ИСИ против ЦРУ

Шамсудин Мамаев
27 июня 2011, 00:00

Ликвидация бен Ладена и американская версия случившегося столкнули американскую и пакистанскую разведки

С регулярными ракетными ударами с американских беспилотников пакистанцы в принципе давно смирились. Но вот демонстративное нарушение суверенитета во время операции по устранению бен Ладена простить не могут

Похоже, успешный рейд по уничтожению террориста номер один дорого обойдется американцам. 14 июня The New York Times сообщила, что пакистанские спецслужбы арестовали пять американских информаторов, включая одного офицера пакистанской армии, оказавших помощь ЦРУ в поисках бен Ладена. На следующий день появилось еще более сенсационное сообщение о том, что считающийся проамерикански настроенным командующий пакистанской армией генерал Ашфак Кияни столкнулся с таким возмущением со стороны офицерства, включая генералитет, что не исключен (хотя и маловероятен) «переворот полковников». А пока «почти все, если не все» из 11 командиров корпусов требуют от генерала Кияни ужесточить политику в отношении США, официально заявив в коммюнике, принятом на совещании 9 июня, что проводимые ЦРУ операции с использованием беспилотников против боевиков «неприемлемы ни при каких обстоятельствах».

Характерно, что глава Пентагона Роберт Гейтс и глава Объединенного штаба адмирал Майк Маллен дружно отказались отвечать на вопрос журналистов о возможности смещения генерала Кияни. Но при этом Гейтс признал серьезность кризиса, заявив о наихудших отношениях между двумя странами за все годы, и подчеркнул, что для Америки критически важно поддерживать связи с Пакистаном — даже несмотря на растущий антиамериканизм в рядах пакистанских силовиков.

Следуя своему плану

Нынешний глава Пентагона и бывший глава ЦРУ знает, о чем говорит. Ведь это пакистанский генштаб и военная разведка страны ИСИ создали в 1990-е годы движение «Талибан». Они вооружали тогда талибские отряды как подконтрольные им иррегулярные соединения для установления «дружеского контроля» над раздираемым гражданской войной Афганистаном. Поэтому любые переговоры Кабула или Вашингтона с талибами без поддержки Исламабада обречены на провал.

Но и окончательно привлечь на свою сторону Пакистан США не могут. Проблема в том, что сегодняшнюю ситуацию, когда войска НАТО, неспособные справиться с этими отрядами, готовятся к переговорам с ними и к уходу из страны, пакистанские силовики рассматривают как выигрышную и явно надеются повторить в Афганистане свой успех 1990-х годов. Сегодня их главный козырь в подобной «жесткой дипломатии» — Сиражутдин Хаккани, самый агрессивный и самый эффективный полевой командир, противостоящий Кабулу и войскам НАТО в Афганистане. Базируется он при этом на пакистанской территории Северного Вазиристана; соответственно, главное требование американцев к Исламабаду — провести зачистку Северного Вазиристана от банд Хаккани.

Требование это выдвигается не впервые. Исламабад для проформы соглашается, но каждый раз, получив от Вашингтона новый транш помощи для подготовки наступления, под тем или иным предлогом оттягивает выполнение взятых обязательств. «Армия следует своему хорошо продуманному плану, и никто не требует от нее операций к определенной дате. Когда и как станут проводиться операции, будет решаться на основании политического консенсуса», — вновь прибег к проверенной тактике на совещании 9 июня генерал Кияни, рассуждая о возможности проведения операции в Северном Вазиристане.

На следующий день в Исламабад прибыли с параллельными визитами президент Афганистана Хамид Карзай и директор ЦРУ (уже ожидающий назначения на должность министра обороны) Леона Панетта. Первый вел по-восточному мягкую дипломатию: просил помощи президента и премьера Пакистана посодействовать его примирению с талибами. Второй, наоборот, демонстрировал жесткую дипломатию на переговорах с генералом Ашфаком Кияни и главой ИСИ генералом Ахмедом Пашой, добиваясь разрешения для своего ведомства проводить независимые операции против террористов, без участия ИСИ — как это было в случае с бен Ладеном.

Мягкая дипломатия афганского президента увенчалась видимым успехом — он получил от гражданских властей Пакистана все необходимые обещания и заверения в дружбе, так что уже через неделю Совбез ООН тоже дал добро этому процессу. А вот жесткая дипломатия Леона Панетты, судя по утечкам в прессу и засветке имени одного из американских информаторов, которые произошли не до, а после переговоров, успеха не имела — стороны не договорились.

Как воюют разведки

 expert_759_060.jpg

Леон Панетта прилетел в Исламабад, захватив десятиминутный видеоролик, на котором были запечатлены снятые спутником кадры эвакуации боевиками Сиражутдина Хаккани и тесно связанного с ним Хафиза Бахадура двух фабрик по производству бомб, сообщил журнал Time. Информацию об этих фабриках ЦРУ ранее передавало ИСИ, попросив немедленно ликвидировать их. Однако, когда пакистанские солдаты прибыли по указанным адресам, там уже никого не было. Ссылаясь на данные спутниковой разведки, Леон Панетта прямо заявил своему пакистанскому коллеге, что в его ведомстве есть «кроты», ибо не прошло и суток, как боевики не только узнали о предстоящем рейде, но и смогли эвакуировать сами фабрики. Что ответил на это обвинение генерал Паша, неизвестно, но через неделю все тот же журнал Time получил подтверждение из компетентных источников в Пакистане, что майор Амир Азиз, из дома которого проводилось наблюдение за особняком бен Ладена и чей арест пакистанская разведка ранее опровергала, все-таки находится под арестом как американский информатор. То, что пакистанская военная разведка его подставила, очевидно: боевики «Аль-Каиды» наверняка не простят майору участия в подобной операции. А все другие американские информаторы поймут: предоставлять сведения становится все опаснее.

