Тайна двух капитанов

Антон Долин
24 октября 2011, 00:00

Трехмерные «Приключения Тинтина» Стивена Спилберга и Питера Джексона выходят в мировой прокат

Паренек с чубчиком, в длинном пальто не по размеру покупает на блошином рынке модель старинного корабля. На нее тут же обнаруживаются другие покупатели, но счастливчик непоколебим: он не отдаст раритетную покупку в чужие руки, поскольку чует — в ней скрыта тайна. С чутьем у него все в порядке, не хуже, чем у его белой собачонки: впереди в самом деле неслыханные авантюры. Путешествие в трюме корабля и пожар в шлюпке, перелет через Африку на самолете с вышедшим из строя двигателем и пеший переход через Сахару, погоня за похитившей документ птицей и поединок на подъемных кранах. Каскад приключений, способный напомнить разве что о комиксах полувековой давности или о старых сериях «Индианы Джонса».

Для нашего зрителя главная новость в том, что Стивен Спилберг возвращается после трехлетней паузы с новой картиной. А что за Тинтин, какие там у него приключения, никто в России не знает. Формально русский язык входит в число тех восьмидесяти, на которые переведены легендарные комиксы бельгийского художника и писателя Эрже о похождениях брюссельского репортера и его белого терьера, однако «Сигары фараона», единственный изданный альбом, давно не продаются, и их тиражи были отнюдь не сумасшедшими. Как и в случае с Астериксом и Обеликсом (а если копать глубже, то и с Бэтменом, Суперменом, Человеком-пауком или Халком), нам придется узнавать о всемирно известном герое не из первоисточника, а из экранизации. Зато спилберговской.

Для публики остального цивилизованного мира «Приключения Тинтина: тайна Единорога» — событие огромного масштаба, сопоставимое с киноверсией «Властелина колец» или «Гарри Поттера». И если в Штатах, где о творениях Эрже знают не больше, чем в России, вся надежда продюсеров на громкое имя режиссера, то Европа заранее бурлит: одни бронируют билеты за месяц до премьеры, другие заранее приготовили возмущенные лозунги, чтобы пикетировать кинотеатры, — как он посмел, этот американец, посягнуть на святое! Что до соавтора фильма, продюсера Питера Джексона, то он и вовсе новозеландец, за что иные британские поклонники книг Толкина до сих пор его ненавидят. В общем, нелегко им придется: в Новом Свете будут объяснять, о чем и зачем они сняли кино, а в Старом — бесконечно оправдываться.

Однако Спилберг отступать не намерен. Для него этот проект — вопрос чести. История началась в далеких 1980-х. После успеха первой картины об Индиане Джонсе на Спилберга из франкоязычных стран вместо привычных благодарностей посыпались упреки и обвинения в плагиате. С альбомами Эрже о Тинтине режиссер тогда даже не был знаком. Полистал, почитал, понял, о чем речь, и стал звонить гениальному бельгийцу — то ли извиниться, то ли познакомиться. Тот не остался в долгу и тут же предложил Спилбергу сделать фильм по его комиксам. Личная встреча так и не состоялась: в 1983-м Эрже ушел из жизни. А Спилберг начал думать над тем, какой визуальный язык подойдет для воплощения приключений Тинтина на большом экране, ведь попытки предпринимали и до него, но все они заканчивались провалами.

В одном из величайших спилберговских фильмов, «Близкие контакты третьего вида», ученые (а вместе с ними зрители) были потрясены зрелищем гигантского корабля, чудом заброшенного в африканскую пустыню. Тогда это был дорогостоящий спецэффект. Сегодня сцена с трехмачтовым парусником XVII века, бороздящим барханы Сахары, делается запросто при помощи компьютерных кудесников — и эта сцена отнюдь не самая трудная или яркая в «Приключениях Тинтина». Новые технологии и возможности приводят к новым запросам публики. Поэтому самое удивительное в фильме Спилберга — отсутствие желания удивить. Ноль эпатажа, никаких претензий на новаторство. Наоборот, подчеркнутый акцент на ретро (комиксы о Тинтине издавались с 1930-го года, а в основу сценария фильма легли те альбомы, которые вышли в 1940-х), на стилизованный нуар, на ностальгическую атмосферу.

