Месть бабочки

Книги
Москва, 04.10.2010
Сборник рассказов лауреата Нобелевской премии итальянского поэта Эудженио Монтале, может быть, последнее, что осталось нам в наследство от того мира, в котором не было интернета и мобильников, но жили Кортасар, Борхес и Бротиган

Динар в Бретани, что во Франции, не имеет никакого отношения к Динарскому нагорью, горной системе на северо-западе Балканского полуострова. Вполне вероятно, что пожизненный итальянский сенатор Эудженио Монтале мог бы так начать свой рассказ о бабочке, постоянно навещавшей его в кафе. Бабочке, которая в последний день его пребывания в Динаре села на вазу с цветами, так и не дав ему понять, были ли ее появления весточками от той, кого он любил, или же это просто был ее обычный маршрут, и она случайно выбрала именно это кафе с английским названием «Корнуолл».

Будет ли она прилетать после его отъезда?

Официантка, с удивлением выслушав рассказчика, взяла предложенные чаевые, но заметила, что никакой бабочки она не видит. И ее действительно больше не было.

Это не парафраз притчи Чжуан Цзы о том волшебном сне, в котором он никак не мог понять, то ли это ему снится, что он бабочка, то ли бабочка видит сон, в котором она — Чжуан Цзы.

Скорее уж, это окончательное высказывание о том, что есть время и память, потому как именно эти два слагаемых и составляют основу того, что можно назвать поэтикой рассказов Монтале, а выдуманные это истории или, как он часто сам повторял, «имеющие непосредственное отношение к его жизни», абсолютно не важно, главное в ином.

Первый рассказ (стихотворение в прозе, зарисовка — жанр этих текстов плохо поддается определению), написанный еще в 1946 году, когда Монтале позвали вести еженедельную колонку в миланской Corriere della Sera, появился в номере от 20 января и назывался очень просто — «Рассказ незнакомца». Читатель имеет возможность ознакомиться со сборником из сорока девяти рассказов, со знаменитой сложностью и чуть ли не герметичностью поэзии нобелевского лауреата, о котором Бродский писал как о «наиболее трудном поэте» из герметиков (эссе «В тени Данте»).

Рассказы поэта настолько вроде бы просты по сюжету (точнее, его отсутствию) и языку (надо отдать должное лучшему из возможных переводчиков как поэзии, так и прозы Монтале Евгению Солоновичу), что вызывают неподдельное ощущение восторга и легкой печали, — что «Желтые розы», что «Регата», что чудесная и чуть ли не сказочная «Буссака», что «Летучая мышь». Да можно перечислить и все сорок девять названий, а еще лучше их просто цитировать, хотя в том же своем эссе Бродский написал, что «соблазнительно и опасно цитировать Монтале, потому что это легко превращается в постоянное занятие».

Но трудно удержаться. А фразы «В Эдинбурге, где главные площади имеют форму молодой луны и само слово “площадь” (крезент) означает молодую луну…», или «Мои лучшие друзья умерли. Не моложе, чем они, и не лучше, не достойнее долгих дней, на свете продолжают жить их вдовы…», или «Ведущий к почетным передним местам мостик из лодок напротив островка Индиано был близко, но, увы, возможность ступить на него имели, похоже, далеко не все… » по своей простоте и совершенности напоминают гальку с пляжей того Лигурийского побережья, где маленький Эудженио бродил во время отлива, смотря, как отступающее море

У партнеров

    «Эксперт»
    №39 (723) 4 октября 2010
    Москва после Лужкова
    Содержание:
    Город не для жизни

    Стратегия развития Москвы при Лужкове была нацелена на извлечение из города максимальной прибыли чиновниками и приближенным к ним бизнесом. Клановость, волюнтаризм, чудовищная неэффективность и коррупция — характерные черты московского капитализма

    Международный бизнес
    Экономика и финансы
    Спецвыпуск
    На улице Правды
    Реклама