Подобная история не первая. 14 декабря прошлого года адвокат пакистанского истца, подавшего иск в суд на ЦРУ из-за родственника, который погиб в результате атаки беспилотника, неожиданно назвал на пресс-конференции имя руководителя станции ЦРУ в Исламабаде. Вашингтону пришлось срочно эвакуировать последнего из страны. Тогда в Лэнгли возникли сильные подозрения, что это был ответ ИСИ на иск против генерала Ахмеда Паши, поданный месяцем ранее в суд Бруклина семьями американцев, ставших жертвами мумбайского теракта. Тот случай, впрочем, замяли.

Но общего вектора развития ситуации это не изменило: через месяц между Вашингтоном и Исламабадом разразился грандиозный скандал, поставивший отношения между ЦРУ и ИСИ на грань разрыва. На сей раз виноваты были американцы — Рэймонд Дэвис, эксперт по безопасности при консульстве США, застрелил, якобы в целях самообороны, двух пакистанских юношей в Лахоре.

Для рядового пакистанца уже давно не секрет, что Исламабад разрешает американцам «охоту за террористами» на своей территории. При этом, публично протестуя против атак беспилотников, на деле закрывает глаза на «побочные потери» среди гражданского населения. Но данный случай был из ряда вон выходящий. Дэвис застрелил юношей на глазах у людей, средь бела дня, затем сфотографировал трупы и вызвал помощь. Однако люди из толпы и полицейские схватили американского эксперта, а высланная ему на помощь машина из консульства, сбив насмерть еще одного пешехода, скрылась, так и не забрав Дэвиса. Замять подобный инцидент и забыть про «побочные потери» Исламабаду было бы трудно при любых обстоятельствах. А когда ко всему прочему выяснилось: ИСИ не была проинформирована, что Дэвис работал на ЦРУ, то МИД Пакистана отказался признать наличие у него дипломатического иммунитета, а пакистанский суд отказал Дэвису в экстрадиции.

Это, в свою очередь, вызвало такое возмущение уже в Вашингтоне, что президент Пакистана Асиф Зардари открытым письмом через американскую прессу попросил Белый дом и Конгресс проявить терпение, поскольку «религиозный фанатизм как пороховая бочка готов взорвать Пакистан». В конце концов инцидент был улажен на основе шариатского законодательства. Получив щедрую компенсацию, родственники погибших отказались от своих исков, и суд выпустил Дэвиса. Но Исламабад потребовал от Вашингтона заключения нового соглашения относительно правил «охоты за террористами».

Без правил

Как шли переговоры между сторонами и какая сделка предшествовала операции, описал 12 мая в Asia Times, уже после гибели бен Ладена, известный пакистанский журналист Сайед Шахзад (забегая вперед, скажем, что прожил он после публикации недолго).

Сделка, по его данным, касалась лишь террористов высокого ранга — муллы Омара, Усамы бен Ладена, Аймана аль-Завахири и Сиражутдина Хаккани. При этом Белый дом, стремясь максимально ограничить участие в операциях пакистанских спецслужб, занял жесткую позицию, и сторонам пришлось привлечь посредников — принца Бендера бин Султана, бывшего посла Саудовской Аравии в США и принца Карима Ага Хана, духовного лидера исмаилитов. Именно они выработали принципы соглашения, частью которого стала операция в Абботабаде.

По этому соглашению США могли не сообщать Исламабаду имя террориста, являющегося целью операции, но из уважения к пакистанскому суверенитету должны были апостериори говорить об участии Пакистана в этой операции. Так что когда в начале апреля командующий американскими войсками генерал Дэвид Петреус сообщил своему коллеге генералу Кияни о предстоящей операции «морских котиков» против некого террориста высокого ранга, то Исламабад считал, что игра будет вестись по этим правилам. И был просто ошеломлен той бесцеремонностью, с которой президент Барак Обама не только присвоил себе все лавры, но и заявил, что и впредь намерен проводить такие операции, не ставя в известность ИСИ.

Другими словами, если верить Сайеду Шахзаду, то Барак Обама просто «кинул» пакистанскую разведку. Известно, что генерал Паша даже попытался подать в отставку, поскольку Вашингтон не скрывал своего недоверия к возглавляемой им организации. И действительно, репутация у ИСИ ужасная — достаточно сказать, что когда 29 мая изуродованное пытками тело Сайеда Шахзада было найдено в канале, то журналистское сообщество дружно назвало подозреваемым в убийстве не «Талибан» или «Аль-Каиду», а именно ИСИ.

Несмотря на опровержения пакистанских разведчиков, журналисты добились создания специальной комиссии для расследования этого преступления. Пакистанское общество интересует не только то, кто именно убил Шахзада, но и то, за что его убили и что хотели узнать под пытками.