Спилберг стал старше и мудрее, теперь он избегает любого эпатажа, а магию своих ранних картин, давно улетучившуюся из его зрелого кинематографа, воссоздает кропотливо и тщательно, как художник, а не привыкший к размаху голливудский режиссер. Возможно, это парадокс, но полностью сделанный на компьютере «Тинтин» — едва ли не самый рукотворный, кустарный, заряженный личным обаянием фильм выдающегося режиссера. Это при том, что перед нами первый проект мастера в 3D, первый его анимационный фильм (точнее, находящийся в нейтральных водах между игровым кино и мультипликацией), первый в технологии motion capture (дословно «захват движения»), первый его кинокомикс и первый — сделанный в столь тесном соавторстве. И с покойным Эрже, чьи образы воплощены на экране с пугающей точностью, и с Питером Джексоном, который только здесь удовольствовался продюсированием, а вторую серию, если эта не провалится в прокате, сделает сам, уже под началом Спилберга. Третью часть предполагаемой трилогии они собираются режиссировать вместе.

В этой двойственности, вероятно, секрет того, что фильм получился абсолютно неординарным, сочетающим самые передовые технологии с консервативной эстетикой и эскапистской идеологией. Действие картины разворачивается в условном мире, где нет ни мобильных телефонов, ни компьютеров, сюжет же связан с поисками пиратских сокровищ. «Приключения Тинтина» — союз противоположных элементов. Тут сошлись летописец довоенной и послевоенной Европы Эрже и летописец Америки последнего полувека Спилберг. Встретились классицист-режиссер и продюсер-постмодернист. Подружились нестареющий подросток Тинтин и тяжело пьющий капитан дальнего плавания Хэддок, ставший верным компаньоном бельгийского журналиста на всю жизнь. Скрестили шпаги два пиратских капитана, один из которых жаждет только обогащения (как типичный голливудский продюсер), а другой — нравственного совершенствования (к которому призывают идеалисты Джексон и Спилберг, впрочем, оба по совместительству голливудские продюсеры).

 expert_775_084.jpg

Но, пожалуй, самое плодотворное противоречие между героем-рационалистом, пытающимся видеть в окружающей реальности ребус с определенным ключом, и его белым псом Снежком (трактовавшие комикс культурологи видели в нем воплощение подсознания Тинтина), который познает вселенную при помощи нюха, интуитивно. А Спилберг с Джексоном ныряют вслед за собакой в этот необъяснимый мир, как Алиса — в нору за белым кроликом.

Снежка нарисовали на компьютере. Остальных героев фильма играли актеры, впоследствии превращенные в слегка гротескных персонажей комикса. Интересно, что Джексон привел в проект Джейми Белла, когда-то воплотившего в «Билли Эллиоте» интуитивный и творческий подход к профессии, и артиста-трансформера Энди Серкиса, игравшего в его картинах Голлума и Кинг-Конга: здесь этот неузнаваемый, но неизменно характерный британский суперстар с редким обаянием сыграл героического алкаша Хэддока. Ну а Спилберг позвал знакомого со времен «Мюнхена», а с тех пор обросшего харизмой агента 007 Дэниэла Крэйга — он играет злодея-коллекционера по имени Иван Сахарин. Немаловажную часть актерского коллектива составляет пара британских комиков Ник Фрост и Саймон Пегг, они играют двух неразличимых и неразлучных сыщиков-идиотов Дюпона и Дюпонна, одним своим присутствием на экране ставя под сомнение логику и здравый смысл.

В 2000-х Спилберг, казалось, непоправимо повзрослевший после «Списка Шиндлера» и «Спасти рядового Райана», в жестких и бескомпромиссных формах исследовал мир современных катастроф, подписывая ему приговор в «Искусственном разуме», «Особом мнении» или «Войне миров». А между делом тосковал о навсегда утраченном детстве, наивности, невинности — в замечательном «Поймай меня, если сможешь» или откровенно неудачном четвертом «Индиане Джонсе». В «Приключениях Тинтина» он настиг синюю птицу и достиг Неверленда, куда тщетно пытался проникнуть в фильме «Крюк»; а может, просто смирился с участью всемирного Питера Пэна, который никогда не сможет стать окончательно взрослым. Победа фантазии над реальностью кому-то покажется пирровой — но сами Спилберг и Джексон явно счастливы. Более того, готовы поделиться этим редким ощущением с любым из зрителей. Кто откажется — сам виноват.