Пока бить не будут

Геворг Мирзаян
доцент департамента политологии Финансового университета при правительстве РФ
14 ноября 2011, 00:00

Международное сообщество уже исчерпало все дипломатические возможности решения иранской ядерной проблемы. Но к военным пока прибегать боится

Фото: Reuters
Превентивный удар по иранским ядерным объектам не только не ликвидирует ядерную угрозу, но и создаст дополнительные проблемы

Иранский атом продолжает оставаться одной из основных тем мировой политики. Запад никак не может поставить надежный заслон на пути Тегерана к обладанию ядерным оружием. Ограниченные меры воздействия (точечная ликвидация иранских физиков-ядерщиков, запуск компьютерного вируса в иранские программы управления центрифугами) успеха не принесли. Надежда на то, что ядерную программу можно будет остановить путем поддержки оппозиционных нынешнему руководству Исламской Республики сил, тоже иллюзорна — в иранском обществе по ядерному вопросу полный консенсус. Переговорный же процесс с Ираном о сворачивании ядерных изысканий проводится исключительно ради соблюдения формальностей — Тегеран давно дал понять, что для него наличие ядерной программы («мирной», по словам иранцев) вообще не является предметом диалога.

На этом фоне все больше аналитиков начинают говорить о неизбежности силового решения иранской ядерной проблемы путем физического уничтожения иранских ядерных объектов. Осуществить это уже давно готов Израиль — у ЦАХАЛ есть опыт подобных операций (точечная ликвидация ядерных объектов в Сирии и Ираке). Однако пока решение не принято — даже в Израиле отдают себе отчет в том, что последствия физической ликвидации иранской ядерной программы могут быть не менее серьезными, чем в случае получения Ираном ядерного оружия. Брызги от удара по Ирану накроют не только регион, но и весь мир.

Юридическое обоснование

Очередное обострение дискуссии на тему «что делать с Ираном?» было вызвано публикацией на прошлой неделе доклада МАГАТЭ, который по духу серьезно отличался от всех предыдущих ее докладов на эту тему.

Впервые МАГАТЭ определенно заявила, что Иран вел и, возможно, продолжает вести работы по созданию ядерного оружия. На основании приведенных разведданных в докладе указано, что Иран тайно добывал оборудование и документацию, необходимые для создания ядерного оружия. А также проводил испытания взрывчатых веществ и детонаторов, компьютерное моделирование ядерной боеголовки, работы по подготовке к испытанию ядерного заряда, опытно-конструкторские работы по установке ядерного боеприпаса на ракету средней дальности. Авторы доклада заключают, что Иран, вероятно, уже близок к созданию атомной бомбы.

Неудивительно, что Тегеран крайне резко отреагировал на публикацию. «Это несбалансированный, политически мотивированный документ. Несмотря на позицию неприсоединившихся стран, Китая и России, генеральный директор навязал свою точку зрения, основанную на лживых измышлениях таких стран, как США», — заявил представитель Исламской Республики в МАГАТЭ Али Асгар Солтание. И добавил, что организация совершила «историческую ошибку».

Западные же аналитики называют доклад МАГАТЭ «историческим прорывом». В отличие от осторожного прежнего генерального директора МАГАТЭ Мохаммеда эль-Барадея новый глава организации Юкия Амано не побоялся заявить о многих вещах открыто. Ряд экспертов и политиков уже стал рассматривать новый доклад как некое юридическое обоснование для ужесточения позиции в отношении Ирана. Так, Франция потребовала немедленно ввести против Ирана «беспрецедентные по размаху» санкции. Представители США, согласно заявлению Госдепа, продолжают изучать доклад и собираются 18 ноября встретиться с руководством МАГАТЭ для прояснения некоторых моментов — однако мало кто сомневается, что после этих консультаций Вашингтон поддержит любой вариант санкций против Тегерана. Но речь идет уже не только о санкциях — ряд израильских лидеров выступает за то, чтобы попросту разбомбить иранские ядерные объекты. «Военная атака на Иран более близка, чем дипломатическое решение», — заявил в интервью местным СМИ президент Израиля Шимон Перес. Судя по всему, с ним согласен и премьер-министр страны Беньямин Нетаньяху. По некоторым данным, они уже начали убеждать партнеров по коалиционному правительству авторизовать нанесение превентивного удара по иранским ядерным объектам.

