регионе. Благодаря страновой диверсификации экспорта истребительной авиации, еще несколько лет назад в основном приходившегося на Китай и Индию, начинающимся в текущем году поставкам ВС России новейших истребителей, а также экспортным военно-морским контрактам, перспективы задействованных в этих цепочках крупнейших предприятий Свердловской области и Башкирии выглядят просто замечательно. Но успехи крупного бизнеса, которые формируют положительные статистические показатели, заслоняют проблемы в тех секторах, с которыми мы связывали надежды будущей структурной перестройки уральской экономики.

Урал: «газели» запнулись

Печально, что главными пострадавшими в кризис стали динамичные компании среднего бизнеса. По итогам 2008 года на Урале и в Западной Сибири насчитывалось примерно полторы сотни «газелей» — компаний среднего бизнеса, поддерживавших на протяжении предыдущих четырех лет темпы роста не ниже 30% в год с выручкой от 10 млн до 300 млн долларов (этот проект, призванный выявить драйверов роста новой экономики, «Эксперт» ведет с 2007 года). По предварительным данным за 2009 год, по Уралу только 20% из них сохранили объемы выручки на уровне 2008 года и нулевую прибыль. Грустно. Надежда на изменение структуры экономики региона в пользу секторов, если не инновационных в прямом смысле, то хотя бы с большей долей интеллектуального труда по сравнению с нынешними, падает.

С другой стороны, и это показывают предварительные итоги нашего опроса «экс-газелей», многие из них, потеряв в кризис, сумели найти новые перспективные ниши, связанные с рынками сбыта в странах СНГ и дальнего зарубежья и поглощением своих менее удачливых конкурентов. «В прошлом году в стране были остановлены глобальные инвестиционные стройки почти во всех регионах, кроме разве что Татарстана. Мы компенсировали это падение выходом на рынок СНГ и, если бы по собственной глупости не потеряли контракт в Европе, сохранили бы объемы реализации на уровне 2008 года, а так пришлось сжаться на 27 процентов» — свидетельствует один из предпринимателей.

Урал отличает от других регионов очень низкая долговая нагрузка регионального бюджета перед федеральным центром. Не более 10% от размера бюджета по сравнению с 40% и даже 70% в других областях страны

Урал: ошибка федерации

Следует отметить возникновение проблемы — регионы вместе с тотальным падением сборов по налогу на прибыль прошлого года лишились даже того уровня финансовой самостоятельности, который имели до 2008 года. Большинство регионов страны подсело на бюджетные кредиты: средний долг субъектов федерации к доходам бюджета региона составил к 1 марта, по данным Независимого института социальной политики, 25%. Однако уральские регионы сохранили большую тягу к федерализму: из 26 регионов, где долг не превысил 15% доходов бюджета, восемь (из десяти) уральских. Причем у наиболее пострадавших Свердловской и Челябинской областей этот показатель не превышает 10%. Урал и Западная Сибирь практически в полном составе заткнули кризисные дыры, не прибегая к масштабным займам и не закрывая тем самым себе возможности использования кредитов в будущем, но уже не на затыкание дыр, а на развитие. Смогут ли они реализовать эту хорошую возможность?

К сожалению, на этом пути есть препятствие. В половине из десяти субъектов Урала и Западной Сибири — Свердловской, Челябинской, Оренбургской областях, ХМАО—Югре и ЯНАО — за последний год сменились либо меняются губернаторы. Несмотря на очевидную необходимость замены губернаторов на новые молодые кадры, хуже момента для этих изменений федеральная власть придумать не могла. Легко понять, что ближайший год — это год смены команд, выстраивания новых систем балансирования интересов крупного бизнеса и власти, пересмотра прежних неформальных договоренностей. Тем более что речь идет о смене команд, работавших не одно десятилетие. Наивно полагать, что этот процесс никак не отразится на активности бизнеса. Очевидно, задачи развития и риски принятия на себя дополнительных обязательств, по крайней мере в текущем году, отойдут в этих регионах на второй план. Тем самым уникальная возможность развития за счет наращивания кредитной нагрузки на сильные бюджеты может быть упущена.

