Рафаэль сыграл заложника

Геворг Мирзаян
доцент департамента политологии Финансового университета при правительстве РФ
11 октября 2010, 00:00

Попытка государственного переворота в Эквадоре была срежиссирована самим президентом. Последствиями спектакля будут реальные репрессии и жестокое преследование оппозиции

В конце сентября — начале октября в Эквадоре случились беспорядки, названные властями попыткой государственного переворота. Сотни полицейских перекрыли федеральные трассы, заблокировали международный аэропорт Кито, захватили казармы, военные базы и ряд правительственных учреждений. На улицы они вышли после того, как правительство сократило финансирование полиции. На какое-то время в руках протестующих оказался и сам эквадорский президент Рафаэль Корреа, которого смогли освободить лишь силы армейского спецназа. Беспорядки дорого обошлись стране. Резко вырос уровень преступности: только в Гуайякиле за время беспорядков было ограблено четыре банка, средь бела дня преступники останавливали машины и под дулом пистолета грабили водителей, с помощью грузовиков выламывали двери домов. На улицах в это время шли кровавые бои между сторонниками и противниками президента, в результате которых пострадало несколько сотен человек (среди них и министр иностранных дел Эквадора Рикардо Патиньо, который при столкновении с протестующими полицейскими получил пулевое ранение в голову).

Сейчас в стране введен режим чрезвычайного положения. Улицы патрулируют военные. Резиденция правительства находится под усиленной охраной. Несколько сотен автоматчиков в бронежилетах оцепили президентский дворец и территорию в радиусе двух кварталов от него. Парламент на грани роспуска, высокопоставленные полицейские отправлены в отставку, а лидеры оппозиции и журналисты (которых обвинили в организации переворота) ожидают массовых репрессий.

Страна зарвавшегося Рафаэля

Многие связывают вспыхнувшие волнения с обострившейся социально-экономической ситуацией в стране. В обществе стремительно распространяются протестные настроения: население недовольно падающим уровнем жизни и растущим могуществом и богатством президента.

Рафаэль Корреа пришел к власти в 2007 году как «человек из народа», способный избавить Эквадор от власти крупных латифундистов, которые контролировали парламент и делали президентов страны своими марионетками. Свое обещание Корреа выполнил: в 2008 году в стране была принята новая конституция, значительно усилившая позиции президента страны. Однако получив практически неограниченные полномочия, Рафаэль Корреа превратил Эквадор в собственную вотчину и начал раздавать подвластные ему активы. Место латифундистов заняли иностранные компании (прежде всего из Восточной Европы), скупающие эквадорские плантации. Так в стране появилась «мафия роз» и «мафия бананов». По некоторым данным, эти «мафии» тесно сотрудничают с президентом страны: говорят, например, что 30% стоимости каждой вывозимой из Эквадора розы идет в карман президента.

Но главной «экспортной» статьей дохода Рафаэля Корреа стал вывоз кокаина — не столько эквадорского, сколько колумбийского. Самый качественный колумбийский кокаин выращивается именно в южных районах страны, на границе с Эквадором, и вывозится через эквадорские порты. В Гуайякиле стоят так называемые неприкосновенные суда — принадлежащие мексиканской наркомафии корабли, которые перевозят кокаин из Колумбии, Эквадора и Перу в Мексику. Экспорт идет в промышленных масштабах — не случайно килограмм кокаина в Эквадоре стоит 1300 долларов. Весь этот процесс контролируется мексиканской наркомафией, и, по слухам, Рафаэль Корреа делает все для увеличения экспорта кокаина (в частности, Корреа превращает заповедники в кокаиновые плантации, из-за чего теряет поддержку ранее близкого ему индейского населения страны).

Рафаэля Корреа обвиняют также в растрате основных фондов страны. В частности, был разворован фонд, средства которого предназначались для строительства новой крупной электростанции. И теперь, когда пересыхает река, текущая через Гуайякиль, весь город остается без света.

