Подходящее определение

Сергей Сумленный
21 марта 2011, 00:00

В Европе крайне болезненно отреагировали на атомную катастрофу в Японии. Немедленного закрытия АЭС требуют даже недавние поборники развития ядерной энергетики

Иллюстрация: Эксперт Online

«Кое-кто говорит сейчас про апокалипсис. Я думаю, это подходящее определение», — анализируя положение в префектуре Фукусима, европейский комиссар по вопросам энергетики Гюнтер Эттингер уже не выбирал выражений.

«Боюсь, что теперь все в руках Божьих, и в ближайшие часы мы можем столкнуться с катастрофой», — добавил еврокомиссар через некоторое время. То, что эти слова произносил политик от консервативной партии ХДС, традиционно весьма лояльно настроенной к атомной энергетике, лишь добавляло им веса и показывало: катастрофа на японской АЭС смешала все карты европейской энергетической политики.

Только без паники

«Фукусима — это второй Чернобыль», — все чаще повторяют эксперты, имея в виду не столько технические характеристики аварии, сколько ее последствия для общественного мнения и энергетической отрасли. Четверть века назад взрыв на Чернобыльской АЭС продемонстрировал европейцам реальность радиационной катастрофы и стал одним из главных факторов, обеспечивших резкий рост популярности в Германии Партии Зеленых и сворачивание программ строительства атомных реакторов.

Как и четверть века назад, реакция европейских обывателей на атомную аварию была близка к панической. На прошедшей неделе 70% немцев, опрошенных телеканалом ARD Das Erste, за­явили: авария, подобная Фукусиме, может произойти в любой момент и в их стране. Повышения радиоактивного фона в Германии из-за аварии на японской АЭС опасались 39% граждан, и это несмотря на однозначный вердикт специалистов, утверждающих, что перенос радиоактивных осадков в Европу невозможен. Однако боязнь радиоактивного дождя оказалась настолько велика, что к прошедшей среде немцы раскупили все счетчики Гейгера в интернет-магазинах. На сайте крупнейшего онлайнового магазина электроники Conrad счетчик стоимостью от 300 до 500 евро можно купить лишь с доставкой в конце апреля. Ведущий немецкий производитель этих приборов, компания Gamma-Scout, заявила о двадцатикратном росте объема заказов на свою продукцию.

Не менее панической оказалась и реакция европейских рынков. В течение полутора суток после взрывов на «Фукусиме» акции французского атомного концерна Areva, являющегося поставщиком топливных элементов на аварийную японскую АЭС, подешевели почти на четверть. Одновременно на 20–25% взлетели акции немецких компаний альтернативной энергетики: Q-Cells, Solarworld и др.

Выход из выхода

Как и после чернобыльских событий двадцатипятилетней давности, главной европейской жертвой японской катастрофы может оказаться атомная энергетика Германии. Уже во вторник, спустя сутки после первого взрыва на японской АЭС, канцлер ФРГ Ангела Меркель дала указание провести срочную техническую проверку всех немецких атомных реакторов. Кроме того, канцлер наложила мораторий на действие принятого осенью прошлого года закона о продлении срока службы АЭС.

Этот документ правящая коалиция консервативной ХДС и либеральной СвДП провела всего четыре месяца назад − неожиданно для избирателей и без общественной дискуссии. Закон перечеркивал прежние обещания правительства Герхарда Шредера, договорившегося с энергетиками, что те заглушат последний реактор к 2022 году, и продлевал срок работы немецких АЭС до 2034-го. Теперь, после катастрофы в Японии, канцлер Меркель приостановила выполнение уже собственного, нового, закона, что сократило разрешенный срок службы реакторов.