Сибирь: в привычной колее

Стагнация первой половины 2009 года в нынешнем году сменилась ростом. Если индексы января — марта прошлого года демонстрировали снижение по всем направлениям (добыча полезных ископаемых в Сибирском федеральном округе составила тогда 98,1% к соответствующему периоду предыдущего года, обрабатывающие производства упали до уровня 86,5%, а в целом индекс промышленного производства был на уровне 91,7%), то в аналогичный период текущего года индекс промышленного производства составил 111,1%. Наибольшее влияние на его изменение оказала добывающая отрасль — 123% к январю — марту 2009 года, в сфере обрабатывающих производств — только 106,4%.

Это говорит об отсутствии каких-либо структурных изменений в экономическом развитии Сибири. Теперь это очевидно. Деловая активность по мере оживления экономики вновь сосредоточилась на сибирских месторождениях, и в работу вернулись проекты, замороженные на время кризиса. Например, в марте компания «Сибирь-Полиметаллы» (Уральская горно-металлургическая компания) заявила о начале работ на полиметаллических месторождениях в Алтайском крае. В феврале Байкальская горная компания (входит в холдинг «Металлоинвест») объявила конкурс на обоснование технологической схемы проектирования горно-металлургического комбината на Удоканском месторождении меди в Читинской области. Изначально «Металлоинвест» планировал начать строительство ГОКа в 2010 году, но не рискнул в кризис затевать столь большое дело.

Заявила о себе и Восточно-Сибирская нефтегазовая компания («дочка» «Роснефти»), активизировав работы на Юрубчено-Тохомском нефтегазоконденсатном месторождении. Здесь построены площадки для разведочного бурения, завезены оборудование и материалы. «Роснефть» в начале года сделала оптимистичное для отрасли заявление — достичь максимального уровня добычи нефти на Ванкоре, около 400 тыс. тонн в сутки, к 2014 году.

В угольной отрасли тоже наблюдается некоторое оживление. Угольщики планируют инвестиции, выигрывают лицензии на разработку новых месторождений. Увеличить инвестиции планировала и Распадская угольная компания (в текущем году предполагалось вложить в развитие 3,5 млрд рублей), однако взрывы на шахте радикально изменят планы компании и, скорее всего, скажутся на ситуации в угольной отрасли в целом. Ужесточение требований к компаниям со стороны контролирующих органов, расширение полномочий «Ростехнадзора» автоматически повышают риски инвесторов и расходы на освоение месторождений. В ближайшее время в Сибири ожидают снижения деловой активности в этой сфере.

Авария на Саяно-Шушенской ГЭС не привела к особой инвестиционной активности энергетиков по отношению к Сибири. Не желая производить избыточную энергию, они слегка сократили инвестпрограммы и, по-видимому, рассчитывают зарабатывать на свободном энергетическом рынке

Сибирь: энергетики экономят

Тенденции в энергетике Сибири определяет другая авария — на Саяно-Шушенской ГЭС. Значительную часть вновь подключенных генерирующих и передающих мощностей пришлось досрочно выводить из планового ремонта. Между тем износ оборудования на большинстве теплостанций составляет 50–70%, и внеплановый режим работы чреват серьезными рисками. К тому же на теплоэлектростанциях, принявших на себя основную нагрузку, себестоимость производства выше, чем на Саяно-Шушенской ГЭС. В первые дни после аварии, по данным НП «Совет рынка», индекс равновесных цен в ценовой зоне Сибири вырос на 18,9%. В результате некоторые ТЭЦ были вынуждены работать в убыток. К тому же снизилось на 4,6% энергопотребление, хотя минувшая зима была очень холодной.

В этих условиях большинство энергокомпаний пересмотрели свои инвестиционные программы. ОГК-2 намерена отказаться от модернизации Ставропольской ГРЭС, мощности которой загружены лишь на 50%. ОГК-3 попросила о корректировке инвестпланов в Сибири во избежание переизбытка мощностей после завершения строительства Богучанской ГЭС. «Иркутскэнерго» предложила в районе Тайшета построить пока энергоблок мощностью 330 МВт (против первоначальных 1000 МВт), что связано с переносом сроков запуска Тайшетского алюминиевого завода и увеличением мощности парогазовой ТЭС, работающей на газе северных месторождений, в районе Усть-Кута (мощность составит 1200 МВт вместо 330 МВт по первоначальному плану). ТГК-11 (Омская и Томская области) в прошлом году приняла альтернативную инвестпрограмму — увеличить выработку на уже действующих мощностях, — что позволило сократить инвестиции с предполагавшихся 23,5 млрд рублей до 8,3 млрд.

