Мир свиней

Сергей Сумленный
25 апреля 2011, 00:00

Сидя за рулем автомобиля, посещая врача или наливая в бокал вино, люди сталкиваются с множеством товаров, производство которых невозможно без забоя свиней.

Фото: Сергей Сумленный
Кристин Мейндертсма

Чтобы узнать, как современная промышленность использует свиные туши для изготовления тормозных колодок и бетона, красок и бумаги, вина и даже говядины, корреспондент «Эксперта» встретился с голландской художницей Кристин Мейндертсма, автором книги «Свинья 05049».

Вы три года отслеживали путь свиных костей, кишок и крови по производственным цепочкам мировых концернов — на примере голландской свиньи под номером 05049. Почему вы выбрали именно свинью?

— Вообще-то изначально я хотела проследить пути коровьей туши. Но когда я начала исследование — а это было лет шесть назад, — из-за коровьего бешенства крупный рогатый скот перестали использовать для производства ряда желатиновых продуктов, в том числе очень высокотехнологичных. И мне показалось, что со свиньями будет интереснее, тем более что из них делают больше вещей. Кроме того, у нас в Голландии, когда вы едете на машине, вы часто видите по сторонам дороги пасущихся коров, но почти никогда не видите свиней. И это очень странно, потому что на фермах Голландии — 12 миллионов свиней, при том что население страны — всего 16 миллионов человек. Вот я и решила, что именно эта история будет наиболее интересной.

То есть вы решили узнать, на что же пускают эти миллионы свиней. Сколько всего вы нашли товаров, которые изготавливаются из свиньи?

— В моей книге я перечисляю 183 разных типа товаров. Речь идет именно о типах, а не о марках или вариантах. Допустим, есть сотни сортов конфет, куда добавляют приготовленный из свиньи желатин, но я показываю только одну конфету. А бренды я не показываю, потому что в разных странах они разные, а я хотела сделать историю более интернациональной, узнаваемой во всем мире. «Свинья 05049» не задумывалась как путеводитель для вегетарианцев, и вообще эта книга не про свинью или шампуни. Она про сырье. Про то, как мы производим товары.

Но все-таки, прежде чем мы поговорим о производстве, расскажите, что это за товары, на изготовление которых идет свиная туша, — кроме сосисок и отбивных, разумеется?

— В первую очередь части свиных туш идут на производство косметических продуктов — шампуней, мыла, кремов. А еще они нужны для выпуска сладостей, жевательных конфет, пудингов. Даже в жевательной резинке есть «свиные» компоненты. Очень активно используются части свиньи в медицине: в производстве антибиотиков и некоторых хирургических препаратов. Например, когда вы посещаете стоматолога, вам в зуб вставляют имплантаты, чтобы остановить кровотечение. Позже они сами рассасываются. Так вот, они сделаны из свиней. Вообще, нашлось много диковатых вещей.

Каких, например?

— Самых разных. Скажем, тормозные колодки поездов в Германии — в их керамике используется пепел от свиных костей. Костный пепел также применяется в производстве фарфора. Некоторые художники-татуировщики тренируются на свиной коже. Жирные кислоты, добытые из свиней, участвуют в производстве автомобильных эмалей. Но это уже самая сложная часть моего исследования, потому что здесь приходилось отслеживать очень длинную цепочку переработок.

Получается, свинина скрыта практически во всех окружающих нас предметах. Для кого-то это может звучать пугающе.

— Да, когда я готовила книгу, я переживала, что в ней будет слишком шокирующая для читателей информация. Потому что факты, в ней описанные, очень уж неприятны для многих, например, если смотреть на них с точки зрения мусульманина или вегетарианца. Я бы сильно разозлилась, если бы была вегетарианкой и узнала, что я использую столько всего сделанного из свиней и просто не могу отказаться от контакта с этими вещами. Но я попыталась написать книгу как можно более отстраненно, и реакция читателей, к моему удивлению, — поразительно! — оказалась только положительной.

Непрозрачный бизнес

Кстати, насчет продуктов, способных вызвать возмущение мусульман. Одно из самых неожиданных для меня открытий в вашей книге — это использование свинины в производстве говядины.

— О да. Понимаете, мы можем смотреть на продукт с разных точек зрения. Когда вы забиваете корову и затем разделываете тушу, всегда остаются мелкие кусочки мяса. Вы не можете продать их как стейк, потому что они слишком мелкие. Так вот, производители склеивают обрезки с помощью свиной крови. С точки зрения компании, это очень здорово, потому что резко повышает стоимость мяса. Его теперь можно заморозить и продавать как стейк. А иначе его бы пришлось продать как продукт более низкой категории или сделать из него корм для кошек. Вы можете найти такие «стейки» во многих супермаркетах. И это действительно очень смущает — говядина с добавлением свинины. Если вы прочитаете все, что написано на упаковке товара, то увидите: этот «стейк» состоит из говядины на 70 процентов и еще на 30 процентов — из чего-то другого. Но производитель не объясняет, что эти 30 процентов «сделаны» из других животных.

