Щенок болгарского кобеля

На улице Правды
Москва, 22.11.2010
«Эксперт» №46 (730)

Иллюстрация: Эксперт

В. В. Путину, ездившему в Софию по делам «Южного потока», его тамошний коллега-премьер наряду с потоком подарил еще и двухмесячного щенка национальной болгарской собачки. Щенок был чрезвычайно симпатичный, они с В. В. Путиным по исконному обычаю обнялись и поцеловались, а пресс-служба премьер-министра РФ сообщила, что россияне могут высказывать главе правительства свои предложения о том, как назвать собачку.

В PR-службах В. В. Путина, вероятно, окопались искренние собачники, свойством которых является умение на почве любви к друзьям человека найти общий язык даже с классовым врагом. Они и рассудили, что по принципу сопричастности доля естественной симпатии к трогательному малышу будет передана и его новому хозяину, что никак не вредно. Они, однако, не учли, что это свойство собачников похвальное, но не генеральное. Получилась неверная проекция. Прослышав про такое предложение, оппозиционные россияне мало того что стали изощряться в злобных шутках, каковые остроумными назвать было никак нельзя в силу их крайней предсказуемости. Вдобавок к тому они почувствовали себя гражданственно оскорбленными данным невинным предложением. «Отняв-де у нас священное право выбора, они-де с особенным цинизмом после этого предлагают нам выбирать имя для кобеля. Доколе же мы будем терпеть такое надругательство?!» Примерно тот же сложный ход мысли, что и в казусе «Мама, он меня сукой назвал!».

Такой поворот в истории со щенком болгарского кобеля познавателен, поскольку открывает причину той искренне непонятной для наших оппозиционеров ситуации, когда ну не встает страна огромная, несмотря на всеми видимые и признаваемые признаки большого неблагоустройства в российской жизни, ответственность за которые власть, включая и В. В. Путина, разумеется же, несет. Тем не менее страна огромная не встает — что же это за притча такая?

Притча, разъясняемая щенком кобеля, в том, что есть дистанция между недовольством, которого хоть отбавляй, и сжигающей ненавистью. При недовольстве можно за дело и даже не за дело ругнуть правительство, предложить какую-то альтернативу etc., и это не мешает благодушно отнестись хоть к тем же собачьим пристрастиям премьер-министра. Недовольство не нуждается в постоянном питании и тем более в расчеловечивании властителей, когда все претензии к ним в конечном итоге сводятся к тому, почему они никак не провалятся в преисподнюю. Ненависть нуждается и в том и в другом.

То, что сообщество людей, поглощенное ненавистью, все время ищущей новой пищи и все время ее находящей, вчуже представляет собой малоаппетитное зрелище — это само собой разумеется. Но у такого состояния души есть еще недостаток чисто прагматического свойства. При таком развитии ненависти утрачивается способность к пониманию — хотя бы вчуже — того, что можно быть недовольным, не доходя при этом в своем недовольстве до кондиции разных продвинутых кругов ада. То есть к пониманию того, что на вещи можно смотреть отчасти по-другому и при политическом действии (если им предполагается заниматься) эт

У партнеров

    «Эксперт»
    №46 (730) 22 ноября 2010
    Финансовая нестабильность
    Содержание:
    Думают не о том

    Экономические проблемы периферии зоны евро ставят под вопрос будущее единой валюты. Правительства по-прежнему заняты ситуационным финансовым реагированием, не предлагая стратегических решений в сфере развития производства

    Разное
    Наука и технологии
    На улице Правды
    Реклама