Осторожно, двери открываются

Антон Долин
16 апреля 2012, 00:00
Архив пресс-службы

«Хижина в лесу» — главный сюрприз этой весны. Вероятно, важнейший фильм ужасов за долгое время и первый значительный прорыв в этом жанре со времен японских «Звонков» и «Проклятий». То ли законодатель нового тренда, то ли феномен, которому суждено остаться в истории кинематографа особняком — как «Экзорцисту» или «Нечто». Так или иначе, рубеж, веха, этап.

Самым влиятельным американским ужастиком последних десятилетий был «Крик» Уэса Крейвена. Подростки попадали в мир, состоящий из цитат и гиперссылок, неожиданно оборачивавшихся реальной кровью: постмодернистский уроборос проглотил свой хвост в четвертой серии, где объектом для цитирования стали три предыдущих «Крика». Японцы попробовали преодолеть иронию и многослойность при помощи мертвых девочек — и преуспели. Однако их фильмы оставались гипертекстами, где опасность исходила не от самих призраков, а от видеоносителей и телевизора. «Хижина в лесу», где хватает иронических отсылок и к восточным «кайданам», и к «Крикам», констатирует: чрезмерная культурность жителей информационной эры — грех не меньший, чем высокомерие, глупость или распутство. Поскольку виноваты в нем не только конкретные персонажи этого фильма, но человечество в целом, закономерный финал — не уничтожение очередной горстки никому не нужных тинейджеров, а глобальный Апокалипсис. Нет сомнения, коммерческий успех «Хижины в лесу» будет колоссальным, однако с идеями для сиквела возникнут серьезные проблемы. Ибо дальше некуда.

Впрочем, если создатели картины смогли преодолеть усталость жанра, с продолжением тем более справятся без труда. Благо оба сценаристы: режиссер-дебютант Дрю Годдард написал «Монстро» и с полтора десятка серий «Остаться в живых», его продюсер и соавтор Джосс Уидон придумал сериал «Баффи — истребительница вампиров». Кому, как не им, понимать, что технические новинки приедаются быстро! В «Монстро» спонтанность ощущений гарантировалась оператором-непрофессионалом, снимавшим кошмарное разрушение Нью-Йорка на любительскую видеокамеру; в каких-нибудь «Монстрах» тот же прием сработал слабо. В абсурдном римейке «Моего кровавого Валентина» 3D смотрелось свежо, в последнем «Пункте назначения» не обращало на себя особого внимания. Все-таки успех хоррора не зависит от бюджета или спецэффектов. Куда важнее обновление нарратива. Говоря проще, сюжет и его способность удивить ко всему привычную публику.

 expert_798_089.jpg Архив пресс-службы
Архив пресс-службы

А теперь внимание. Говорить о фильме подробнее без спойлеров невозможно, а пересказ интриги неминуемо убьет удовольствие от просмотра. Дальше читайте лишь в том случае, если уже успели увидеть «Хижину в лесу». Или если уверены, что не будете ее смотреть.

После краткой загадочной интродукции, в которой пара ученых идет по коридорам к некоей закрытой лаборатории, начинается действие стандартного фильма ужасов. Пятеро студентов (красавчик-атлет, его легкомысленная подруга-блондинка, робкий умник, шутник-наркоман, застенчивая и задумчивая девственница) отправляются в поход. Их цель — заброшенный домик в лесной глуши, на берегу живописного озера, старый, но благоустроенный. Разумеется, по пути на жутковатой заправке их попробует предостеречь отталкивающий старик, и, разумеется, они к нему не прислушаются. А потом они будут веселиться — до тех пор, пока не почуют то, о чем зрители догадались давным-давно: смерть дышит в затылок, а спасения ждать неоткуда.

