Разоблачителям первый кнут

12 июля 2010, 00:00

На прошлой неделе стало известно о сути уголовного обвинения Дмитрию Барановскому, топ-менеджеру крупного оборонного предприятия и одновременно одному из руководителей «Справедливости» — общественной организации, защищающей гражданские права. Следствие считает, что Барановский под видом борьбы с коррупцией занимался вымогательством: требовал от потерпевших имущество, угрожая им распространением порочащих сведений в СМИ или во время публичных акций, проводимых «Справедливостью».

Барановский, находящийся в СИЗО с августа прошлого года, действительно обвинял своих оппонентов, в том числе министра транспорта Московской области Петра Кацыва, в рейдерстве и коррупции. Имущество, возврата которого он требовал, было предметом разбирательства в арбитражных судах. Он писал заявления о преступлениях в правоохранительные органы. Поскольку те по итогам проверки заявлений решили, что сообщенные заявителем сведения не подтвердились, Барановского обвиняют еще и по статьям «заведомо ложный донос» и «клевета».

Если приговор суда будет обвинительным, возникнет два прецедента. Во-первых, деятельность общественной организации, разоблачающей коррупционеров — не важно, настоящих или мнимых, — может быть расценена как уголовное преступление. Во-вторых, если кто-то написал заявление о преступлении и получил отказ в возбуждении уголовного дела, его, как в Средние века, можно привлекать за ложный донос и клевету. Доказать виновность при этом практически невозможно, если обвиняемый сам не признается, что ему была заведомо известна невиновность потерпевшего. Обвинительный приговор по этим статьям с большой вероятностью будет означать, что на суд оказывалось давление.

С обвинением в вымогательстве все сложнее. Как рассказал «Эксперту» соратник Барановского по «Справедливости» адвокат Владимир Жеребенков, в распоряжении следствия имеется аудиозапись: обвиняемый, не отличающийся дипломатичностью, произносит в разговоре с одним из потерпевших слова, которые суд может истолковать как угрозу. Другой знакомый с материалами уголовного дела собеседник «Эксперта» говорит, что Барановский в этом телефонном разговоре требовал от потерпевшего передать ему имущество, а в противном случае грозил обнародовать порочащие собеседника сведения. По словам Жеребенкова, оперативное сопровождение по уголовному делу осуществляла ФСБ, а милицейские следователи не имеют обыкновения оспаривать подготовленные чекистами материалы. Поэтому в «Справедливости» не слишком рассчитывают на оправдание Барановского в суде или на приговор, не связанный с лишением свободы.