Собственно, кампания по ревизии инвестиционных планов в Сибирском регионе началась еще в середине 2008 года, когда стало ясно, что заложенный в концепции долгосрочного развития России прогноз роста энергопотребления на 3,8–4% в год не оправдывается. Согласно новому правительственному прогнозу, до 2020 года потребление будет ежегодно увеличиваться лишь на 1,9–2,8%. А увеличение неплатежей за потребленную энергию, вызванное кризисом, и труднодоступность банковских кредитов лишь укрепили энергетиков в том, что от «громадья планов» нужно отказаться.

Проблемы растущих цен на энергоносители и увеличения инвестиций в модернизацию мощностей сибирские энергетики будут решать за счет увеличения стоимости отпускаемой энергии на свободном рынке. В европейской энергозоне конкурентные цены составят в среднем 800–820 рублей за 1МВт•ч, что на 20% выше уровня 2009 года, полагает Александр Селезнев, аналитик ФК «Уралсиб». В Сибири прогнозировать цены сложнее, так как непросто сбалансировать потребление и производство. К тому же здесь не всегда прозрачна цена на топливо, а у крупных конечных потребителей существует возможность с помощью объема своих заявок влиять на цены. Тем не менее средняя цена на оптовом рынке Сибири может увеличиться примерно на 12%, до 500–520 рублей за 1МВт•ч. Для сравнения: регулируемые энерготарифы на 2010 год были подняты для промышленных потребителей на 7,6%, для населения — на 10%.

Сибирь: национальная идея

Интересная тенденция нынешнего года — пристальное внимание к вопросу инновационного развития Сибири. Крупных проектов немного, но инновации стали своего рода сибирской национальной идеей. Наиболее успешно в заданном направлении движется Томская область, где в кризис этот сектор экономики продемонстрировал хороший рост. В 2009 году производство в инновационном секторе Томской области выросло на 15% в сравнении с 2008 годом и достигло 9 млрд рублей.

В Новосибирской области продолжается строительство технопарка в Новосибирском научном центре. В 2009 году были разработаны бизнес-план и концепция развития технопарка, подготовлены первые инвестиционные договоры с компаниями-резидентами, строятся лабораторные и производственные корпуса. Из 14 запланированных объектов инженерной инфраструктуры в эксплуатацию сдано шесть. В 2010 году планируется завершение строительства производственного здания № 1, в сентяб­ре — завершение строительства корпуса наноструктурированных материалов. Кроме того, в 2010 году намечено начало строительства комплекса зданий IT-кластера и центра коллективного пользования.

Кемеровская область заявила о намерении создать собственный академгородок, в который войдут три новых института, в том числе Институт металлургии и проблем освоения техногенных месторождений. При вузах области началось формирование пула малых инновационных предприятий — в нынешнем году их будет двенадцать. В Омской области создана Омская инвестиционная компания, задача которой — развивать инновационное направление. По мнению Геннадия Гусельникова, заместителя председателя исполкома межрегиональной ассоциации «Сибирское соглашение», «сегодня инновационное направление не имеет законодательного обеспечения, которое разграничивало бы полномочия разных уровней власти. Поэтому инициатива субъектов федерации позволит сформировать инновационную систему России».

Однако для того, чтобы система заработала, государство должно принять меры, которые обеспечили бы спрос на инновационную продукцию. Ирина Травина, председатель совета директоров ассоциации «СибАкадемСофт», директор ЗАО «СофтЛаб» (Новосибирск), отмечает, что государство могло бы поддержать инновационные компании крупными заказами. «Всем известно, что Стэнфордский и Массачусетский университеты вышли на нынешний уровень за счет государственных, военных заказов, — говорит Травина. — Почему бы и нашему государству не сформировать пакеты заказов в любой актуальной для российской экономики сфере».

Сегодня в Сибири начинает формироваться концепция, суть которой — кооперация регионов, занимающихся своими наборами компетенций. «Томск и Новосибирск традиционно являются крупными поставщиками инноваций. Для Омской области характерны высокоразвитые производственные мощности в машиностроении. Для Алтайского края — в сельском хозяйстве, — говорит Денис Иовлев, руководитель сектора информационной политики ЗАО “Инновационная Бизнес-Группа” (ИБГ, Омск). — Определив ключевые компетенции регионов, мы сумеем сформировать стратегию инновационного развития каждой территории». Таким образом будет достигнут синергетический эффект, который позволит не распылить ресурсы и существенно повысить инновационный потенциал Сибири.

