Мифология сюрприза

Антон Долин
5 марта 2012, 00:00

Интересное кино против скучного «Оскара»

Фото: Reuters
Фаворит нынешнего «Оскара» — Мишель Хазанавичюс

На «Оскар» не пустили Сашу Барона Коэна. В принципе, понять блюстителей старейшей и авторитетнейшей кинопремии мира можно без особого труда. Английский комик-хулиган, как раз включившийся в пиар-кампанию своей новой картины «Диктатор», рассмешил бы одних, но изрядно попортил кровь другим, что следует из его явления на «оскаровской» красной дорожке (видимо, на нее запреты не распространялись). Его герой-маска Адмирал Аладин, в белом шутовском кителе «от кутюр», с приклеенной бородой и в темных очках, держал под мышкой погребальную урну с прахом Ким Чен Ира, который немедленно был рассыпан на ковер и на смокинг простодушного интервьюера, на радость всем зевакам и на беду благочинной охране. Случись то же самое на сцене, могло бы дойти и до международного скандала.

«Оскар» любит пошутить — недаром ведущим аж в девятый раз был назначен комик Билли Кристалл, а среди представлявших призы знаменитостей мелькнули Уилл Феррелл и Бен Стиллер — но в строго определенных рамках. А что такое хорошая шутка? Шок, неожиданность, скандал. Как раз то, чем Коэн владеет в совершенстве. И то, с потерей чего четырехчасовая трансляция церемонии «Оскара» постепенно стала превращаться в зануднейшее зрелище на планете.

Все попытки оживить шоу при помощи интриги «кто получит главный приз?» пока проваливаются. В последний раз кто-то повел бровью, когда лучшим фильмом было названо «Столкновение» Пола Хэггиса, а не «Горбатая гора» Энга Ли — да и это ретроспективно начало казаться логичным до безупречности (все-таки «Оскар» еще не настолько «продвинут», как Венецианский фестиваль). От отчаяния придумали систему, когда на первое место претендует не три или пять картин, а сразу десяток. Толку-то. В этом году номинантов было девять, но только у двух из них было внушительное число упоминаний: у «Хранителя времени» — 11, у «Артиста» — 10. При этом Мартин Скорсезе — живой классик, его «Отступников» чествовали сравнительно недавно, а Мишель Хазанавичюс — свежая кровь. В общем, сомневаться в исходе не приходилось: победит «Артист». До кучи фильму добавили «Оскары» за режиссуру и актерскую работу перехваленного живчика Жана Дюжардена плюс за костюмы и музыку. Последние две премии, честно говоря, самые честные. С другой стороны, и «Хранителя времени» постарались не обидеть, дав пять таких же золоченых болванчиков, хоть и во второстепенных категориях.

Растягивать и без того длинную церемонию за счет преподнесения остальных горе-претендентов никто не пожелал, и названия «Древо жизни», «Жутко громко и запредельно близко» или «Боевой конь» (хотя Терренс Малик, Стивен Долдри и Стивен Спилберг — далеко не последние фигуранты на этом рынке) произносились как-то скороговоркой, между делом. Замечательные — каждый по-своему — фильмы оказались в ролях статистов на заранее предрешенных выборах. И никаких подтасовок не потребовалось: коллективное бессознательное шести тысяч американских академиков надежнее любого председателя ЦИК. Интересно, что новые путаные правила голосования, согласно которым избиратели ставят в бюллетене не одну галочку, а расставляют оценки всем номинантам по идее предусматривают возможность сюрприза — если самый яркий фильм вызовет разноречивые мнения, то одержать победу сможет не фаворит, а середняк. Но проблема в том, что то же самое происходит и на стадии предварительного отбора, так что имя победителя можно без труда предсказать уже в момент объявления номинаций, за месяц до церемонии.

 expert_792_077.jpg Фото: AP
Фото: AP

Все ясно заранее. Лучшая актриса — ну конечно, Мерил Стрип, ведь после семнадцати номинаций и всего двух статуэток пришло время восстановить баланс, а роль Маргарет Тэтчер в «Железной леди» — стопроцентно бенефисная. Лучший актер второго плана — естественно 82-летний Кристофер Пламмер, который победил главного соперника — отстающего по возрасту лишь на три месяца Макса фон Сюдова: в конце концов, Сюдов сыграл всего-то фрустрированного войной старикана, а Пламмер — гея, умирающего от рака. Даже говорить об этом не очень интересно. Обсуждать наряды звезд тоже обрыдло — разве что посмеяться над голой ногой Анджелины Джоли, от имени которой преданные фанаты (или особо циничные шутники) тут же завели блог в Twitter; в смысле от имени ноги, а не Анджелины. Но и это не слишком смешно, говоря по совести.

Зачем же нужен весь этот дорогущий цирк — цирк в прямом смысле слова, ибо для оживляжа в воздух запустили гимнастов из Cirque du Soleil? Ответ обескураживающе прост. «Оскар» лишь пытается казаться интереснейшим шоу, во что по инерции верит почти весь мир. На самом деле это вполне унылый фасад, за которым скрываются тенденции и интриги, по-настоящему важные для кинематографического прогресса — или осознанного регресса, как в этом году. Смотреть это незачем, а вот анализировать призовой расклад весьма любопытно.

 expert_792_076-2.jpg Фото: AP
Фото: AP

Три года назад мир поверил, что «Аватар» — новое Евангелие трехмерного аттракциона, вернувшее зрителя в кинозалы. Аллилуйя. Только без Джеймса Кэмерона эта система не работает: даже изобретательный Стивен Спилберг с искрометными «Приключениями Тинтина» собрал сравнительно мало денег, да и номинацию на «Оскар» получил лишь в категории «лучшая музыка». Прошлый год явил всеобщую растерянность: Голливуд выпускал сиквелы, триквелы и квадриквелы неприличными пачками, зрители по привычке набивали залы, но очки напяливали все менее охотно. Непритязательный «Артист» предложил продуктивную альтернативу: вместо сложения — вычитание, вместо нагромождения спецэффектов — не святая, но внятная простота, вместо нарисованных динозавров и инопланетян — живая собачка. Это и отметил «Оскар». Поэтому в его решении наградить скромную, да еще французскую, да еще черно-белую, да еще и немую комедию нет ничего эксцентричного. Как, к слову, и в самом фильме — вполне расчетливом при всей милоте.

Между прочим, тому же принципу минимализации эффектов (любых, не только компьютерных) была подчинена самая выдающаяся из «оскаровских» картин этого года: фильм иранца Асгара Фархади «Развод Надера и Симин», чье награждение премией Американской киноакадемии — впервые в истории иранского кино! — увенчало внушительный набор трофеев, собранных лентой за прошлый год. Разговорная драма о двух семьях держит напряжение не хуже хичкоковского триллера, а это редкое искусство американцы еще не разучились ценить. Жаль только, что в одной номинации с ней не оказалась «Елена» Андрея Звягинцева — картина с той же группой крови.

С другой стороны, обидно и то, что академики решили не брать в номинацию «лучший фильм на иностранном языке» — опус Никиты Михалкова «Цитадель». Во-первых, показ даже кратких фрагментов из него и явление усатого автора в капитанской фуражке могли бы отчасти компенсировать неслучившуюся репризу Саши Барона Коэна. Во-вторых, был бы хоть какой-то сюрприз.