Логичным следствием такой политики президента стал крах экономики страны. В Эквадоре нет денег, чтобы платить зарплаты. У страны огромный внешний долг. При этом занять денег Эквадору очень сложно — доступ к международным финансовым институтам страна потеряла после того, как в 2008 году Корреа отказался выплачивать более 30 млн долларов по «нелегитимным» иностранным облигациям. Традиционный спонсор — Уго Чавес — сам испытывает проблемы с деньгами. В результате правительство вынуждено брать миллиардные кредиты у Китая на очень жестких условиях — 7% годовых, свободный доступ китайских компаний в страну и льготные поставки эквадорской нефти, лишающие Эквадор будущих доходов.

С недовольными, которых становится все больше, — неподконтрольной ему мафией, оппозиционными лидерами, несговорчивыми бизнесменами — Корреа расправлялся нещадно. Тех, кто не успел убежать в Перу или Бразилию, отправляют на долгий срок за решетку, где они бесследно исчезают или совершают самоубийство. Основной же опорой Корреа внутри страны стала армия, которая фактически содержится на деньги мексиканских наркокартелей.

Президент-провокатор

Некоторые эксперты считают, что недавний бунт полицейских стал для президента удобным поводом для закручивания гаек в стране и до какой-то степени был спровоцирован им самим. Корреа опасается, что бедственное экономическое положение приведет к консолидации оппозиционных сил, которая в перспективе чревата настоящим государственным переворотом.

 pic_text1 Фото: AP
Фото: AP

Полицейские вышли на улицы после того, как конгресс Эквадора принял закон о сокращении их льгот и привилегий. Вместо того чтобы успокоить протестующих, президент назвал их «кучкой неблагодарных бандитов» и лично отправился провоцировать их. «Если вы хотите убить президента, то я здесь — сделайте это, если считаете, что такой шаг будет вам выгоден. Убейте систему здравоохранения, убейте все наши ценности, убейте право бороться за свободу! Мы не отступим от взятого политического курса, — говорил президент, выступая перед сотнями сотрудников полиции.— Если вы хотите захватывать полицейские участки, оставив граждан беззащитными, и изменить своему полицейскому долгу — сделайте это. Но мы — президент и правительство страны — продолжим исполнять наши обязанности».

Неудивительно, что ответом на такие слова была агрессия — в президента полетела граната со слезоточивым газом. Рафаэля Корреа отвезли в полицейский госпиталь. Выходить из него добровольно президент отказался — вместо этого он заявил, что его держат в заложниках. Эта театральная постановка продолжалась более десяти часов. Оставаясь в госпитале, Корреа произносил длинные пламенные речи (в том числе по телефону журналистам), рвал на себе рубашку и кричал, что полицейские могут убить его. Для усиления эффекта были задействованы все телевизионные каналы страны.

Изрядно утомившись, он наконец позволил себя освободить нескольким сотням солдат. После этого Корреа немедленно выступил перед толпой своих сторонников из окна президентского дворца, назвал произошедшее попыткой государственного переворота и возложил вину за его организацию на своих политических противников. «Это была не полиция. Вскоре стали известны истинные мотивы тех, кто стоял за этим... Это был Лусио Гутьеррес (бывший президент Эквадора и вероятный соперник Корреа на будущих президентских выборах. — Эксперт”), это были ничтожные представители оппозиции», — заявил Корреа.

В стране уже начались репрессии в отношении нелояльных элементов. Первыми стали высокопоставленные сотрудники полиции (полицейские не участвуют в дележе доходов от наркотрафика, поэтому их лояльность действующей власти под вопросом). Глава полиции генерал Фредди Мартинес отправлен в отставку. Весьма вероятно, что следующими жертвами станут гражданские — уже составлен список организаторов «переворота», куда входят соратники Лусио Гутьерреса, лидеры общественных организаций, в том числе индейских, а также некоторые бизнесмены.

По мнению экспертов, реальная угроза нависла не над нынешним президентом, а над его противниками. И пока за Корреа стоят наркодоллары мексиканской мафии и штыки эквадорской армии, вряд ли кому-то удастся сместить его с должности.