В ожидании новой реальности

Анна Королева
корреспондент Expert.ru
13 февраля 2012, 00:00
Стин Якобсен полагает, что бизнес должен научиться получать больше из меньших по объему ресурсов, которые теперь остаются у нас в налиичии

Ситуация в мировой экономике по-прежнему остается тяжелой. Проблема долга решается посредством его увеличения, проблемы с ликвидностью — тушением госденьгами. Ежедневно чиновники и экономисты обсуждают мировую рецессию, но пока никаких существенных изменений не происходит. О том, как можно оздоровить мировую экономику, рассказал главный экономист банка Saxo Bank Стин Якобсен.

Каковы ваши прогнозы на 2012 год для мировой экономики, в том числе США, Европы, России?

— В отношении глобальной экономики мы рассчитываем на рост менее трех процентов. И конечно, это будет восприниматься как рецессия. В США будет медленный, но стабильный подъем от 1,5–2 процентов. В Европе ожидаем отрицательную динамику минус 1,5–2 процента. А в случае России — небольшое замедление с ростом в пределах 4–5 процентов.

Чему кризис научил мир и какие уроки следует извлечь для дальнейшего стабильного развития?

— Мир никаких уроков не извлек. Мы пытаемся решать ситуацию с платежеспособностью, ликвидностью, кредитоспособностью посредством производства нового долга. То есть пытаемся решать проблему долга опять же с созданием дополнительного, нового долга. Однако к чему мы действительно должны прийти, так это к пониманию, что для восстановления конкурентоспособности требуется трехстороннее соглашение между государством, общественностью и частным сектором. Эти три стороны должны договориться о будущих планах, нацеленных на реформы. Таких планов, чтобы можно было реинвестировать и приблизиться к более сдержанному, уравновешенному использованию капитала и ресурсов.

Какова сейчас ситуация в Европе, что реально могут сделать политики, чтобы ее изменить, и как много времени для этого потребуется?

— У Европы истекает время. Уже слишком поздно что-либо менять политикам. Реальным экзаменом может стать потенциальный выход Греции из Евросоюза во втором или третьем квартале этого года. То есть день распродажи, можно сказать, уже позади, и необходимо делать все по-новому.

Что означает кризис для России? Может ли он затронуть ее? И что ей надо сделать, чтобы поддержать экономическое развитие?

— Россия в каком-то смысле больше защищена за счет наличия богатых природных ресурсов. Но это не означает, что Россия готова встретить кризис без потерь. Президентские выборы, назначенные на март, создают некое ожидание катализатора, которое может привести к активным переменам. И что необходимо сделать, так это реализовать ту самую формулу, о которой я говорю каждый раз, когда приезжаю в Россию. Необходимо, чтобы частный сектор взял на себя роль движителя экономики, взял ее у государства.

Каковы последствия сложившейся ситуации в Европе для рынков? Мирового, российского? Ваши прогнозы по дальнейшему развитию событий.

— Мы вступаем в 2012 год с достаточно большим заделом наличности, которая у нас накопилась. Не потому, что мы боимся будущего. Мы считаем, что сможем воспользоваться достаточно большим, еще не окончательно свершившимся снижением цен для потенциальных вложений. Глобальные фонды, можно сказать, характеризуются справедливой ценой по отношению к рынку, если сравнивать их с исторической ретроспективой. Безусловно, уже в этом году откроются возможности для того, чтобы вкладываться в рынок с дисконтом. В какой-то момент текущего года рынок еще подешевеет на 20–25 процентов, но на очень короткий период.

Есть мнение, что первая половина года будет более-менее спокойной для Европы, ведь инвесторы пока верят политикам ЕС. Но вторая связана с неопределенностью и может быть очень плохой. Ваше мнение?

— Я думаю, что реальный проблемный период — это как раз второй и третий кварталы. И разгрузка от долгов в частном и государственном секторах создает условия идеального шторма, где усиливается социальная напряженность. Но как бы иронично это ни звучало, как раз здесь и заложена хорошая новость. Поскольку, на мой взгляд, мы вступаем в период, когда люди вознаграждаются за бесконечный риск без того, чтобы вкладывать в этот риск реальные деньги. Вот наступает новая реальность, кредитный пирог становится меньше. А это означает, что мы должны получать больше из меньших по объему ресурсов, которые теперь остаются у нас в наличии. И это само по себе может стать благом и дать результат. Инженеры, дизайнеры, архитекторы, все те, кто в состоянии повысить производительность труда без повышения издержек, будут опять в цене. То есть в некотором смысле мы возвращаемся к базовым ценностям, когда навыки становятся значимее и важнее, чем деньги, когда равновесие и баланс важнее, чем рост, и когда социальная общность важнее, чем отдельно взятый гражданин. Именно в этом и состоит хорошая новость. Поэтому в краткосрочном плане я настроен пессимистично. Но я весьма положительно настроен на грядущие перемены, которые должны будут материализоваться в течение всего 2012 года.