Хотя Ангела Меркель особо подчеркнула, что мораторий является лишь временной мерой, необходимой для спокойного анализа состояния атомной энергетики, последствия этого решения сложно переоценить. В течение трех дней после объявления моратория от немецких энергосетей было отключено 7 из 17 АЭС, а их реакторы были заглушены. Как заявляют компании — операторы станций, четыре из семи отключенных реакторов (два реактора «Библис» под Франкфуртом-на-Майне, а также реакторы «Изар-1» под Мюнхеном и «Некарвестхайм-1» под Штутгартом) вновь запущены не будут. Судьба остальных пока неясна, но не исключено, что и их после проверок заглушат окончательно, то есть на восемь-девять лет раньше предполагавшегося срока.

Если прибавить к семи уже отключенным АЭС ожидаемое в конце марта плановое отключение восьмой станции — расположенного на севере Баварии реактора «Графенрайнфельд», то окажется, что суммарная мощность немецких АЭС сократится на 8,3 ГВт, или почти на 40%. Фактически это означает, что выход из атомной энергетики, долгое время планировавшийся немецкими политиками на 2021–2034 годы, внезапно начался уже сегодня. Собственно, именно об этом заявил министр по делам защиты окружающей среды и вопросам безопасности реакторов Норберт Реттген, потребовавший «как можно скорее выйти из ядерной энергетики — из-за ее опасности».

Европа остается регионом мира, наиболее густо застроенным АЭС: 143 атомных энергоблока в странах ЕС плюс еще 5 блоков работают в Швейцарии

Европейская ловушка

Ускоренный отказ Германии от атомной энергетики действительно отвечает чаяниям большинства немцев (60% опрошенных хотели бы закрыть АЭС прямо сейчас и еще 24% — в течение десяти лет). Между тем особенности европейской атомной энергетики таковы, что отдельные страны — даже такие важные, как Германия, — не в состоянии решить вопрос своей атомной безопасности в одиночку. Европа остается регионом мира, наиболее густо застроенным атомными электростанциями. На территории 14 стран ЕС находится 143 атомных энергоблока, еще пять блоков работают в Швейцарии. Таким образом, каждая третья АЭС в мире имеет европейскую прописку. Единоличный отказ одной страны от использования АЭС значит не так много, если соседняя страна неподалеку от границы строит очередной реактор.

Пока что к немецкому вектору атомной политики однозначно присоединилась лишь Швейцария. Правительство этой страны временно остановило работу реакторов и заявило о готовности отказаться от атомной энергетики в течение года. Это решение представляется весьма радикальным, если учесть, что на АЭС приходится более 40% генерируемой в Швейцарии электроэнергии.

Впрочем, другие лидеры европейской атомной энергетики пока воспринимают разговоры об отказе от АЭС как угрозу своим национальным интересам. Так, президент Франции Николя Саркози заявил о твердой решимости его страны и дальше оставаться ядерной энергетической державой. Франция — абсолютный мировой лидер по доле использования атомной энергии: французские атомные станции, являющиеся наследием военной ядерной программы правительства де Голля, дают стране 77,2% потребляемого электричества.

Также не собирается закрывать свои АЭС Испания, обладающая восемью реакторами. «Мы не позволим, чтобы особое стечение обстоятельств, которое случилось в Японии, влияло на принятие нами решений в атомной отрасли», — сказала министр финансов Испании Елена Сальгадо. Паникой и популизмом назвал европейские антиатомные настроения президент Чехии Вацлав Клаус, а президент Турции Реджеп Эрдоган, желающий видеть свою страну в атомном энергетическом клубе, сравнил страх перед АЭС со страхом перед газовыми баллонами на кухне: «Они ведь тоже могут взорваться».

В ближайшее время еще по крайней мере одна европейская страна может присоединиться к немецко-швейцарскому антиатомному фронту. Через три месяца в Италии пройдет референдум по вопросу постройки в стране первого атомного реактора. Если в течение времени, оставшегося до проведения референдума, авария на АЭС в Фукусиме останется на первых полосах европейских газет, то можно смело утверждать, что не только Италия, но и другие страны Европы перейдут из лагеря Николя Саркози в лагерь внезапно превратившейся в противника АЭС Ангелы Меркель.

Берлин