Придурков больше, чем мошенников

Константин Илющенко
28 ноября 2011, 00:00

Инвестиционный банк, акции которого обращаются на бирже, — это колхоз. А колхоз гигантский, контролирующий активы в сотни миллиардов и получающий неприлично высокие доходы, неизбежно обанкротится

Льюис Майкл. Большая игра на понижение. Тайные пружины финансовой катастрофы

Банк Salomon Brothers, в котором автор книг работал в 1980-е и деятельность которого описывает, создал индустрию ипотечных ценных бумаг в США и придумал облигации, основанные на кредитах, которые заемщик мог в любой момент досрочно погасить. Облигации там расщеплялись на две ценные бумаги, а в основу бумаг легли отдельно тело кредита и процентные платежи по нему.

Все эти новации были экспортированы в Европу, а после того, как банк прекратил свое существование, он сделался поставщиком кадров для финансовых проектов огромного масштаба. Некоторые его выходцы засветились по всему миру. Например, Уильям Браудер, основатель скандально известного инвестиционного фонда Hermitage Capital Management. Или бывший член совета директоров Джон Мериуэзер, ставший соучредителем хедж-фонда Long-Term Capital Management (LTCM), который в 1998 году потерял около 4 млрд долларов на операциях с российскими ГКО.( Говорят, будто в спасении фонда отказался участвовать Lehman Brothers, и это ему припомнили в 2008 году.) Топ-менеджерами Salomon была придумана и международная ассоциация по свопам и деривативам ISDA, выработавшая стандарты для создания и обращения на рынке ценных бумаг CDO и CDS. В кризис 2008 года Уоррен Баффет назвал их финансовым оружием массового поражения.

Мэр Нью-Йорка и финансист Майкл Блумберг тоже поработал в Salomon в 1980-е годы, на пике успеха, когда банк эксплуатировал монополию на знания о созданном рынке ипотечных облигаций и зарабатывал миллиарды, обирая американские сберегательные банки. Именно в те времена инвестбанкиры, участвующие в раскрутке рынка ипотечных и мусорных облигаций во главе с Salomon и Drexel Майкла Милкена, стали зарабатывать огромные деньги.

Одна из описанных историй — выкуп топ-менеджерами (на себя) компании Southland, владеющей сетью магазинов 7-Eleven, доли у крупных акционеров. Для этого был взят кредит у Salomon и Goldman Sachs в 4,6 млрд долларов, а затем от имени Southland выпустили мусорные облигации на эту сумму (долг повис уже на самой компании), которые распродавали инвестбанки — кредиторы сделки.

В 1980-х годах глава Salomon Brothers Джон Гутфренд говорил, что «Salomon является крупнейшим в мире инвестиционным банком с капиталом три миллиарда долларов», имеет отделения в Лондоне, Токио, Франкфурте и Цюрихе, шесть тысяч служащих и хранит ценные бумаги на сумму 80 млрд долларов. Верхи решили, что они схватили бога за бороду, низы (маклеры) отвечали им: «Брось, Джон, ты говоришь не о Голландии, а всего лишь о горстке торгующих в кредит евреев». И поучали молодежь: «Парни, если бы вы не пристроились в торговлю облигациями, вы гоняли бы грузовики. Не пытайтесь корчить из себя интеллектуалов на рынке. Просто торгуйте».

Банк сделался публичной компанией в 1981 году, его акции торговались на NYSE, и если прежде и стратегические, и оперативные вопросы решали партнеры, то теперь их стали решать акционеры через совет директоров. Звезда Salomon закатилась после того, как были разогнаны ключевые менеджеры из отдела ипотечных закладных, преимущественно итальянцы, а культура парней, которые в худшие времена гоняли бы грузовики, стала тиражироваться. В 1986 году на биржу вышли акции Morgan Stanley, в 1999 году IPO провел Goldman Sachs и т. д.

В Big Short Майкл Льюис пишет, что Гутфренд изменил уклад Wall Street, превратив инвестиционные банки в «черные ящики», акционеры которых, финансировавшие рискованные операции, понятия не имели, что делали те, кто совершает операции. Героями второй книги Льюиса стали люди, заработавшие на крахе 2008 года.

Такие, как Майкл Бэрри, врач-невролог, увлекшийся биржевой игрой. Он стал вести блог в интернете, высказывая свои инвестиционные идеи о покупке недооцененных акций, а затем покончил с карьерой врача и создал хедж-фонд, получив финансирование, в частности, от читателей своего блога. Или молодые инвесторы, которые любили покупать дешевые опционы на акции. Стратегия, равносильная тому, чтобы сделать ставку на событие: либо ты полностью потеряешь уплаченную премию, либо заработаешь огромные деньги.

По большому счету, об ипотечных ценных бумагах, роли рейтинговых агентств, о том, как и кому выдавались кредиты, сегодня известно очень много. Нет лишь ясности в ответе на вопрос, кто и почему брал на себя огромный риск. Ведь это были крупные компании AIG, UBS, Goldman Sachs, Citi, Merrill Lynch и другие. И этот вопрос, кто является их контрагентом по сделке, задавали себе покупатели CDS — страховок от дефолта, начавшие свою игру на понижение еще в 2006–2007 годах.

Один из возможных ответов — использование продавцами страховок премии для встраивания ее в другие финансовые продукты. Но почему тогда на кредитном рынке оказалось так много кредитов, выданных людям, заведомо не способным по ним расплатиться? Потому что рынок хотел покупать ипотечные облигации и этим спросом давил на кредитных агентов. Хвост — инвесторы вилял собакой — конечными заемщиками. А если у тебя хотят купить ипотечную облигацию — значит, нужно выдавать кредиты, объединять их в пулы и продавать нуждающимся.

У клиентов очень короткая память, говорил в свое время президент Salomon Brothers, делай их, матерь их, они все равно всё забудут!

 

Книгу можно купить в интернет-магазине Expert.ru


Льюис Майкл. Большая игра на понижение.
Тайные пружины финансовой катастрофы. — М.: Альпина паблишерз, 2011. — 280 c. Тираж 5000 экз.

Льюис Майкл. Покер лжецов. — М.: Олимп-Бизнес, 2011 — 384 c. Тираж 3000 экз.