Готовность Тель-Авива пойти на столь жесткие меры объясняется просто: иранская ядерная программа угрожает существованию Государства Израиль. А оборонная стратегия Израиля призывает не допускать даже самого наличия подобных угроз. Именно поэтому ЦАХАЛ за свою историю провел очень много превентивных операций (войны 1956-го и 1967 годов, ликвидация иракского и сирийского ядерных объектов). Кроме того, необходимость нанести удар по Ирану диктуется и текущим политическим моментом. Большинство аналитиков уверены, что Израиль находится на пороге большой войны — в краткосрочной перспективе еврейское государство ожидают серьезные неприятности по всему периметру его границ. Так, в Египте к власти рвутся «Братья-мусульмане», не скрывающие крайне негативного отношения к «сионистскому врагу». Приход к власти суннитских исламистов возможен и в Сирии — в случае, если Башар Асад не устоит. Аналитики не исключают и активизации «Хамаса» и «Хезболлы». После того как Израиль в обмен на освобождение капрала Гилада Шалита отпустил более тысячи палестинских заключенных (которые, кстати, тоже без дела сидеть не будут — надо поддерживать созданный вокруг них героический ореол), боевики получили руководство к действию по освобождению соратников, оставшихся в израильских тюрьмах. «Вполне может случиться, что в ближайшем будущем нам придется вновь мобилизовать все наши силы на защиту Израиля и воевать на всех фронтах во имя безопасности страны», — рисует перспективы развития ситуации начальник генштаба Армии обороны Израиля (ЦАХАЛ) генерал-лейтенант Бени Ганц. И за всеми этими фронтами так или иначе торчат иранские уши — Исламская Республика финансирует, обучает и снабжает оружием антиизраильские силы на Ближнем Востоке. Поэтому сейчас, считают израильские политики, благодаря публикации «юридического обоснования» в виде доклада МАГАТЭ настало удобное время нанести по Ирану превентивный удар, чтобы хоть на время выключить его из ближневосточной игры.

Следствия и последствия

Однако с ними не согласно большинство израильских военных и разведчиков. Они уверяют, что превентивный удар по иранским ядерным объектам не только не ликвидирует ядерную угрозу, но и создаст дополнительные проблемы. Причем и для Израиля, и для всего остального мира.

Так, военные аналитики сомневаются в возможности израильской армии полностью уничтожить иранскую ядерную программу. Ее объекты разбросаны по всей стране, некоторые из них спрятаны глубоко под землей. Для их ликвидации нужна не просто локальная операция силами 14 самолетов, как в случае с иракским реактором в Осираке, а полномасштабная военная операция с участием сил флота и, вероятно, даже наземных подразделений спецназа. Вряд ли Израиль сегодня имеет средства и политическую волю для проведения подобной операции — ведь, по всей видимости, действовать ему придется самому, без поддержки Соединенных Штатов. Вашингтон — один из основных противников иранской ядерной программы, он постоянно призывает к ужесточению санкций против Исламской Республики, однако при всем при этом администрация Барака Обамы за год до президентских выборов не готова поддерживать военную операцию против Ирана, которая, без сомнения, выльется в большую войну на Ближнем Востоке и создаст серьезные проблемы для американской, да и для всей мировой экономики.

В Вашингтоне отдают себе отчет в том, что единственно возможным ответом Ирана на военную операцию (не важно, успешную или нет) станет полномасштабный ответный удар по Израилю и союзникам США в регионе. Первоочередными целями станут американские базы и израильская территория, включая объекты израильской ядерной инфраструктуры. «Ядерный центр в Димоне — наиболее доступный объект, который может стать нашей целью… При малейших действиях Израиля против Ирана мы примем решение о его уничтожении», — уверил сограждан 9 ноября, выступая по телевидению, заместитель главы генштаба Ирана бригадный генерал Масуд Джазаери. Кроме того, иранцы могут натравить на Израиль «Хезболлу» и «Хамас», нанести артиллерийский и ракетный удары по американскому флоту в Персидском заливе, а также начать топить саудовские танкеры с нефтью. Итог — резкий рост цен на нефть и коллапс мировой экономики.

Несмотря на кажущуюся апокалиптичность, такой сценарий вполне возможен. Иран готов ответить на локальную, по сути, операцию полномасштабной вой­ной потому, что ядерная программа для него имеет не столько военное, сколько политико-стратегическое значение. Это необходимый элемент для реализации иранской мечты о превращении страны в лидера исламского мира — а также для внутриполитической легитимации режима аятолл, которые сплачивают население страны вокруг идеи «великого Ирана». Поэтому ядерное оружие нужно Тегерану не для нападения на Израиль, а для демонстрации собственной мощи и статуса. И если после проведения Израилем военной операции против его ядерных объектов Иран промолчит, это станет демонстрацией его слабости. Что, в свою очередь, похоронит не только региональные амбиции Исламской Республики, но и ее саму. Допустить этого Тегеран не может.

Именно поэтому сегодня в Израиле так и не принято окончательное решение о бомбежке Ирана — причем консенсуса нет как среди представителей власти, так и среди населения. Согласно опросам общественного мнения, приведенным газетой Haaretz, упреждающий удар по Ирану одобряет 41% опрошенных израильтян, 39% — против, 20% респондентов не имеют на сей счет конкретной точки зрения. Однако ситуация может измениться в любой момент. В том числе благодаря поведению Ирана. Из-за чрезмерной уверенности в том, что нанести удар Запад не решится, иранские официальные лица выступают с явно провокационными заявлениями. Так, глава Организации по атомной энергии Ирана Ферейдун Аббаси сказал, что его страна рассматривает возможность экспорта своих ядерных технологий. Все понимают, что богатый ядерный Иран, которому есть что терять, — это одно, а нищая ядерная Сирия, где даже в случае победы правящих алавитов в нынешней гражданской войне всегда останется риск прихода к власти суннитских экстремистов, — совсем другое. Поэтому, по словам министра обороны Израиля Эхуда Барака, «на Ближнем Востоке может возникнуть ситуация, когда Израиль должен будет защищать свои интересы самостоятельно, не полагаясь на региональные и другие силы».