Девальвация диплома

Григорий Андрущак
11 апреля 2011, 00:00

За последние двадцать лет резко изменилась структура вовлеченности детей и молодежи в те или иные формы обучения. Почти вдвое, с 9,65 до 5,1 млн, сократилось число детей, посещающих дошкольные учреждения, и примерно на треть — посещающих школу (с 20,1 до 13,4 млн)

Фото: Sergey Kozmin/Panos Pictures/Agency.Photographer.ru

За последние двадцать лет резко изменилась структура вовлеченности детей и молодежи в те или иные формы обучения. Почти вдвое, с 9,65 до 5,1 млн, сократилось число детей, посещающих дошкольные учреждения, и примерно на треть — посещающих школу (с 20,1 до 13,4 млн). Произошло двукратное снижение числа обучающихся по программам начального профессионального образования (НПО) и примерно на 10% — обучающихся по программам среднего профессионального образования (СПО). Зато количество студентов вузов более чем в два раза увеличилось — свыше 6,2 млн человек в 2008 году против 2,8 млн в 1989-м.

Конечно, сами по себе приведенные абсолютные цифры ни о чем не говорят, ведь за такой большой срок произошли существенные демографические сдвиги. Например, детей в возрасте до 14 лет включительно за рассматриваемый нами период стало меньше на 40%.

Более адекватную картину дает использование показателя охвата детей и молодежи образованием в разных возрастах. Так, доля детей, посещавших дошкольные учреждения, в общем числе детей в возрасте от года до шести лет сократилась за два десятилетия с 68 до 60%. При этом уменьшение охвата детей дошкольным образованием в российских городах составило всего 6 процентных пунктов (снижение с 73,6 до 67,3%); в сельской местности провал гораздо более выражен — снижение с 54,7 до 40,6%.

Охват детей в возрасте 7–16 лет школьным образованием не изменился (чуть более 94%), равно как и охват молодежи в возрасте 15–17 лет СПО (38–40%). В то же время практически на треть — с 54 до 32% — сократился охват молодежи этого возраста НПО и почти в два раза — с 24 до 42% — возрос охват молодежи в возрасте 17–23 лет высшим образованием (см. график 1).

Принципиальный момент: если в СССР высшее образование было бесплатным (во всяком случае, теневые трансферты «на поступление» и «невылет» шли в карман конкретных преподавателей и чиновников от образования, а не на возмещение затрат учебных заведений), то сегодня более половины студентов обучается на платной (договорной) основе. Платность стимулировала рост числа студентов и снижение качества образования, а также снизила доступность высшего образования для молодых людей из семей с невысокими доходами. Данные репрезентативных обследований населения, проводимых Росстатом, свидетельствуют, что в конце 2000-х в семьях нижнего квинтиля по среднедушевым доходам охват молодежи высшим образованием был в 2,3 раза ниже, чем в семьях верхнего квинтиля. Вместе с тем утверждать, что за последние двадцать лет произошло усугубление неравенства в доступе к высшему образованию, было бы некорректно. Работы социологов по социальной стратификации в СССР показывают, что в вузы поступала прежде всего молодежь из городских семей с высоким уровнем образования, в которых родители, как правило, занимались интеллектуальным трудом.

Оценки образовательных инвестиций

Для сопоставления стоимости образования за прошедшие двадцать лет были рассчитаны соотношения фактических затрат в образовательных учреждениях в расчете на одного обучающегося. При этом использовались данные о числе обучающихся «полного дня» (full-time students). Данные 1989 года учитывают только бюджетные расходы на образование в разрезе уровней образования; данные конца 2000-х наряду с бюджетным финансированием учитывают средства населения, поступающие непосредственно в образовательные учреждения. Для обеспечения сопоставимости сведений о стоимости обучения в конце 1980-х и в конце 2000-х годов затраты на одного обучающегося рассматривались по отношению к среднегодовой заработной плате в экономике (далее — относительные затраты).

Наши расчеты свидетельствуют о росте относительных затрат на одного учащегося по всем уровням образования за исключением НПО. Относительные затраты на воспитание ребенка в детском саду из бюджетных средств увеличились с 16 до 22% от среднегодовой зарплаты, а с учетом средств населения — до 27%. Относительные затраты на обучение в школе выросли более чем в 2,1 раза и к концу 2000-х составили 24% среднегодовой зарплаты в экономике, если учитывать только бюджетные средства, и 26%, если учитывать и средства населения. В системе начального профессионального образования относительные бюджетные затраты на одного обучающегося снизились с 32 до 26%. Прирост относительных бюджетных затрат на одного бюджетного студента в среднем профессиональном и высшем образовании возрос на 13 и 11 процентных пунктов, соответственно до 42 и 64%. В среднем профессиональном образовании общие относительные затраты на одного обучающегося оказались на 9 процентных пунктов ниже бюджетных затрат на одного бюджетного студента. В высшем образовании различий в общих относительных затратах на одного обучающегося и в бюджетных затратах на одного бюджетного студента не наблюдается (см. график 2).

Насколько значительны эти изменения? В материалах доклада «Уровень и образ жизни населения России в 1989–2009 годах» Высшей школы экономики и журнала «Эксперт» показано, что средний уровень доходов в реальном выражении вырос за эти двадцать лет в полтора раза. Получается, что государство стало вкладывать в воспитание и образование детей в 2,4 раза больше средств, чем в советское время, в том числе в обучение школьников — почти втрое больше. Для сравнения: в США за рассматриваемый период реальные расходы на государственные школы (public schools) выросли всего в 1,3 раза.