Юг: подъем очевиден

В этом году впервые Южный и Северо-Кавказский федеральные округа предстали как регионы с разными скоростями развития. Так, в первом квартале 2010 года ЮФО уже развивался: темпы роста промышленности ниже среднероссийского уровня (5,8%) только в Краснодарском крае (2,5%), во всех остальных субьектах — выше. В то же время из семи территорий СКФО росли лишь три, лидеры по темпам здесь Карачаево-Черкесия (12,5%) и Ставропольский край (7,8%). Наибольший вклад в динамику роста внесли обрабатывающие производства — в этой сфере инвестиционный процесс, кажется, наладился. Если год назад новостью считалось сообщение банка о выданном предприятию кредите, то в этом году повестка пестрит новостями о начале разного рода проектов.

Важным событием первого квартала стало оживление строительства. По данным Росстата, в январе — марте объем вводимых жилых площадей в ЮФО вырос на 11,4%, а в СКФО — на 14,1%.

Вторым сектором бурного роста стало птицеводство. В марте ООО «Югптицепром» (Краснодарский край) запустило в тестовом режиме крупнейший в ЮФО завод по убою бройлеров проектной мощностью 106 тыс. тонн в год. Это первая очередь комплекса замкнутого цикла. В России сегодня действуют десять подобных комплексов.

В апреле группа агропредприятий «Ресурс», крупнейший инвестор птицеводческой отрасли Юга России, успешно завершила более чем полугодовые переговоры со Сбербанком о предоставлении кредита на реализацию второго этапа своей инвестпрограммы по модернизации и наращиванию производства мяса птицы. До конца 2010 года компания планирует выйти на объем 140 тыс. тонн.

Аналогичные процессы идут и в других регионах. В Волгоградской области животноводческая компания ОАО «Краснодонское» приступила к созданию вертикально интегрированного холдинга, включающего полную производственную цепочку, от выращивания зерновых для производства комбикормов до реализации полуфабрикатов из птицы и свинины. В Ставропольском крае ООО «Мегаферма 2» приступает к реконструкции производства по выращиванию цыплят-бройлеров.

Юг России сегодня один из самых быстрорастущих регионов. Причем инвестиционная активность здесь диверсифицирована. Это и птицеводство, и портовое хозяйство, и энергоресурсы, и высокие технологии

Юг: модернизация портового хозяйства

На Юге России активно модернизируются порты, которые планируют серьезно побороться за восстанавливающиеся грузопотоки. Уже в этом году в Туапсинском морском торговом порту (принадлежит Universal Cargo Logistics Holding BV, транспортному холдингу, близкому к владельцу НЛМК Владимиру Лисину) запущена в эксплуатацию вторая очередь зернового терминала мощностью перевалки 2,4 млн тонн в год. По утверждению генерального директора НМТП Игоря Вилинова, уже начато перевооружение работающего с августа 2008 года терминального комплекса ОАО «Новороссийский зерновой терминал». Перевалочные мощности увеличатся с 4 млн до 6 млн тонн в год.

Одну из самых амбициозных задач поставило перед собой руководство ФГУП «Махачкалинский морской торговый порт» (ММТП), начавшее второй этап модернизации и рассчитывающее к 2015 году нарастить грузооборот с нынешних 7,9 млн до 15–20 млн тонн, тем самым сделав порт основным пунктом нескольких международных транспортных коридоров.

В порту Темрюк компания ООО «Мактрен-Нафта» уже во втором квартале намерена запустить вторую очередь единственного в России LPG-терминала (перевалка сжиженного углеводородного газа, СУГ) мощностью 300 тыс. тонн в год.

Самые большие надежды в кубанской администрации связывают с портом Тамань, в районе мыса Железный Рог, официально открытым в прошлом году. Там уже несколько лет реализуют свои проекты три мощных инвестора: корпорация «Тольятти-азот» (терминал по перевалке аммиака с хранилищем на 100 тыс. тонн), ЗАО «Таманьнефтегаз» (терминал по перевалке сжиженного газа мощностью 10,5 млн тонн в год) и ООО «Пищевые ингредиенты» («дочка» группы компаний ЭФКО).