Пока проницательные знатоки жанра со смешанными чувствами предвкушают привычную мясорубку, те, кто поумнее, начинают замечать, что диалоги и актеры чуть-чуть (но заметно) поднимаются над уровнем среднестатистического ужастика. Крис Хемсворт, например, знаком всему миру по главной роли в кинокомиксе «Тор», продолжение которого, грядущих в мае «Мстителей», сделал тот же Уидон. Ричард Дженкинс — артист весьма серьезный, любимец Вуди Аллена и братьев Коэнов, оскаровский номинант. И снята «Хижина в лесу», при кажущейся простоте, весьма изысканно: Питер Деминг отвечал за камеру не только в большинстве «Криков», но и в шедеврах Дэвида Линча «Шоссе в никуда» и «Малхолланд драйв». Видно, у этой шкатулки — двойное дно, а в самой хижине есть подвалы поглубже того подземелья, куда в первый же вечер спускаются на свою беду неумеренно жизнерадостные герои.

Спускаемся за ними и мы, чтобы на более глубоком уровне вернуться в стерильную лабораторию. Там клерки в белых халатах вовсю принимают ставки: кто и как атакует глупую молодежь, кто и как выживет… У жертв как бы есть свобода выбора — и как бы нет, поскольку сценарий игры тщательно прописан (в «Хижине в лесу» хватает профессиональной кинодраматургической рефлексии и самоиронии). Пресловутая хижина — лишь полигон, а студенты — невольные участники жестокого реалити-шоу: роли давно распределены, развязка известна всем, кроме исполнителей. Хоррор плавно перетекает в антиутопическую социальную сатиру, «Пятница, 13» или «Техасская резня бензопилой» — в «Шоу Трумана» или «Матрицу». Появляется и повод поржать без лишних угрызений совести: смеешься уже не как садист над расчленяемым юнцом, а как культурный человек над парадоксами многослойного повествования.

Хитрость в том, что и этот уровень — не последний. Третий, финальный акт этого трагифарса не столько ведет нас на нижний этаж многофигурной конструкции, сколько намекает на бесконечность этажей: как бы низко ты ни пал, снизу непременно постучат. Намекнуть — одно дело, убедительно доказать — другое; удивительно, но здесь второй случай. Главная задача хоррора — напугать, не так ли? «Хижина в лесу» не довольствуется животными фобиями — иррациональным страхом перед вампиром, маньяком или зомби, который спрятался в лесной чаще. Ей недостаточно и социальной паранойи — системы координат, где каждый из нас — муравей, на которого уже направил свою лупу безжалостный мальчишка-великан. Она идет дальше, отвечая на старинный вопрос: Who watch the watchmen?. Люди в белых халатах наблюдают за гостями хижины, мы наблюдаем за людьми в белых халатах, но к концу просмотра осознаем, что сами являемся объектами наблюдения. А каждый мнящий себя режиссером на самом деле артист в чужой постановке, о существовании которой он даже не подозревает. Стоит затеять вечеринку по случаю окончания съемок, как невидимый постановщик применит какой-нибудь неслыханный спецэффект.

За любым талантливым ужастиком непременно есть не только идейная концепция и эстетическое решение, но и философия, цельная картина мироустройства. По этой части «Хижина в лесу» бьет большинство конкурентов. Отменяя этические коды американского кино, Годдард и Уидон помещают своих героев во внеморальное поле, где единственными соперниками человека являются Древние боги — любимые герои основоположника хоррора ХХ века Говарда Филлипса Лавкрафта. Любая война с ними проиграна заранее, а потому единственным спасательным кругом для человека становится дарованная ему когда-то, но позабытая по глупости и лени свобода воли. Заново обучаясь ее применению, персонажи вместе со зрителями проходят болезненную и увлекательную процедуру очищения от культуры, иронии, вуайеризма, садомазохизма, самодовольства. То есть тех компонентов, из которых сложен современный фильм ужасов.

И наконец. В последние годы самый распространенный вид хоррора — клаустрофобический. К той же «Хижине в лесу» привязан ролик нового фильма «Банкомат», вариации на тему «Телефонной будки». Вновь человек заперт в крошечном пространстве, и надеяться не на что. Но сама «Хижина в лесу» построена по противоположному принципу. Все заслоны сняты, двери отперты, стены и перегородки уничтожены. Пространство открыто. Хтонь — рядом, и бездна сама предлагает в нее заглянуть.

А бежать все равно некуда.