Переходим в штатный режим

Андрей Виньков
11 апреля 2011, 00:00

Инициатива российского президента по выведению из состава советов директоров госкомпаний чиновников — не интриги и не борьба за контроль над крупными активами, а еще один рычаг переключения ручного управления в экономике на институциональный, штатный режим

Иллюстрация: picvario.com/Russian Look
Выведение из состава советов директоров госкомпаний чиновников —еще один рычаг переключения ручного управления в экономике на штатный режим

Президент Дмитрий Медведев утвердил перечень поручений, направленных на улучшение условий инвестиционного климата в стране. В целях устранения избыточного влияния на этот климат госкомпаний он поручил правительству, в числе прочего, утвердить на ближайшие два с половиной года график приватизации находящихся в федеральной собственности крупных пакетов акций госкомпаний. Кроме того, инициировал исключение из состава советов директоров (наблюдательных советов) 17 крупнейших акционерных компаний с государственным участием (см. таблицу), заместителей премьер-министра и федеральных министров и включение вместо них независимых директоров или поверенных директоров.

Инициатива Медведева стала кульминационным аккордом запущенной более двух лет назад реформы управления госсобственностью. Теперь в ней задействован другой механизм, который может принципиально изменить систему управления в стране. Похоже, в Кремле и Белом доме поняли, что политику ручного управления со свойственными ей элементами волюнтаризма и субъективных рисков пора сворачивать. Настало время более упорядоченного подхода в управлении государственными корпорациями.

Пробивальщики

Считается, что управление компаниями, где ключевым акционером выступает государство, в принципе невозможно без участия чиновников. Конечно, независимые директора должны быть в госкомпаниях, но они должны привносить лишь другой вектор, иной взгляд на управление этим бизнесом.

Строго говоря, компетенции чиновника — члена совета директоров компании с госучастием и сфера ответственности ведомства могут совпадать, так что доступные чиновнику ресурсы могут быть использованы производительно для компании. Однако вряд ли такое положение вещей является общим правилом. На самом деле, за редким исключением, чиновники министерств и ведомств в составе советов директоров компаний уже давно вызывали нарекания.

Во-первых, они не имеют права получать за работу в совете директоров вознаграждение, это создает основания для «воспроизводства искаженных стимулов».

Во-вторых, представителями в советах директоров назначают, как правило, чиновников довольно высокого ранга (обычно начиная с заместителя директора департамента министерства), что часто вступает в противоречие с режимом их основной работы в министерстве. В результате страдает качество решений как в компании, так и по основному месту работы.

Наконец, чиновник обычно не является профессиональным управленцем, не знаком с реалиями бизнеса, которым занимается соответствующая компания, если только он сам не выходец из бизнеса, где выполнял аналогичные функции.

По сути, механизм работы советов директоров компаний с госучастием выглядел так: в совете директоров компании был представлен менеджмент и верхушка министерств и ведомств, которые не получали денег за свою работу в совете, при этом каждый такой представитель от власти участвовал в работе одного или нескольких десятков советов директоров. Понятно, что работа чиновника в таком случае во многом была формальной.

Эксперты Национального совета по корпоративному управлению объясняют, что «участие чиновников в советах директоров госкомпаний могло иметь больше плюсов, чем минусов, в переходной ситуации, когда требовались новые подходы к принятию решений, но все еще было необходимо непосредственное участие для подстраховки от чрезмерно рискованных решений со значительными по масштабам негативными побочными последствиями». Но, устаканившись после реформ и деприватизации, сформировавшиеся госкомпании стали развиваться по тем же законам и правилам бизнеса, которыми руководствуется частный сектор.

Чиновники, работающие в советах директоров госкомпаний, стали не в состоянии оперативно следить за эффективностью работы менеджмента, профессионально отслеживать внутренние риски и так далее. Работа в ручном режиме — это что? Аврал, зачастую субъективизм, а отсюда ошибки. С этой точки зрения замена чиновников на независимых директоров есть решение проблемы противоречия между развитием бизнеса компаний с госучастием и методами принятия решений, в первую очередь оперативно-стратегических.

Один только десант независимых директоров не способен изменить качество корпоративного управления в госсекторе

Коробка-автомат

Общепринятая практика предполагает жесткую подотчетность менеджмента совету директоров, а также формализацию отношений менеджмента, совета директоров и акционеров. Это и есть корпоративное управление.

Внедрение и развитие стандартов корпоративного управления в компаниях с госучастием началось у нас два года назад с малого. Произошла частичная замена чиновников в советах директоров акционерных обществ на профессиональных поверенных (поверенные обязаны голосовать в соответствии с директивами, выданными им «Росимуществом», по ряду оговоренных вопросов, по другим вопросам они могут голосовать в соответствии со своей личной позицией) и независимых директоров. По статистике Минэкономразвития, количество независимых директоров только в госкомпаниях, имеющих стратегическое значение, стабильно растет последние три года: в 2008 году их было 41, в 2009-м — 59, а в 2010-м — 77. А в целом доля госкомпаний с участием профессиональных директоров на сегодня составляет около 18% от совокупного числа акционерных обществ, акции которых находятся в госсобственности (таких компаний 1476).

Тем не менее результаты многочисленных исследований показывают: практика корпоративного управления российских государственных компаний все еще сохраняет существенные дефекты. Возможно, это связано с тем, что один только десант независимых директоров не способен изменить качество корпоративного управления в госсекторе. «Если внедрение института независимых директоров будет рассматриваться в качестве достаточной меры и не будет поддержано комплексным развитием практики корпоративного управления, — говорит Владимир Вербицкий, первый заместитель директора Российского института директоров, — то высока вероятность, что цели повышения эффективности их деятельности не будут достигнуты, а институт независимых директоров будет дискредитирован».

Тут, конечно, есть и фундаментальная проблема. Она в том, что государственные компании, как и частные, до сих пор работают по принципу контроля над финансовыми потоками, они не мотивированы в росте своей стоимости, объяснял в интервью «Эксперту» председатель наблюдательного совета Ассоциации независимых директоров Александр Иконников (см. «Озабоченные контролем» в «Эксперте» № 6 за 2011 г.).

Президент увязывает профессионализацию корпоративного управления в госкомпаниях с предстоящей приватизацией госсобственности. Но удастся ли это без комплексной работы по совершенствованию корпоративного управления? Без мотивации сторонних независимых директоров? Без внутренней организационной реформы госкорпораций? Вот если всё это увяжется, в такой парадигме более продуктивно пойдет борьба с коррупцией и неэффективностью, за которую ратует президент.