Юг: углеводородное счастье

Астраханская область показала почти двадцатипроцентный подъем в сфере добычи полезных ископаемых, и к концу года темпы роста ее экономики будут весьма высоки. Весной на Северном Каспии началась промышленная эксплуатация первого на Юге России шельфового месторождения. В ближайшие годы инвестиции составят порядка 12 млрд долларов. Часть каспийской нефти пойдет на экспорт, другая — на переработку на Волгоградском НПЗ (дочернее предприятие «ЛУКойла»). Газ поступит на электростанции ТГК-8, которая тоже входит в энергетическое подразделение нефтехолдинга, а также по трубопроводу в селение Артезиан (Калмыкия), а затем на строящийся газоперерабатывающий комплекс в Буденновске (Ставропольский край). Таким образом, проект «ЛУКойла» в среднесрочной перспективе благоприятно повлияет на промышленную динамику целого ряда южных регионов.

С перспективами Северного Каспия связан и астраханский проект «Газпрома». В мае губернатор Астраханской области Александр Жилкин и председатель правления ОАО «Газпром» Алексей Миллер подписали соглашение о строительстве завода по выпуску полиэтилена мощностью 150 тыс. тонн в год и ТЭЦ мощностью 230 МВт для обслуживания объектов дочерней компании ООО «Газпром добыча Астрахань». По предварительным оценкам, сумма инвестиций в завод может составить 12 млрд рублей.

Поволжье: жизнь с убытками

Индекс промышленного производства в Поволжье в первом квартале текущего года существенно увеличился. За первые три месяца года ВРП составил 772 млрд рублей, что на 25% выше результатов аналогичного периода прошлого года. Росли практически все регионы. Так, при среднероссийской динамике в 6% промышленность Нижегородской, Кировской, Ульяновской и Костромской областей показала более чем 10%. Промышленники республик Мордовия и Марий Эл преуспели еще больше: там подошли к 30%. Особняком в этом списке стоит Ярославский регион — существенное падение производства в сырьевом сегменте (–23,2%) определило общий негатив.

Однако в отличие от других регионов страны в Поволжье нет настоящего ощущения выхода из кризиса. Практически все эксперты сетуют, что качественных изменений в поволжской экономике не произошло. Сырьевой сектор только усиливает свои позиции. Так, если предприятия по добыче полезных ископаемых обеспечили себе прирост на 50, 70% и выше, то в обрабатывающем сегменте темпы роста скромнее. Поволжские строители вообще показали разнонаправленную динамику по отдельным регионам: в Нижегородской области и Чувашской Республике объемы выполненных строительных работ увеличились, а в Кировской, Ярославской, Самарской областях упали более чем на 20% по отношению к первому кварталу 2009 года. В Ульяновском регионе снижение составило вообще 45%.

Сегменты оптовой и розничной торговли, сферы услуг, имеющие значительную долю в ВРП Поволжья, двигались в разных регионах по-разному. В Республике Татарстан по данным группам был отмечен скромный, но прирост, а в Самарском регионе показатели опустились ниже нуля. Подобная картина и в Ярославской области.

Не внушают особого оптимизма и продолжающиеся процессы ликвидации юридических лиц. Надо сказать, что с сентября прошлого года количество вновь открывшихся компаний стабильно увеличивалось — за февраль 2010 года их насчитывалось 5,3 тыс. Вместе с тем ликвидационная динамика тоже оказалась высокой: количество «ушедших на покой» компаний достигло к началу марта 3,2 тыс. по макрорегиону. Большое число ликвидируемых компаний наводит на мысль, что поволжскому бизнесу действительно сложно.

Судя по анализу финансового состояния у крупных и средних поволжских компаний, проблем не меньше, чем год назад. Объем долгов крупных поволжских предприятий на начало марта этого года оказался даже больше, чем в прошлом году: показатель вырос в среднем на 8%. Объем неплатежей, напротив, устремился вниз, однако и по сей день доля просрочки продолжает оставаться высокой. В Ульяновской области — 14,7% от общего объема долгов, в Ярославской — 15,7%, в Кировской — 19,4%.