Ранец влетит в копеечку

Как в конце 1980-х и в конце 2000-х менялись затраты на обучение в зависимости от возраста обучающегося? На графике 3 представлены средние расходы на год воспитания и обучения для детей и молодежи в возрастах от 1 до 21 года.

В конце 1980-х профиль затрат на обучение в зависимости от возраста обучающегося в целом соответствовал таковому в развитых зарубежных странах. На год дошкольного воспитания и обучения ребенка затрачивалось больше средств, чем на год обучения в школе, и меньше, чем на год профессионального образования. С течением времени относительные расходы на одного школьника росли быстрее, чем относительные затраты в детском дошкольном и профессиональном образовании. В результате к концу 2000‑х относительные бюджетные затраты на год обучения увеличиваются на каждом этапе взросления ребенка.

Профиль относительных затрат семей в конце 2000-х годов имеет две особые точки: затраты семей существенно повышаются, когда ребенок достигает 7 и 17 лет. Это связано с поступлением в школу и в вуз. Затраты на семилетних детей во многом обусловлены необходимостью подготовки ребенка к школе, приобретения учебных материалов, школьной формы, канцелярских товаров, существующей сегодня практикой внесения вступительного «благотворительного» взноса в фонд школы или класса, в котором будет учиться ребенок. Многие из этих затрат семьи несли и в советское время, однако, по мнению наших коллег-социологов, надежных данных, позволяющих как-то их оценить и сопоставить с современными затратами на эти цели, не существует.

Всплеск затрат, связанных с обучением 17-летних, обусловлен поступлением в вузы — в последние годы около 70% выпускников школы после получения общего (полного) среднего образования идет в вузы. Если абстрагироваться от указанных пиков затрат, то в целом затраты семей повторяют профиль относительных бюджетных затрат конца 1980-х. Различия состоят лишь в том, что в среднем на протяжении первых лет двадцати лет жизни человека в конце 1980-х годов государство инвестировало в его образование и воспитание ежегодно около 17% среднегодовой зарплаты в экономике, а семьи в конце 2000-х годов — всего 6%.

Премия за усидчивость

Оценить результаты посещения детьми дошкольных учреждений и обучения в школе в конце 2000-х годов по сравнению с концом 1980-х крайне сложно из-за отсутствия сопоставимых измерителей результативности обучения. Результаты международных сопоставительных исследований свидетельствуют, что по окончании начальной школы российские дети показывают одни из лучших результатов по качеству чтения и понимания текстов, причем за последние десять лет эти результаты только растут. А вот уровень подготовки в средней школе оказался у россиян хуже, чем у школьников других развитых стран. Более того, в последние десять лет наметилась тенденция ухудшения результатов обучения в российской средней школе.

Рост популярности среднего профессионального и высшего образования вместе с уходом с рынка труда лиц старшего возраста, среди которых относительная доля получивших высшее образование невелика, привел к существенному увеличению удельного веса числа работников с высшим и средним профессиональным образованием. За 1989–2008 годы доля работников с высшим образованием увеличилась с 12 до 28%, с 16 до 27% выросла доля занятых в СПО.

Социологические обследования молодежи показывают, что чаще всего респонденты 1990–2000-х годов обосновывают обучение в вузе желанием получить высокооплачиваемую работу. В экономической литературе широко используется такое понятие, как «премия за образование», — это прирост заработной платы над уровнем заработков выпускников средней школы в результате получения более высокого уровня образования, например высшего. Сильно упрощая, можно сказать, что премия за высшее образование — соотношение заработков лиц с высшим образованием с заработками лиц, имеющих лишь школьное образование. Так вот, за последние двадцать лет премия за высшее образование выросла почти в три раза и сегодня превышает таковую во многих развитых странах. Наиболее быстрый рост этого показателя пришелся на 1990‑е годы (см. график 4). Но не надо забывать, что сегодня семьи затрачивают значительные средства на подготовку детей к поступлению в вуз. Кроме того, с 1996 года значимым явлением стало платное обучение в вузах, причем к середине 2000-х на коммерческих местах уже обучалось не менее половины студентов. Таким образом, оценки отдачи на высшее образование, полученные путем корректировки премии за высшее образование с учетом указанных обстоятельств, сопоставимы с таковой в середине 1990-х и составляет около 8,2%. Результаты специальных исследований свидетельствуют: в последние пять лет рост отдачи (премии) за высшее образование с учетом затрат на его получение прекратился. Выделить однозначную причину затруднительно, но ряд предположений выдвинуть можно. Рост премии за образование в первой половине 1990-х был обусловлен переходом к рыночным принципам хозяйствования. Считается, что в советское время зарплата лиц с высшим образованием была заниженной и рыночные отношения вывели ее на некоторый естественный уровень, отражающий более высокую компетенцию. Дальнейший рост премии — до 2005–2006 года — во многом был обусловлен посткризисным развитием российской экономики, ростом производства.

Во второй половине 2000-х эти факторы перестали оказывать значимое влияние на рынок труда. Более того, к тому времени практически на треть выросла доля работников с высшим образованием. И вполне вероятно, что рынок труда отреагировал на рост числа работников с высшим образованием сокращением их заработков. Кроме того, сегодня многие эксперты говорят, что на рынке труда наблюдается нехватка «голубых воротничков» — работников-исполнителей (в том числе не имеющих профессионального образования), и это приводит к росту их доходов, а значит, к снижению премии за высшее образование.