Получается, что свинья — уже больше не источник продовольствия, а важное звено в массе промышленных цепочек. Это новое явление?

— Ну, все-таки главным образом свиней все-таки разводят ради мяса: 57 процентов свиной туши используется именно как мясо. Но это не отменяет того факта, что мы используем свиней в том числе как живые химические фабрики. Да и мясная часть воспринимается компаниями с промышленной точки зрения — слишком большими объемами они оперируют. Само по себе это явление не новое. Исторически свиней всегда использовали полностью. В отношении других животных существовала та же тенденция, но именно свиньи были известны в маленьких европейских деревнях как полностью утилизируемое животное. В Италии, например, из крови свежезабитых свиней делали специальный пудинг. Но тогда всем было совершенно ясно, что происходит с какой частью свиньи, потому что вся туша перерабатывалась и потреблялась внутри маленькой общины. Каждый знал: вот это сделано из этой части свиньи. Сейчас свиньи тоже используются полностью, но процесс совершенно непрозрачен.

Если он непрозрачен для потребителей, то, наверное, для фермеров все достаточно очевидно?

— Вовсе нет. Фермеры не знают, что происходит со свиньями, которых они выращивают. Вообще, лишь очень немногие люди представляют себе всю цепочку переработки свиных туш. То же самое, например, в автомобильной отрасли. Если вы посмотрите на автомобильные комплектующие, то все их в принципе можно проследить, но первоначальные производители не знают, где именно в конце концов используется их продукция. Одна компания продает нечто другой компании, та продает дальше, и так далее. В итоге и фермеры не знают, что случается с их свиньями, и покупатели не знают, из чего сделаны товары. Цепочка оборвана с обоих концов.

Этот факт как-то влияет на эффективность работы ферм? Ведь, наверное, если бы фермеры знали, зачем нужна их продукция, они могли бы лучше подстраиваться под запросы рынка.

— Фермерам гораздо важнее объемы продаж. Да, они не знают точно, что случается со свиньями. Но они получают за килограмм веса свиней так мало денег, что еле сводят концы с концами. Для получения прибыли им нужно увеличивать продажи. Я как-то делала график, показывающий, как выглядит типичная ферма в Голландии. На ней четыре сотрудника выращивают около 10 тысяч свиней. Конечно, есть и еще более мелкие фермы, до двух с половиной тысяч свиней, но обычно это семейный бизнес. И им уже приходится просто бороться за выживание. Покупатели же не хотят платить за мясо больше. И в этом главная проблема фермеров — а вовсе не в том, что они не знают, что делается с сырьем, получаемым из их свиней.

Невыносимый покупатель

— Тем не менее вы полагаете, что увеличение прозрачности в отрасли может пойти ей на пользу.

— Я уверена, что наш способ производства оказывает колоссальное воздействие на природу. Покупатель приобретает в магазине абстрактную вещь, он даже не знает, из чего и как она сделана. Покупатель сегодня невыносим. Люди не хотят платить больше, хотя они знают, что именно означает обвал цены ниже определенного уровня. Знают, что в среднем 50 процентов стоимости товара идет магазину, еще по 25 процентов — это себестоимость и прибыль производителя. А значит, снижение цены означает потерю качества. Они это знают, но просто не хотят думать об этом, игнорируют очевидное. Ну и кроме того, нам просто следует потреблять по-другому.

Понимаете, я тоже вожу машину, я использую нефть и прочее, но в целом мы должны пересмотреть свое потребление с точки зрения воздействия на природу. То же регулярное потребление мяса — для получения мяса нужны огромные площади растительности. Необходимо много зерна для того, чтобы кормить животных. Потребление большого объема мяса означает очень сильное загрязнение окружающей среды. Кстати, даже домашние животные — это большое загрязнение. Если у вас есть собака, это наносит окружающей среде ущерб, фактически такой же, как если бы вы водили большую машину. А кошка — это машина поменьше. Потому что собаки и кошки не едят овощи, они едят мясо. Это звучит несколько странно для вегетарианцев, многие из которых имеют кошек. Но это очень-очень вредно для окружающей среды — потому что, даже если ты не ешь мясо, твоя кошка его ест.

То есть люди просто не представляют себе, что именно происходит внутри сельского хозяйства и как наши решения влияют на окружающий мир?

— Знаете, на юге Нидерландов компании хотят построить очень большие свинофермы, многоэтажные здания, похожие на жилые комплексы. Они их называют «свиные квартиры». И население очень против этого. Люди думают, что если свинью поместить в многоэтажное здание, то ей будет менее комфортно. На самом деле это ничего не изменит для свиньи: свинья никогда не покидает помещения, в котором выращивается. Она рождается двухкилограммовой, и через полгода, когда она будет весить около ста килограммов, ее забивают — но она не покидает закрытого помещения. Только если ее перевозят с фермы на ферму. То есть люди протестуют против чего-то, что, как они думают, еще не наступило, а оно уже давно есть.

Роттердам—Берлин