Тема минимизации рисков, связанных с неплатежами, увы, не теряет своей остроты в условиях сохраняющегося низкого спроса на продукцию поволжских производителей на внутреннем рынке. Общий показатель рентабельности продаж говорит, что эффективность коммерческой деятельности крупных компаний оставляет желать лучшего. В среднем по России рентабельность снизилась на 2,5%, в Саратовской области — на 5,5%, в Мордовии — на 7,4% по отношению к 1 января 2009 года. По этому показателю хуже всего себя чувствуют предприятия обрабатывающего сегмента, однако и здесь есть улучшения. Так, суммарный убыток предприятий — производителей механического оборудования в среднем по макрорегиону снизился с 236 млн до 4 млн рублей по состоянию на 1 марта 2010 года.

Поволжье: маленький и выносливый

В отличие от крупняка поволжской экономики, получившего невероятную по объемам государственную поддержку, малый бизнес внимания и заботы со стороны государства не удостоился и выбирается из кризисной ямы сам, демонстрируя способность выживать даже в самых жестких условиях. Более того, в отраслевой структуре малого предпринимательства произошли некоторые положительные сдвиги: общая выручка увеличилась, а доля оптово-розничного сегмента снижается. Это дает основания утверждать, что в перспективе малый бизнес в поволжских регионах станет более дифференцированным и перекос в сторону торговли, характерный для 2007–2008 годов, сойдет на нет.

Процесс пошел бы быстрее, если бы удалось наконец решить проблему дефицита денежных средств. Более половины опрошенных предпринимателей ставят данный фактор, препятствующий развитию их бизнеса, во главу угла. Однако если раньше банковский кредит худо-бедно выдавался, то теперь кредитование малого бизнеса практически замерло, хотя с ликвидностью у банков полный порядок.

В этих условиях место российских банков пытаются занять активизировавшиеся иностранные инвесторы. Суммарный объем иностранных вложений в поволжские регионы за прошедший год достиг 4,3 млрд долларов, из которых 2,5 млрд пришлись на второе полугодие. Иностранцев интересует главным образом обрабатывающий сегмент. В апреле этого года журнал «Эксперт Волга» (см. «Обработают по-заграничному» в № 13–14 за 12 апреля 2010 г.) провел исследование, посвященное анализу иностранных инвестиций в экономику Нижегородской области. Наибольшая часть средств (более 80%) пошла в обрабатывающую промышленность. Пять из двенадцати рассмотренных нами инвестиционных проектов планируется запустить уже в текущем году.

Поволжье постепенно становится самым депрессивным регионом России. Специализация региона никак не складывается. Однако в последнее время заметны инвестиции иностранцев в малые компании обрабатывающего сектора

Северо-Запад: рост разными темпами

Тенденции в экономике Северо-Западного федерального округа в первом квартале этого года говорят о первых признаках стабилизации социально-экономического положения региона в целом. По итогам 2009 года спад в экономике округа был одним из наиболее существенных в стране. Сокращение производства в округе составило 11,4%. Северо-Запад опередили только Центральный федеральный округ — 14,9% и Приволжский — 12,8%.

В нынешнем году, по данным Росстата, рост промышленного производства округа составил 10% по отношению к аналогичному периоду прошлого года, что превышает общероссийские 5,8 %. И это несмотря на то, что в экономике региона доля обрабатывающей промышленности, наиболее пострадавшей в кризис, сравнительно высока. Отчасти подобное развитие было обеспечено мерами по стимулированию региональных металлургии, автопрома и оборонной промышленности.

Как отмечает Николай Межевич, заведующий лабораторией Института проблем региональной экономики РАН, экономическое положение в СЗФО следует оценивать как умеренно устойчивое: «В кризисные моменты развития важно уверенное движение в среднем темпе, нежели быстрый рывок или очевидное отставание. Именно это мы и видим в СЗФО».

Что касается регионов, входящих в округ, то их темпы восстановления во многом определяются отраслевой спецификой каждого. В большей степени в кризис пострадали территории, где преобладают обрабатывающие производства, а регионы, ориентированные на добычу полезных ископаемых, особенно углеводородного сырья, просели меньше. Так, в Республике Коми падение производства по итогам прошлого года составило 1,4%, а в Ненецком автономном округе (НАО) был отмечен существенный рост — до 30%, обусловленный прежде всего инвестициями в разработку новых месторождений. В Санкт-Петербурге, где значительна доля обрабатывающих производств, сокращение составило 20,1%, а в Новгородской области, где доминируют пищевое производство и деревообработка, — 19%. Похоже выглядит и структура роста. В январе — марте 2010 года прирост промышленного производства в Коми составил 3,8%, а в НАО — 3,5% по сравнению с аналогичным периодом прошлого года, а вот в Санкт-Петербурге этот показатель равен всего 0,9%.

Однако при относительно невысоком темпе Петербург и Ленинградская область выглядят неплохо с точки зрения финансовой устойчивоси. Ленобласти вообще удалось удержать экономику от резкого падения в 2009 году — сокращение промпроизводства там составило 6,2%, что почти в два раза меньше, чем в среднем по округу. Что касается Петербурга, то, по словам Александра Осина, главного экономиста УК «Финам Менеджмент», данные Минрегионразвития о доле прибыльных предприятий и просроченной задолженности по заработной плате показывают, что наиболее стабильная ситуация в округе наблюдается в Петербурге. «Во многом это связано с улучшением ситуации в финансовом секторе, сконцентрированном в региональном центре. Кроме того, в данном случае, возможно, сказались положительные тенденции в металлургии, химической промышленности, оборонке и отдельных секторах обрабатывающей промышленности», — говорит экономист.

Сложнее и длительнее будет процесс стабилизации в депрессивных регионах, например в Псковской области. «Здесь отмечалось меньшее развитие кризисных тенденций, но и быстрых темпов восстановления ожидать не приходится, — считает Межевич. — Локомотивом роста в наиболее развитых регионах, например, в Карелии и Коми, конечно же, могли бы служить отрасли специализации — лесная и целлюлозно-бумажная промышленность. Однако они не восстановились от кризиса полностью».

Северо-Запад: Европа подводит

Наиболее тревожным сигналом, означающим, что на быстрый выход из рецессии экономики СЗФО, в том числе и ключевого региона округа — Санкт-Петербурга, рассчитывать не стоит, остается положение в строительной отрасли. Сокращение объема работ в 2009 году было в СЗФО наибольшим среди всех видов деятельности — на 19,6%, тогда как в России в целом — на 16%. В первые месяцы текущего года эта тенденция в округе сохранилась, а по России снижение существенно замедлилось. Так, объемы строительства жилых домов в СЗФО составили 80,9% от уровня аналогичного периода прошлого года, в Петербурге — 83,6%, по России — 91,7%.

Отчасти это связано с высокой закредитованностью многих отраслей СЗФО, в том числе и строительной. Что подтверждают и данные по объему просрочки по кредитам юридическим лицам. В СЗФО она составила 7,4% против 5,8% в среднем по России. Банкиры Северо-Запада говорят, что плохие долги останутся главной проблемой текущего года. Банкиры ожидают роста рынка кредитования, но качественных заемщиков по-прежнему немного. Доля неприбыльных предприятий по итогам первого квартала равна 40%. Высокий уровень просрочки и доли неприбыльных предприятий повышает вероятность стагнации в региональном кредитовании, что будет сдерживать процесс восстановления экономики и «создавать риски развития W-образной динамики основных макроэкономических показателей», как полагает Осин.

Вызывает тревогу и ситуация с реальными денежными доходами населения, которые по итогам первого квартала заметно увеличились лишь в Санкт-Петербурге и Ленинградской области — на 28 и 10,8% соответственно. В Новгородской и Вологодской областях, например, отмечено падение — на 1,7 и 9,7%. Во-первых, это связано с большой долей в СЗФО неприбыльных предприятий. Во-вторых, сокращение доходов произошло в основном в монорегионах, чья экономика зависима от ключевых предприятий. У этих предприятий в кризис не оставалось другого выхода: чтобы выжить, нужно было сократить численность персонала и заработную плату.

Отрицательную динамику в СЗФО продемонстрировал и оборот розничной торговли, который в феврале составил 98,7% от аналогичного показателя годичной давности.

В целом основные негативные моменты в экономической ситуации СЗФО обусловлены незавершенной структурной перестройкой экономики округа. Санкт-Петербург, как анклав постиндустриальной экономики, окружен не индустриальными центрами, а регионами с сырьевой экономикой, замкнутой на западные рынки. В этом случае увеличению темпов восстановления экономики СЗФО может способствовать серьезное улучшение экономической конъюнктуры в Европе, а этого, к сожалению, пока не происходит.

Екатеринбург, Новосибирск, Ростов-на-Дону, Самара, Санкт-Петербург